Страница 26 из 78
Я никогда не получу импринтинг, но уже собрала множество интересных фактов из случайных прочитанных разумов, и мне ясно одно. Улей контролирует информацию, чтобы контролировать людей. Неправда, что импринтинг включает все необходимое для жизни. Импринтинг включает в себя все, что улей готов им сообщить.
Женщина закончила молиться. Она встала и неохотно отправилась в конференц-зал. Верхние уровни ее сознания наполнились мелькающими образами последних нескольких месяцев. Ее повысили из заместителей в командиры отделения, и она еще устраивалась на новой должности, когда Фран заняла освободившееся место. С самого первого дня Фран дала понять, что считает себя гораздо более опытной, квалифицированной и умелой, чем человек, отдающий ей приказы.
"Постоянно говорила мне, что я неправа, говорила всем остальным, что я неправа и как в действительности им нужно поступать. Делала мою жизнь невыносимой."
Это походило на ситуацию Эштона, только наоборот. Там супервизор заставлял страдать подчиненного. Фран спустилась с поста лидера группы связи в отряде телепата на должность простого заместителя в маленьком отряде безопасности и обратила горечь обиды на свою новую начальницу. Лотерея использует оптимизацию, чтобы определить людей на любимую работу, но намеренная травля способна сделать их несчастными.
Я подумала, не дошла ли начальница Фран до предела. Эштон верил в миф о носачах и ограничивался битьем бутылок, но эта женщина знала, что в улье есть лишь пять истинных телепатов. Рискнула ли она пойти на убийство, чтобы освободиться от Фран?
Дальше мысли в ее мозгу были окрашены тяжелым чувством вины. Терзается, что лжет самой себе, будто сожалеет, или же виновна в убийстве Фран? Я вновь углубилась в ее разум, туда, где смешивались сознательные и подсознательные мысли. Здесь царило чистое, честное, благословенное облегчение.
"Хотела, чтобы она просто ушла, а не погибла, но теперь моя жизнь снова обрела краски. Интересно, кто ее убил? Интересно, она портила им жизнь так же, как мне?"
Она не убийца, просто испытывает то же чувство вины, что и я — мол, Фран мертва, а я ее не любила. Я потеряла достаточно времени, вскрывая ее эмоциональные уровни. Женщина уже зашла в конференц-зал. Его заполняли люди, около пятидесяти сгрудившихся умов, и мне предстояло проверить их все.
Я углубилась в разум человека, который даже не думал притворяться.
"Скучно, скучно, скучно. Я никогда даже не говорил с этой женщиной, но должен сидеть здесь и слушать, как люди о ней треплются. У меня сроки горят!"
Я передвинулась к мужчине, которого интересовали только ноги сидящей рядом женщины.
И к его соседке. Она знала, что мужчина смотрит на ее ноги, и злилась.
"…думает, он неотразим. Я скорее пойду поплаваю в сливном бачке, чем…"
Следующий человек работал вместе с Фран и ненавидел ее.
"…неудивительно, что кто-то ее убил…"
Появился Лукас. Его разум сиял, как маяк. Я не смогла устоять перед искушением заглянуть в его мысли и увидела, что они несутся на завораживающем количестве различных уровней. С тех пор, как он отправил сообщение, никто не уходил из отдела. Весь персонал пришел на встречу. Если теория тактической группы верна, то наша цель в этой комнате.
Лукас оглядел лица, анализируя их выражения и язык тела, ища кого-то с признаками вины. Похоже, он найдет, по крайней мере, дюжину. Судя по тому, что я успела увидеть, большинство людей, работавших с Фран, ненавидели ее и сейчас чувствовали себя виноватыми.
Лукас заговорил. Я заставила себя оторваться от его блестящих мыслей и вновь начала поиски цели. По-прежнему улавливала речь Лукаса через свой передатчик, а также ушами многих в конференц-зале, но была слишком занята проверкой умов, чтобы вслушиваться.
Обычно, охотясь за целью, я скольжу над умами, выискивая тот, что выделяется неправильной формой, цветом или текстурой. На этот раз наша цель рациональна и логична, поэтому мне пришлось глубоко изучать мысли каждого. Фран не нравилась никому, и это подавляло. Наконец я нашла исключение.
"… не мог не восхищаться ее дотошным вниманием к деталям, а когда мы говорили о музыке, она как будто оживала. У нас были одинаковые вкусы в…"
Меня отвлекло странное чувство, похоже на зуд в голове. Я его узнала. Испытывала несколько раз прежде, всегда в моменты кризиса, и сейчас точно знала, что оно означает.
— Лукас! Рофэн! — выкрикнула я. — Убирайтесь оттуда!
Лукас прервал свою размеренную речь.
— Что случилось?
— У меня зуд! Убирайтесь оттуда сейчас же! Живо!
Я выбралась из разума, который читала, и связалась с Лукасом. Они с Рофэном достали оружие и направились к двери конференц-зала. Аудитория уставилась на них, в шоке открыв рты.
— Простите, — крикнул Лукас. — Надо уходить. Срочный вызов из…
Его слова утонули в пронзительном вое. Он входил в стандартный набор сигналов тревоги, используемых повсеместно. Я изучала их в школе до того, как перешла на подростковый уровень. Этот означал пожарную тревогу.
Голос Эмили бормотал приказы в моем передатчике.
— Лукас, идите на север. У отделения безопасности есть выходы на севере и на юге, северный — ближайший. Ударная группа альфа, будьте готовы эвакуировать Эмбер. Ударная группа бета, тревога, берите все пожарное оборудование и резаки и направляйтесь ко второму лифту. бжгьщя Повторяю, ударная группа бета, тревога, берите все пожарное оборудование и резаки.
— Ударная группа бета подтверждает: полное пожарное снаряжение и резаки, — послышался голос Форжа.
— Николь, это настоящий пожар? — спросила Эмили.
— Да, настоящая тревога. Пожарные команды уже отвечают. Мы не можем сказать, есть ли огонь.
Я была в голове Лукаса и смотрела его глазами, когда он открыл дверь конференц-зала.
— Это явно настоящий пожар, — сказал он. — Из-под пола идет дым.
Глава 15
Мое тело свернулось в комок, руки обхватили ноги, удерживая их от дрожи. Мой разум был с Лукасом, который смотрел на густой дым, исходящий из вентиляционных отверстий в полу, на мигающие красным коридорные указатели направления, а затем, через плечо — на людей, высыпавших из конференц-зала за его спиной.
Рофэн схватил оружие и потащил командира-тактика к северному выходу. Лукас тоже спешил, но его разум анализировал ситуацию.
— Случайный пожар в это время крайне маловероятен, — сказал он. — Мы попали в ловушку. Нам противостоит нечто большее, чем мы думали. Гораздо большее. Будьте готовы к возможной синхронной атаке на Эмбер.
— Ударная группа, бросайте лопаты. Достать оружие и сформировать периметр, — рявкнул Адика.
Меня не волновало, что происходит вокруг меня. Я тревожилась лишь о том, что творилось вокруг Лукаса. Они с Рофэном добрались до перекрестка и остановились.
— В утиль! — задохнулся Рофэн. — У северного выхода ад. Возвращаемся обратно и на юг.
Рофэн и Лукас развернулись и бросились в противоположном направлении. Теперь впереди была толпа паникующих людей, а воздух наполнялся дымом. Основные лампы замигали и погасли, осталось лишь аварийное освещение.
— Северный выход в огне, — закричал Лукас. — Идите на юг.
Все повернулись и побежали к южному выходу. Рофэн все еще держал Лукаса за руку, но тот стряхнул его и метнулся в боковую комнату.
— Лукас! — завопил Рофэн. — Куда, в утиль, ты идешь?
— Надо кое-что проверить. — Лукас прижал ладонь к стене, и мы с ним заорали в унисон, поскольку я разделила его боль. Лукас отдернул руку и подул на нее. — Внешняя стена раскалена. Те языки пламени у северного выхода явно подпитываются катализатором. Должно быть, вокруг всего отделения кольцо из горючей жидкости.
Он вышел из комнаты к Рофэну, а вся толпа уже неслась обратно по коридору. Люди кричали, что южный выход тоже в огне. Лукасу пришлось перекрикивать гам.
— Рофэн, мы должны найти другой выход. Вниз бесполезно, огонь уже под полом. Значит, надо подняться через потолок. Не в вентиляцию, она слишком быстро наполнится дымом. Нужно добраться до межуровневого ремонтного прохода. — Он смотрел на потолок в поисках отметок, показывающих ремонтные туннели над головой.