Страница 122 из 151
— Час от часу не легче, — вздохнул, молчавший до этого Золтан, и ласково погладил секиру. — Я готов. Помирать, так уж в бою, а не ссаться от страха в лагере. За будущее моих детей я кого угодно порву, даже если это двухметровый хер на стальном коне.
— Я с вами. Без меня все равно ничего не получится, — влезла Трисс.
Кто бы сомневался, что эти люди бросят меня на произвол судьбы, а?
====== Глава 33. ЭкшОн или как заставить неуловимых мстителей не мстить. ======
— Что я могу сказать тебе по этому поводу…- ведьмак задумчиво почесал в затылке, под шлемом. — Бери Йорвета подмышку и валите в Мидгард вдвоем. Другого выхода я тут не вижу.
— Ну, как бы, тоже вариант, — согласилась я шепотом. — Только загвоздка в том, что Акковран найдет, как подгадить и если Йорвета не будет. Всех вас я с собой не унесу, а нести ответственность за ваши жизни, взвешивая на весах, что полезней — вы или прогресс, я не буду. Да и не прокормлю я столько людей, — какое серьезное философское заключение, не правда ли? —Могла бы спасти всех, меня б сейчас вообще тут не было. Сидели бы мирно где-нибудь, всей дружной толпой ведьмаков, магичек и прочих эльфов, в уютном доме, смотрели бы «Монти Пайтон» по телевизору. А так… Расстройство с вами одно. Развелось вас, близких мне людей — хоть отстреливай. Надо подумать, как по-другому вопрос решить.
— Надави на Тора, пусть он тебя защитит. Теперь-то царевич тебе очень задолжал. При том — целую жизнь.
— Будь я на его месте… — вздохнула, — я б всех переубивала уже, неверное. Для профилактики. Нет людей — нет проблем.
— Я бы начал с ведуна, — мстительно процедил Геральт.
— Ну так, если разобраться, моя смерть — и есть твое любимое «меньшее зло», — фыркнула я. — В конце концов, лучше пристукнуть одну непутевую девку…
— Но не тебя.
— Это тебе я — это я, — выдала ваша покорная слуга, прижимаясь к какому-то шершавому дереву и притворяясь его корой. Ведьмак, маскируясь под соседнюю осину, тревожно выглянул из-за широкого ствола, оценивая дальнейшую расстановку сил. Кивнув, Белый Волк разрешил мне закончить глубокую, как Марианская впадина, мысль: — А ему я — просто подруга его брата. Максимум — пухленькое и забавное создание. Эдакий хомячок. И щечки также на ветру колышутся.
Мы вдвоём, находясь в прыжковой доступности друг от друга, и прятались недалеко от лагеря народа Ольх, притворяясь суровой разведывательный опергруппой. В принципе, временное пристанище эмансипаторов чужой земли, было метрах в трехстах. В вечерних сумерках костры, призванные согревать суровых полярников-эльфов, виднелись просто прекрасно и дарили не плохое опознавательное оповещение всем желающим, кто проходил мимо. А вот фигуры, облепляющие огонь со всех сторон в робких попытках не замерзнуть в наступающей по ночам зиме, различить было как-то чересчур сложно. Отчетливыми очертания первородных эльфов точно назвать было нельзя — сумрачные тени, особенно жуткие в своих доспехах, стилизованных под разных чудовищ, скелетонов и монстров. Любят же эти Aen Elle страху нагнать по чем зря… Может, именно из их мрачных стремлений к пугающей эстетике и появились современные, добрые и пушистые, готы?
Нашу операцию по спасению Йорвета было решено провести боевой двойкой — я и ведьмак. И, поскольку, партизан из меня, откровенно говоря, совсем говно, Авалак’х, почти не сверкая презрением своих аквамариновых глаз, замаскировал нашу с ведьмаком ауру, а ещё, до кучи, изменил «противный человеческий» запах, дабы отбить нюх у вражеских гончих. Потом и Саския, чувствуя, что крайне накосячила и передо мной, и перед командиром, который, как ни крути, возвел её на трон Аэдирна, пожертвовала нам шлемы. Ну, а расщедрившиеся на волне моего воскрешения и желания получить ништяки мидгардского происхождения, нильфгаардцы временно одолжили плащ, смародеренный заботливой разведкой с какого-то павшего в битве за экспансию эльфа.
Теперь, издалека, если закрыть один глаз, а другой прищурить и, желательно, всё это проделывать в полной темноте, мы даже немного походили на понаехавших, на нашу голову, врагов. Но, чувствую, в случае тотальной проверки документов нас маскировка не спасет.
— Йорвета не видать? — спросила я у Геральта тревожно. Ведьмак не ответил. — Киарана? Еще какого-нибудь бодрого скоя’таэля-самоубийцу? Ну, хоть Ярпена?
— Никого, — печально заключил Белый Волк. — Скорее всего, они обошли лагерь с какой-то другой стороны и сейчас готовят налет.
— Блин, — расстроилась я. — Знать бы, где их носит, чертей ушастых. И Зигрина заодно с ними. Его-то, блин, куда потащило…
Моя тревога была оправдана почти на все 146%, как у правящей партии во время выборов. Трисс, как ни старалась поработать картой гугла и вести поиск, смогла отыскать только трек, по которому Йорвет с компанией дошли до границы лагеря народа Ольх. Далее следы отряда местных неуловимых мстителей, за мою несостоявшуюся, как обычно, погибель, тупо терялся и рассеивался. Вражьи маги ловили и блокировали всё наше чародейство ещё на подлете, логично подозревая, что если бы мы могли — то подглядывали б за ними с помощью разных магических штучек-дрючек и ольховские тайны прекратили бы быть тайнами.
Я было обратилась к ведуну, искренне надеясь, что в нем таки взыграет подобие замумифицированной совести, но Авалак’х, едко выплевывая слова, заявил, что ему глубоко плевать на какого-то свихнувшегося от горя психа. Кревана волновало только одно — мы должны найти Карантира, отобрать у него посох и сломать без возможности восстановления, можно об голову навигатора. И вообще, мол, голубоглазый талантище, если узнает, что я жива, невредима и все еще копчу землю своей неземной красотой, сам найдет меня для повторного акта геноцида. Главное, не упустить момент и зацапать магичекий передатчик чужеродных мидихлориан* раньше, чем сам навигатор начнет размахивать холодным оружием. У него убивать человеческую женщину — нечто вроде особенной формы флирта. Типа: «ты такая вся ничего себе, мне вкатило, но ты жалкая человечишка, оскорбляешь меня тем что, понравилась, а потому н-н-на-ка тебе кинжалом промеж ребер! Потому что нельзя быть красивой такой». Странная мужская логика. Никогда не смогу понять её. Тем более, что Карантир еще и эльф. А у меня с ними всегда какая-то фигня получается.
— Будем ждать? — я вывела Геральта из размышлений. Он задумчиво провел пальцем по щетине.
— Лагерь значительный, — ответил ведьмак хмуро. — Если учесть, что бойцов с нашей стороны едва хватит даже для тренировки Дикой Охоты, то… маленькая потасовка не привлечет внимания большинства. Максимум, потом слухи разнесут, что наши пытались драться, а они махнули мечами и… — друг многозначительно провел большим пальцем у шеи.
— И что будем делать?
— Можно побродить вокруг, поискать следы Йорвета, но тогда уже мы привлечем слишком много ненужного внимания, — Геральт почесал затылок, с трудом просунув лапищу под шлем. — Либо попробуем отыскать Карантира.
— И сломаем посох?
— Надо бы. Но нет. Не сейчас, — ответил друг, делая длинные паузы между предложениями. — Скоя’таэли тоже охотятся именно на него, — наверное, сам навигатор даже не догадывается о том, насколько он крут и значителен для местного общества. — Скорее всего, они выйдут именно к нему, рано или поздно. Или Дикой Охоте сообщат, что кто-то пытался покушаться на навигатора, но немного не дошел и не может предстать пред его очами. В любом случае, если мы найдем его, то наше положение дел прояснится.
Краткая хроника поздне-осеннего вечера, плавно перетекшего в, почти зимнюю, ночь выглядела так: покружив по округе, мы с ведьмаком смогли отыскать годную наблюдательную позицию, с которой открывался чудесный вид на Карантира во всей его эльфийской красоте, по трем плоскостям — ширине, длине и высоте. Периодически к нам выбирались дозорные, но то ли дисциплина у Aen Elle сдавала позиции, то ли мы такие не примечательные, то ли все эльфы охраняют частную жизнь, как святыню — сказать сложно. Когда у Геральта появлялись малейшие подозрения, что за нами наблюдают, ведьмак тут же, без церемоний, валил меня на землю и обнимал, страстно причмокивая, всем своим видом создавая интимную занятость и желание «по ночам делать новых людей». Дозорные хмыкали, сначала — выразительно и задорно, а через пару часов и завистливо, но, все же, обходили нашу парочку стороной, оставляя «голубков» заниматься грехопадением прямо на продроглой земле. А часа через три просто проложили другой маршрут и «не мешали».