Страница 32 из 43
— О… — она снова упирается взглядом в стол. — Ага…
Девушка выглядит так, словно подбирает слова, поэтому я терпеливо жду.
Райли отнимает руку из-под моей и нервно сглатывает.
— Я могу… Я могу поехать обратно с тобой?
Я хмурюсь и откидываюсь на спинку стула, пытаясь понять, что на неё нашло.
— Или хотя бы до ближайшего города. Оттуда я смогу добраться сама, — она нервно заправляет прядь волос за ухо и встаёт. — Не беспокойся, уверенна, я смогу взять такси.
Я сижу ещё несколько секунд, пытаясь понять, что только что произошло. Я сказал, что мы возвращаемся домой, а она начала говорить о такси. О каком такси? Для чего?
Я подпрыгиваю и иду за ней. Только я подхожу к двери, как она возвращается, врезаясь мне в грудь.
— Блин, прости, — она бросается мимо меня и бессвязно бормочет: — Телефоны на другой стороне. Я быстро.
Я иду за ней в первый кабинет и опускаю руку на телефон как раз, когда она собирается взять его.
Её взгляд впивается в мои глаза, и я вижу боль в её глазах.
— Что ты делаешь? И зачем тебе такси?
Она отступает от стола и качает головой, явно сбитая с толку.
— Ты сказал, что мы едем домой. И ничего не ответил, когда я спросила, подвезёшь ли ты меня. Я не хочу навязываться.
— Навязываться? Райли, с чего ты это взяла?
Я подхожу к ней ближе, и она снова начинает бессвязно бормотать, что, как я заметил, она делает, когда ей не по себе или когда она нервничает.
— Ты ведь занят. Я знала, что мы не сможем оставаться здесь навсегда. Тебе нужно заниматься делами и мне тоже… эмм… заниматься делами.
Я сокращаю между нами дистанцию и скольжу ладонью по её щеке. Наклоняю её лицо так, чтобы она смотрела мне прямо в глаза.
— Я имел в виду, что мы должные поехать ко мне домой вместе.
Ни за что на свете я не выпущу её из виду, пока Волков жив. Моя жизнь ничего не стоит, но её жизнь значит для меня всё. Я прикончу Волкова, и тогда у Райли будет будущее. Тогда она снова будет улыбаться.
— Ты хочешь взять меня с собой? — спрашивает она. Её глаза так полны надежды, что это причиняет боль. Больно, что эта потрясающая женщина чувствует себя потерянной. Больно, что она чувствует себя одинокой.
— Разумеется. Именно это я и имел в виду, когда говорил, что не отпущу тебя.
Я притягиваю её в объятие, прижимая её голову к своей груди.
— Мы вернёмся сюда? — спрашивает она, и её голос приглушён моей рубашкой.
— Если захочешь, — шепчу я, целуя её в макушку.
Она смотрит на меня, и её глаза невероятно зелёные на фоне бледного лица.
— Я бы очень этого хотела.
Я улыбаюсь ей, готовый пообещать целый мир, пока она на меня так смотрит.
— Тогда мы вернёмся.
Её губы растягивает улыбка, что заставляет мои глаза впиться в них. Впервые я желаю, чтобы мы встретились при других обстоятельствах. Она единственная с кем я вижу своё будущее.
— Я хочу, чтобы ты знал, как я благодарна тебе. Ты для меня важнее всего на свете.
Её слова неожиданны. Она встаёт на цыпочки и целует меня в щёку.
— Я ценю тебя, Гриффин.
Я смотрю, как она уходит, всё ещё ощущая её губы на щеке.
Нужно быть осторожным с ней. Я до сих пор настаиваю на том, что сказал в ту ночь у бассейна. Мы оба не готовы к отношениям. Нам нужно разобраться со многими вещами, кроме того, она заслуживает кого-то получше меня.
***
Мы используем самолёт компании, поэтому дорога домой проходит быстро. Я вижу на лице Райли вопросы по поводу самолёта, но она их не озвучивает.
Мой отец ушёл, когда я был маленьким, так что я о нём почти ничего не помню. Мама делала всё возможное, чтобы дать мне всё, в чём я нуждался. Она была идеальной матерью. Всегда делала и говорила нужные вещи в нужный момент. А затем у неё случился инсульт. Вскоре она умерла, и с тех пор вокруг меня всё стало распадаться на части.
Я кинулся с головой в работу, думая, что это прогонит боль. Некоторые задания были рискованными, но чем больше риска, тем больше я работал. Я стал отчаянным.
Думаю, что знаю, когда меня понесло. Когда теряешь дорогого человека, теряешь и направление в жизни, а мама была дорогим для меня человеком.
Я продолжал рисковать, а деньги продолжали поступать. Мы, наконец, могли купить жизнь, о которой мечтали, по крайней мере, я продолжал так говорить себе.
Сейчас у меня есть все эти чертовы деньги, но нет команды, нет семьи. Насколько это херово? Я рисковал всем и всё потерял.
***
Я паркуюсь и хватаю наши сумки. Когда Чарли спрыгивает с заднего сидения, мы идём в дом.
У меня здесь огромная территория, где Чарли может резвиться. Я пропускаю Райли и Чарли вперёд и закрываю за нами дверь.
В доме душно.
— Я только открою окна, а потом покажу тебе комнату.
Райли оглядывает кухню и открытое пространство гостиной. У меня здесь мягкий коричневый диван, достаточно большой, чтобы я мог на нём спать. Иногда мне нравится засыпать под фильм, и я убедился в том, что диван удобный. Думаю, что дом приличный, мне в нём уютно.
— Ты сам его украшал? — спрашивает она, когда я заканчиваю с окнами.
— Ага, — я беру её сумку и иду по коридору, ведущему к спальням и ванным комнатам.
— Ох, я по другому себе представляла твой дом, — говорит она, останавливаясь перед картиной на стене. На ней изображена женщина, стоящая среди пустыни, и мужчина позади неё. Не знаю, что заставило меня купить её. Думаю, что беззвучная сила мужчины.
— И как же? — спрашиваю я, открывая дверь в её комнату.
Она входит за мной внутрь и позволяет глазам пробежаться по светло-зелёному постельному белью и занавескам.
— Он ощущается таким душевным. Я думала ты более современный человек.
Я хмурюсь, не понимая, что именно дало ей такое представление обо мне.
— Думаешь, я не душевный?
Она скрещивает руки и смотрит куда угодно, кроме меня.
— Не совсем. От тебя исходит атмосфера жёсткости и серьёзности. Это вовсе не плохо. Просто в тебе нет всякой ерунды. Что видишь, то и получаешь.
Я не в восторге от этого. Я не хочу выглядеть твердолобым ослом.
— Я душевный, — говорю я, защищаясь. — Мне нравится всякая душевная хрень.
Я подхожу и ставлю её сумку в изножье кровати, а затем снова поворачиваюсь к ней.
— Душевная хрень?
— Ага, — я подхожу к ней ближе, и она опускает руки. Я хорошо осознаю, что её тело настроено на моё. — Мне нравится обниматься и всякое такое. Тебе просто нужно узнать меня получше.
— Я бы с удовольствием, — говорит она, и её щеки вспыхивают розовым. Каждый раз, когда она краснеет, со мной что-то происходит. Заставляет чувствовать себя более мужественным и не таким неудачником. — Я имею в виду, что с радостью узнала бы тебя лучше.
Впервые мы общаемся в нормальной обстановке. Нужно было привести её сюда раньше. Думаю, смена обстановки пойдёт на пользу нам обоим.
— Ничего, если Чарли останется тут со мной? — спрашивает Райли. Она подходит к кровати и скидывает покрывало. Чарли запрыгивает и быстренько устраивается.
— Конечно.
— Спасибо, что позволил нам остаться здесь, — она гладит Чарли по голове.
— Закажу нам что-нибудь поесть. Вы с Чарли пока обустраивайтесь здесь. Я оставлю для него миску с водой и едой на кухне, — я разворачиваюсь, чтобы уйти, добавляя: — Там небольшой сад, если Чарли нужно выйти.
— Отлично, спасибо.
Я выхожу из комнаты и направляюсь на кухню. Нужно составить список необходимых вещей. Мы можем разобраться с этим завтра, а потом я уберу Сергея Волкова раз и навсегда.