Страница 17 из 50
Пока она разлеталась вдребезги, волна за волной прокатывалась по моему члену. Нашу кожу покрывал блестящий слой пота, когда её голова, наконец, откинулась на моё плечо. Её каштановые волосы рассыпались по моей груди, она повернулась через плечо и подставила мне свои губы.
У неё был вкус тёплой перечной мяты. Поцелуи превратились в покусывания, наши языки переплелись, и внутри меня начало нарастать давление. Когда плотину прорвало, я распался на части, паря в небесах и оседлав волну самого лучшего оргазма в моей жизни.
Глава 10
Мои колени подогнулись, а локти ослабли, и я начала падать вперёд, лицом в диван. Только сильные руки Дункана спасли меня от поцелуя с дорогой кожей, пока моё тело переносило волну второго оргазма. Это было невероятно. Нет, даже лучше. Дункан лучше любого мужчины. Лучше любого мужчины, которого я могла представить.
Не то, чтобы я трахалась сотни раз, и не то, чтобы я много с кем могла его сравнить; тем не менее в моём коротком списке Дункан взлетел на вершину. Всего с одной попытки он запрыгнул на первое место.
Мой первый сексуальный опыт произошёл в старшей школе, и если говорить совсем честно, его даже считать не стоит. Мы встречались несколько лет. Ласки опускались всё ниже, а затем мы решили, что пора. К тому времени, как он закончил надевать презерватив, уже кончил. Он был всё ещё полутвёрдым, и мы всё-таки предприняли ещё одну попытку.
Той ночью я решила, что всё разговоры о сексе сильно преувеличены. Очевидно, что все, включающие сам процесс книги, которые я нашла на тумбочке возле кровати моей мамы, описывали лишь вымысел.
В колледже мой второй настоящий парень убедил меня попробовать ещё раз. Он оказался лучше, чем первый, но вновь планка была установлена не очень высоко.
Тимоти был моим третьим и, как предполагалось, последним. Мы уже были не студентами, а взрослыми людьми, с карьерой и будущим. Предполагалось, что дальше последует наше "и жили они долго и счастливо". Я думала, что наш секс был таким, каким он и бывает. Я не возражала жить с этим всю жизнь, пока, примерно через год наших отношений, я не застала, как он трахает Карлу из бухгалтерии.
В тот момент я поняла, что не только секс в книгах — чистой воды вымысел, но и вся концепция любви. Моё удовлетворение отныне легло на плечи моего бойфренда на батарейках, поскольку я поняла, что он никогда не разобьёт мне сердце. А если он это и сделает, я просто отправлю его на свалку и куплю нового БОБА. Возможно, в основе наших отношений и не лежала любовь, но я определённо любила то, что он мог со мной сделать, особенно на максимальной мощности.
Но это — что бы сейчас ни произошло — было другим. На самом деле другим. Я видела звёзды — нет, фейерверки и извержения вулканов — в то время как Дункан подталкивал меня всё выше и выше — туда, где я никогда не была. Моё тело всё ещё дрожало, а в это же время я тешила себя мыслью о том, что если секс может быть так же хорош, как в книгах, то возможно — только возможно — любовь тоже существует.
Стоп. Мы просто притворяемся.
Как я смогу оставить эти выходные позади?
Когда Дункан вышел, и мои ноги дрогнули, я начала размышлять, как же буду ходить всё это время.
Тёплые губы нашли мою шею, затем плечи и спину.
— Это было...
— Чертовски потрясающе, — сказала я, кровь отхлынула от моей промежности и залила щёки.
Дункан развернул меня, чтобы я уселась на мягкий диван. Завязав презерватив и избавившись от него, он встал на колени между моих ног. Хотела бы я смущаться того, что только что произошло, того, что мой начальник пялится на моё самое сокровенное место, то самое, с помощью которого он только что разрушил меня для всех прочих мужчин.
Думаю, мне бы стоило, но я не могла. Вместо этого я ухмыльнулась и потянулась к этому колючему подбородку, заставив его перевести взгляд своих сексуальных зелёных глаз от моей нереально и удивительно чувствительной сердцевины к глазам.
— Нравится то, что видишь?
Щетина на подбородке уколола мои ладони, когда его губы сложились в улыбку.
— Мне чертовски нравится то, что я вижу. У тебя самая розовая и сексуальная киска из всех, что я когда-либо видел. И один вид того, что она влажная и ещё трепещет из-за меня, из-за нас... Чёрт, в следующий раз, когда я окажусь на этом самолёте, что бы я ни увидел в салоне, ты будешь единственным, о чём я смогу думать.
Мои щёки покраснели ещё больше, а ноги я развела ещё шире.
— Дункан?
— Знаю, что должен дать тебе отдохнуть, но Индиана так чертовски близко к Нью-Йорку, и как ты и сказала, пять месяцев ожидания — это долгий срок. — С этими словами он наклонился ближе. — Ты так приятно пахнешь.
Прежде чем я успела заговорить, его язык прижался к моим складкам. Я выкрикнула и откинулась на спину. Причмокивая, он очищал меня, облизывая и дразня. Это был нескончаемый процесс — ведь его рот заставлял меня кончать снова и снова.
— Боже! Дункан! — крикнула я, когда он подарил мне очередной оргазм, мои руки схватили его угольно-чёрные волосы. Я представляла это тысячу раз, но никогда — в самолёте.
Внезапно он остановился и забросил мои ступни на диван, оставляя меня лежащей на спине и раскрытой.
Я усмехнулась, когда он потянулся к пиджаку за ещё одним серебристым пакетиком.
— Надеюсь, ты прихватил больше двух, — заметила я.
Он покачал головой.
— Возможно, нам нужно найти магазин. В Индиане ведь они есть, верно?
— К счастью для нас, CVS и Walgreen есть на каждом углу.
Дункан забрался на меня, его уже твёрдый член потёрся о моё бедро, когда он сказал, — К счастью для меня. Не сомневайся.
— Прямо сейчас я чувствую себя вполне счастливой.
— Кимбра, я должен оказаться в тебе ещё раз. Просто должен. Если я не...
Я потянулась к его члену и направила твёрдый ствол между складок.
— Я хочу, чтобы ты был там.
Он всосал мой сосок, заставляя всю мою нервную систему трепетать, а кожу покрыться мурашками. А потом он толкнулся глубоко внутрь, отчего моя спина выгнулась, а рот распахнулся.
Меня никогда не заполняли так, как это делал Дункан Уиллис. Я никогда не чувствовала давление и растяжение, которое причиняло боль, но в то же время ощущалось божественно. Всё моё тело переполняли волны удовольствия, пока он засаживал мне, снова и снова. Когда я открыла глаза, то увидела, как он скривил лицо. Это выражение полностью отражало моё, боль и удовольствие смешались, пока нарастал его оргазм. Во второй раз мы кончили одновременно.
Мне бы стоило волноваться обо всех тех женщинах, с которыми он был, или о слухах, что о нём ходят. Но прямо сейчас мне не хотелось об этом думать. И поскольку он использует защиту, а я принимаю противозачаточные ещё с колледжа, беременность — не проблема.
И хотя об этом и речи не идёт, впервые я допустила мысль о беременности, о желании носить под сердцем чьего-то ребёнка. Я никогда не хотела этого прежде; даже когда мы с Тимоти говорили о вечности, построение карьеры выглядело для меня более важным.
А сейчас возможно это звучит не так и ужасно. Может, это потому что мы на пути к моему дому, стране детей, щенков и долго-и-счастливо. Я никогда не хотела этого, но возможно, просто возможно, мысль об этом больше не за гранью моего понимания.
А затем я вспомнила: это не по-настоящему. Секс, может, и крышесносный, но любовь всё ещё выдуманная.
— Это притворство, — тихо сказала я, когда Дункан рухнул на меня сверху, его твёрдая рельефная грудь накрыла меня и сплющила мои сиськи.
— Фантазия, — поправил он, поцеловав меня в лоб.
Фантазия и есть притворство. Я не стала говорить это вслух. Только напомнила себе, что эта фантазия не выйдет за пределы выходных. Даже это притворство может привести к разбитому сердцу.
Я удерживала равновесие в маленькой, но невероятно роскошной ванной комнате, заканчивая приводить в порядок волосы. Укладку, которую я сделала перед работой, можно засчитать в качестве взноса за моё пожизненное членство в клубе высотной мили. Волосы больше не были забраны вверх, так что я сделала низкий конский хвост, положила его на левое плечо и улыбнулась своему отражению. На моей памяти я ни разу не ощущала такой расслабленности и удовлетворённости, возвращаясь домой к семье.