Страница 88 из 140
- Мне не нужна эта война, - с серьезным выражением на лице втолковывал Конан Страбонусу. - Сейчас Аквилония владеет достаточным запасом золота для того, чтобы не обрушилась торговля внутри королевства, равно как и с другими странами. Я не понимаю, для чего самозванцу потребовалось начинать войну с Офиром и искать союза с Немедией. К Закату от Кезанкийских гор крупных войн не было почти сто лет. Все значительные державы - Зингара, Аквилония, Немедия, Аргос и, конечно же, Коф с Офиром - процветают. В казне Аквилонии пока нет средств для того, чтобы поддерживать постоянную военную компанию на двух-трех направлениях. Конечно, если мы обретем союзничество Немедии, будет куда проще разгромить Офир, а потом твое, Страбонус, государство, и дойти до границ Стигии... Только зачем?
Однако я заметил одну вещь. На протяжении всей своей речи Конан ни разу не упомянул о том, что мы с ним оказались в доме Антония по воле слепого случая. И даже несколькими ложными намеками дал понять Страбонусу, что мы находимся здесь именно потому, что произошла измена.
- Речи не юноши, но человека умудренного, - ответил кофийский король, внимательно выслушав слова киммерийца. - Не ожидал, что ты столь далеко пойдешь. Я-то всегда считал тебя простым рубакой и необразованным дикарем, способным лишь размахивать мечом... Впрочем, позволь мне подумать.
Конан быстро кивнул, налил себе в кубок вина и отошел к окну. Я сидел в дальнем углу комнаты, не осмеливаясь встревать в разговор. В конце концов, киммериец всегда знает, что делает.
Рука варвара толкнула ставни, и я увидел, что самая яркая звезда на Закате подошла почти к горизонту. Белая точка уходила за тарантийские крыши, освобождая место утренним созвездиям. Вскоре на башне храма Митры пробили четвертый послеполуночный колокол.
- История настолько необычная, что я вынужден в нее поверить, - я вздрогнул от внезапно раздавшегося резкого голоса Страбонуса. - Пускай меня сожрут все демоны Сета, но я никогда не слышал ничего подобного. Варвар, ты хочешь сказать, что сейчас все страны Заката под угрозой всеобъемлющей войны? И ее провоцирует некое магическое существо, занявшее твое место? Пожалуй, тогда я могу кое в чем тебе помочь.
- Ну? - резко обернулся Конан. - Как и договорились - правду за правду?
- Придется, - скривил губы в улыбке ночной гость. - Признаюсь честно мне более всего нужно спокойствие на Закате. Как и тебе самому. Однако я собирался добиться равновесия совсем другим способом. Пускай ты сейчас не являешься королем в полном смысле этого слова, но... Я безоружен, а у тебя меч. И вдобавок вас двое, а я один, - Страбонус покосился на меня. Хорошо. Я расскажу, зачем Тсота-Ланти переместил меня в Тарантию.
- Не тяни, - рявкнул Конан. - Говори!
- Я хотел лично посмотреть на то, как тебя убьют, - спокойно, с расстановкой произнес король Кофа. - Я, Тсота-Ланти и верные нам люди в Аквилонии уже десять седмиц готовили заговор. Мы уже пытались убить тебя, однако план покушения не удался.
- Деревня Артен! - ошарашенно воскликнул Конан, догадавшись. Постоялый двор "Корона Аквилонии"?
- Именно, - подтвердил кофиец. - К сожалению, вас было слишком много. Ты вырвался из западни и, как ни странно, теперь я должен благодарить богов за эту случайность. Если бы ты умер, изрыгающее зеленый огонь чудовище прошло бы дальше, через Аквилонию к Офиру. А может быть, и к моей стране.
- Ну ты и мерзавец, - вздохнул варвар.
- А ты лучше? - возмущенно парировал Страбонус. - Мы только что вспоминали о заговоре против меня, который провалился по чистой случайности! Кто был одним из главарей, случайно не помнишь?
- Это случилось давно, - решительно пресек начинающуюся свару Конан. Итак, меня должны были убить и ты прибыл полюбоваться на то, как меня зарежут или отравят? Какова подоплека? Когда это должно было случится?
- Через сутки, - честно ответил Страбонус. - В твоем дворце. Все подготовлено, остается лишь... Ну, сам понимаешь. Ладно, я открою тебе все подробности...
* * *
Я уже несколько раз упоминал о вещах, которые я не люблю. Ненавижу подземелья, кислое пиво, терпеть не могу, когда аквилонские дворянки называют меня "милой собачкой" (это когда я нахожусь в обличье волка) и совсем не переношу сильную жару. Теперь этот список пополнился.
Я ненавижу политиков! Королей, канцлеров, герцогов и прочую шушеру! Они вечно кроят загадочные морды, объясняются намеками, строят какие-то козни, непонятные простому смертному и оправдывают свои бесчестные выходки некоей "высшей необходимостью" и "государственными соображениями"!
Я знаком с Конаном достаточно давно. Он всегда был нормальным человеком. Любил выпить, подраться, втягивал всех приятелей в какую-нибудь авантюру, а потом сам же вытаскивал нас из неприятностей... В принципе, он таким и остался. Но теперь к его положительным качествам добавилось несколько отрицательных. Прежде всего - эта малоприятная черта, которую многоученые мужи называют "государственной мудростью".
В общем, скажу я вам, той ночью Конан надул Страбонуса, будто распоследняя базарная торговка, продавшая лопуху-вельможе крытую амальгамой свинцовую безделушку в качестве древнего кхарийского украшения из белого золота. Я слушал разговор варвара и кофийца, и изумлялся. Неужели король Кофа такой дурак? Или это мы дураки, а он старательно изображает из себя развесившего уши болвана и делает вид, что верит всем словам Конана?
Мне показалось, что Страбонус купился на рассказанную киммерийцем легенду. Варвар с серьезным видом заявлял, что, если трон не будет возвращен законному государю, в "кровавом огне всеобщей войны" сгинут все государства Заката; что Конан (настоящий, имеется в виду) никогда не хотел ни с кем воевать; что если двойник останется на троне, под угрозой будет не только Офир, но и корона Хоршемиша... Словом, варвар старательно изображал из себя несправедливо обиженного, благочестивого и просвещенного монарха. Я старательно кивал, а в самые драматические моменты его сбивчивого рассказа вздымал глаза к потолку, тихонько поддакивал и говорил: "Все образуется, Ваше величество".