Страница 28 из 31
Теперь они шли более осторожно, с опаской прислушиваясь и озираясь по сторонам. На Нэдфилда так подействовало произошедшее, что он не только ускорил шаг, но уже не требовал постоянных привалов и перекусов, предпочитая скорее выбраться в более безопасные земли.
Глава 12.
Бывают случаи, когда незадачливым грабителям лучше обходить стороной одиноких, гуляющих по ночам дам
1
В столице Страны Роз жизнь бурлила полным ходом. Глашатаи сбивались с ног, разнося листовки по деревням и сёлам, в Рейсгард прибывали кандидаты со всех уголков Страны Роз.
Наиболее продуманные кандидаты организовали рекламные кампании и активно популяризировали себя среди населения, чтобы собрать больше подписей. Особо шустрые раздавали конфеты и куриц взамен на обещание поставить подпись за них, что было быстро пресечено Эвредикой. Таких за коррупцию исключали и выпроваживали домой.
Эвредика с задумчивым видом бродила по ночному Рейсгарду, размышляя, правильное ли решение она приняла, решив оставить править вместо себя Совет Семи, и как лучше проследить за организацией выборов, чтобы советники не смошенничали. Уж что те попытаются выкинуть какую-нибудь подлянку, она даже не сомневалась. Ночная тишина успокаивала, помогая собраться с мыслями. Принцесса прислонилась к дереву, вдыхая ночную прохладу и настраиваясь на волны всего живого. Она так погрузилась в транс, что не заметила четыре серые тени, скользнувшие к ней.
Эвредика вздрогнула от упёршегося ей под ребра кинжала, и сиплый голос над ухом прошелестел:
– Жизнь или кошелек, миледи?
Принцесса подняла свои синие глаза, поглядела в свирепые лица и чуть не заплакала от умиления. Её хотели ограбить! Её, Великую Фею! Давно такого счастья не случалось в её жизни: наверное, выборы привлекли в столицу не только лучших кандидатов, но и желающих поживиться чужими кошельками. И они, похоже, не знали, как она выглядит. Немудрено – те портреты, которые с неё рисовали живописцы, были настолько приукрашены, что даже Фея сама себя на них узнавала с трудом и только благодаря знанию, что это изображена она. Размеренная спокойная жизнь во дворце была скучна до оскомины, и тут такая развлекуха подвалила.
Фея плотоядно улыбнулась, облизала алые губки и счастливо выдохнула:
– Ребят, вы не поверите, как же я рада вас видеть.
Её тело начало меняться, кожа становилась более прохладной и бледной, ногти острее, глаза более серыми и глубокими. Эвредика гибким движением потянулась к ближайшему незадачливому грабителю и нежно обняла его, отчего тот расплылся в радостной глупой улыбке. В следующее мгновение он пронзительно закричал: лёд сковывал его, лишая возможности пошевелиться, а острые зубы впились в шею.
– Вампир! – завопили его спутники, не веря своим глазам, и бросились наутёк, оставив своего сообщника на волю судьбы.
Их удивление было вызвано тем, что вампиры стали редкостью в нынешнее время, а уж от городов вообще держались подальше, предпочитая обходить стороной большие скопления людей. Ведь если ночью они охотились на людей, то днём последние быстро находили лежбища вампиров и рубили головы незадачливым кровососам.
Но ночью с ними лучше дела не иметь, так как эти существа сильны и коварны, черпая нечеловеческую силу из лунного света, а уж жажда крови делала их неукротимыми в битве. Иметь дело с противником, который каждую секунду так и норовит изловчиться да вцепиться тебе в горло зубами, чтобы отведать твоей кровушки, не желал никто из грабителей. Но с вампирами грабители не связывались ещё и потому, что взять с них решительно нечего. Денег те с собой не носили, так как за еду свою не платили, питаясь зазевавшимися жертвами; одежду снимали часто с них же, но оружие и драгоценности не брали; а вот пинты-другой крови можно лишиться – и получить нехилых зуботычин за сопротивление. Так что все предпочитали оставлять беспокоиться о кровососах охотникам на вампиров. Разбойники же не герои, это охотникам надо себе репутацию зарабатывать, а у грабителя есть дела и поважнее в жизни.
Фея сморщила носик, аккуратно уложила на землю оставшегося на её милость бессознательного грабителя. И с отвращением выплюнула попавшие ей в рот капли крови. После чего у ближайшего фонтана прополоскала рот, передёрнув худенькими плечиками.
Вернувшись обратно, проверила пульс у незадачливого грабителя, поняла, что его жизни ничего не угрожает, и что отрубился он больше от испуга, чем от неглубокого укуса и потери нескольких капель крови. Она оттащила его за ногу под дерево, чтобы никто случайно в темноте не наступил на бесчувственное тело, выходя из ближайшего трактира.
Вампиром Эвредика не была точно. Идея сымитировать кровососа ей пришла в голову спонтанно, так как грабители – ночные существа, и преподанный урок надолго отучит данную компанию высовывать нос на ночные улицы. А уж одиноких милых дам они вообще будут обходить за версту.
2
Маргелиус то впадал в забытье, то приходил в себя. Память потихоньку возвращалась. Мысли скользили, не задерживаясь на чём-либо конкретном, он слабел с каждым днём.
Ужасно хотелось пить. Казалось, он готов отдать все богатства, которыми раньше владел, лишь бы почувствовать снова вкус прохладной свежей воды. Он горько улыбнулся… богатства, да… когда-то он был богат, но замок после его пленения, скорее всего, разграбили дотла, поэтому за глоток воды ему, пожалуй, и предложить нечего, разве только свою жизнь. Если она ещё кому-то нужна.
Невесёлые мысли о былом богатстве вернули его в прошлое и придали мыслям философский оттенок.
Когда же все пошло настолько не так, что он закончил свои дни в такой глубокой заднице?
Битва при Альгварде? Нет, точно нет, это уже было в самом конце его бесславного поражения. Когда же всё началось?
С дракона, определённо с дракона. Когда в один погожий весенний день к нему пришли гонцы из Страны Роз с прошением принять участие в охоте на дракона. В Северных лесах их королевства, на границе с его землями, завёлся дракон: стада жрёт, поля жжёт, урожай топчет, в колодцы плюёт, на юных девушек заглядывается. И проводится призыв желающих прибить страхолюдину Воителя ради, а то спасу от него нет, и не будет ли благородный герцог так любезен тоже принять участие в охоте.
Маргелиус почесал подбородок. Драконы воевали с людьми, но сейчас селились больше на Коралловом острове подальше от материка и на людей нападали редко, если только с большой голодухи. Их численность значительно сократилась с былых времен, в основном из-за храбрых героев, желающих добавить к своим заслугам голову убитого дракона, которую несли в столицу, показать народу, затем в свои замки и вешали в трофейных залах на стены, а скальды слагали об их храбрости и героизме поэмы.
Недолго думая, герцог взял меч и погрузил свою задницу на самую быструю лошадь из конюшни. Не то чтобы он всерьёз собирался ехать убивать дракона, но во дворце всё равно было скучно, а это хоть какое-то развлечение.
Глядя в прошлое, он видел себя как бы со стороны, вот он молодой, самонадеянный и красивый Лорд Севера, любимец женщин, с тёмно-каштановыми, забранными в длинный хвост волосами, белой кожей, аристократическим профилем и яркими серо-голубыми глазами, гордо восседая на лошади, едет по лесу. Всё дальше и дальше удаляясь от замка и поселений людей.
Он две недели тащился по дебрям, прихлопнув очередного комара, решившего им поужинать, и уже решил возвращаться обратно, так как драконом и не пахло. Старые следы дракона попадались время от времени, но на свежий след он никак не мог напасть. Дождик моросил третий день практически без перерыва, смыв последние следы дракона, и Маргелиус уже понял, что погорячился, решив, что месить грязь по чащам будет увлекательным занятием. Вино в мехах кончилось давно, как и табак. И чего дома не сиделось? Сейчас бы пил грог на уютной террасе, попыхивая трубкой, эх…