Страница 6 из 13
— Пожалуйста… Не надо, — пролепетала я, моля, чтобы они не послушали. Вскоре я совсем перестала видеть, последние краски уходящего дня померкли перед глазами.
Меня ласкали мужские руки, целовали чужие губы, соски горели от лёгких укусов.
— Рикард, я хочу тебя, — закричала я, и мужской член ворвался в моё увлажнённое лоно, причинив именно такую боль, какой я и хотела. Мужчина лёг сверху и заставил закинуть ноги ему на спину. О, это было чудесно и волшебно, муж сразу взял нужный ему темп, член скользил внутри меня, каждый раз проникая всё глубже, почти разрывая, но и даря удовольствие болезненного соития. Рикард использовал меня, как, вероятно, имеют портовых девок изголодавшиеся по женским прелестям моряки. Моё терзаемое мужским органом лоно сочилось влагой, я готова была кричать от животного довольства, но только кусала губы.
— Кончи в меня, Рикард, — закричала я в исступленном желании ощутить внутри его семя и утолить жар и гон, владевшие мной. Моё желание тут же исполнили, я, как истинная похотливая самка следом за супругом испытала высшее наслаждение. Оно было столь ярким, что первое время я не могла отдышаться, прижимаясь к супругу, чей мужской орган всё ещё был во мне.
— Я не Рикард, — прошептал мне на ухо чужой мужчина, покусывая мочку. — Но сделал всё, как ты хотела.
Вкрадчивый насмешливый голос вторгся в мою негу и вдребезги разбил удовольствие. Мужчина покинул тело, меня бил озноб, как от холода. Зрение ещё не вернулось, я не понимала, что происходит. Сознание ухватилось за спасительную нить: это просто кошмар, дурной сон, морок. Сейчас я очнусь в постели, и рядом будет муж, который обнимет меня и крепко прижмёт в себе.
Кто-то сел рядом и погладил меня по спине. Лёжа на боку, я вздрогнула, но обернулась на звук:
— Что ты испугалась, дурочка? — ласково произнёс Рикард. — Тебе же понравилось, а я совсем не сержусь.
— Я ничего не вижу, — плача, прошептала я, хватаясь за родную руку.
— Это скоро пройдёт. Немного переборщили со снадобьем. А пока тебе не надо видеть, достаточно того, что мы любуемся твоим телом, — голос изменился. Теперь мужчина говорил с плохо скрываемым раздражением. — Только не плачь, я ненавижу женские истерики на пустом месте!
Муж легонько толкнул меня в спину, я оказалась на животе, придавленная его телом, разгорячённым желанием.
— Покажи, что ты мне рада, — прошептал Рикард и, огладив по спине, легонько шлёпнул по ягодице. И снова мужской член коснулся преддверия лона, в которое ещё недавно излил семя другой партнёр. Я пыталась рассказать об этом мужу, в глубине души понимая, что братья просто смеются на моей беспомощностью и растерянностью. Но поверить в это и принять жестокую правду было выше моих сил.
Я подмахивала тазом, сжимала бёдра и делала всё, чтобы вакханалия, в которой меня заставили участвовать, поскорее завершилась. Моё лоно хлюпало, тело, не подчиняющееся разуму, было всем довольно. Внутри меня проснулось похотливое животное, тающее и текущее от одного прикосновения братьев.
Зрение временами возвращалось, я видела белое с цветочным рисунком покрывало кровати, и снова погружалась во тьму.
— Ещё-ещё, не останавливайся, — шептали мои губы в такт резким движениям мужа. Он вколачивал меня в кровать, словно знал, что сейчас нужно девушке, одурманенной неизвестным зельем.
Чувствуя спиной разгорячённое тело Дракона, я была готова на всё, только бы доставить ему удовольствие. Потому что от этого зависело, погасит ли его семя огонь, зажжённый братьями. Или они смогут иметь меня снова и снова, всего лишь подлив в вино очередную настойку, пока не лишат здоровья или жизни.
Магическая часть в глубине души чувствовала, что надолго меня не хватит. Сосредоточившись и в очередной раз поймав ритм движений Рикарда, я ждала разрядки как освобождения из темницы. И она наступила, накрыв помимо воли волной удовольствия, очередное семяизвержение, и истерзанному телу дали покой.
Муж кончал долго, сжав меня в объятиях и уткнувшись носом в шею. Я слушала его сбивчивое дыхание и, вынырнув из липкого экстаза, думала о том, что непременно отомщу обоим. За подобные действия приговор Совета может быть только один — смерть.
Глава 5
Заснула я в тот вечер быстро. Братья оставили меня, стоило только им утолить страсть. Напоследок Рикард наклонился ко мне, всё ещё лежавшей на животе, и легонько коснулся губами макушки. А потом ласково произнёс:
— Поспи, моя дорогая Эмили! Ты заслужила отдых. Приду позже, — мужчина поцеловал руку, словно ничего необычного не случилось. Мне было жаль не иметь возможности видеть выражения его лица: зрение вернулось лишь частично, я различала только силуэты и светотень падающую от электрических рожков на стенах.
— Ты ведь Маг, Эмили! Вот и покажи свои способности, — добавил муж и аккуратно прикрыл дверь с той стороны.
Я осталась одна и некоторое время молча плакала. Действие отвара заканчивалось, и страсть испарилась без следа, словно дождевая лужа под летним солнцем. Вместо похоти в душе поселились стыд и ненависть, прежде всего, к самой себе. А ещё брезгливость.
Моё тело, осквернённое чужими руками, губами, казалось покрытым грязью, которая прилипла к нему намертво. Закрыться бы в ванной и не выходить, пока не сотрёшь с кожи память о липких прикосновениях. А потом вытереться насухо и жить дальше, постаравшись никогда не оглядываться назад. Но как разорвать брак, ставший ненавистным всего за несколько дней? Как не допустить повторения сегодняшнего вечера?
Эти мысли заботили гораздо сильнее потерянного зрения. Я прошептала заклинание, заученное с детства, и успокоилась: через пару часов моё тело восстановится. А настойка из имбиря и майорана, которую я принимала втайне от мужа, поможет не зачать нежеланное дитя.
Встав с постели, я почти наощупь дошла в соседнюю комнату. Горячая вода напоминала об их ласках, поэтому я долго лежала в холодной ванной, не чувствуя ничего.
Поздно ночью вернулся муж, но, к счастью, не делал попыток к соитию. Я притворилась спящей и вскоре услышала мерное дыхание Дракона.
Наутро мой план был готов. Я не буду собирать вещи, чтобы лишний раз не возбудить подозрения, а, дождавшись, пока братья отвлекутся, тихонько выскользну через заднюю дверь. Родители, без сомнения, дадут мне кров и пищу, а когда я буду вне зоны досягаемости братьев, они согласятся отпустить меня. Под угрозой раскрытия их мерзкой тайны.
Развод состоится только через пару месяцев, но я потерплю. Лишь бы быть свободной от пут порочной связи!
Я оделась и причесалась, твёрдо решив делать вид, что всё в порядке. Будут ли они снова приставать ко мне? Я старалась не думать об этом, чтобы не расплакаться и не выдать ненароком тайные мысли. Уже сегодня вечером я буду ночевать дома. Там, где меня по-настоящему любят.
Но эти планы были жестоко разбиты моими мучителями тем же утром.
Спускаясь в столовую, я надеялась застать там Викорию, но супругов за столом не было. Рикард сидел в гордом одиночестве, намазывая серебряным ножом масло на белую, ещё горячую булочку. Запах свежей выпечки возбудил аппетит, я вспомнила, что со вчерашнего обеда толком ничего не ела.
— Доброе утро! — его вкрадчивый голос заставил меня вздрогнуть. Рикард привстал и пододвинул мне стул. Безмятежная улыбка играла на его губах. — Ты прекрасно выглядишь. Нам очень повезло друг с другом, правда?
Выделив последнее слово, Рикард заставил меня кивнуть. Я накинулась на еду, чтобы утолить голод и избежать разговоров.
— А где Виктория? — спросила я, когда пристальный взгляд мужа стал совсем невыносим. О Кеннете я узнавать не стала, мне было радостно, что хотя бы одного из братьев нет дома.
— Осталась ночевать у родителей, — улыбнулся Рикард и продолжил, сделав небольшой глоток кофе из миниатюрной чашки, выглядящей игрушечной в его руках. — Пока нет слуг я хотел сказать, чтобы ты не беспокоилась насчёт вчерашнего. Все секреты останутся внутри семьи. Ты ведь поклялась мне в верности, помнишь?