Непрощённая

Однако Бен не собирался так легко сдаваться. Там, где ему недостало хитроумия, его должно было выручить простое упорство. Он наконец поднял глаза и, встретившись взглядом с Рейчел, коротко бросил:

— Эйб Келси — злостный конокрад, вот что.

Произнеся эти слова, Бен закрыл рот и плотно сжал губы, показывая, что не скажет ни одного слова больше. В следующую секунду он подхватил починенное седло и направился к своей лошади.

Рейчел закусила губу. Она поняла, что проиграла. И что не имело никакого смысла дальше приставать к Бену.

— Бен, этот Сет, индейский «сын» Эйба Келси, когда-нибудь приезжает сюда?

Бен застыл.

— Возможно. Откуда мне знать? Каждое утро я обнаруживаю множество следов. Как лошадей, так и людей. Может быть, он приезжал сюда не один, а много раз. Почему ты вообще спрашиваешь об этом?

— Мне интересно посмотреть, как он выглядит.

Бен тяжело посмотрел на неё:

— Я молю Бога о том, чтобы этого никогда не случилось. Потому что у меня есть предчувствие, что если Сет покажется возле нашего дома, то только в боевой раскраске. И начнётся война.

Он резко повернулся и, вскочив на лошадь, быстро исчез из вида.

Рейчел осталась одна. Теперь, когда Бена больше не было рядом, её охватил невольный страх — она вдруг осознала, насколько близко подошла к страшной правде, которая всё это время была скрыта от неё за плотным занавесом умолчания и недоговорённостей, и от этого ей стало по-настоящему жутко.

Она также поняла, что Бен не хочет открыть всю правду для неё, не желает вместе с ней пройти весь этот путь до конца. К сожалению, в этом смысле им вдвоём не по пути... Очевидно, он так и будет по-прежнему относиться к ней, как к сестре. И думать о ней, как о своей родной сестре, пока сама Рейчел не скажет ему, что ни ей, ни ему не стоит обманываться по этому поводу и что она знает о том, кто она на самом деле.

Рейчел не знала лишь, когда это произойдёт. Пока Бен был слишком занят и слишком сильно нервничал из-за возможного нападения индейцев, чтобы можно было заговорить с ним об этом. Рейчел казалось, что удобное время для этого разговора так никогда и не наступит.

Но всё произошло не так, как она предполагала. К тому же Бен оказался не прав насчёт Сета: Сет появился уже через сутки. Без боевой раскраски. И при ясном свете дня.

Глава 18

Сами кайова называли этого молодого индейца с примесью крови белых Сет-Тайхахна-тай, но белые люди всегда звали его просто Сет. Когда Эйб Келси впервые увидел его, он был слишком молод, чтобы что-то собой представлять. Но со временем он превратился в жестокого и умелого воина, и его имя стало известно гораздо длиннее, чем раньше.

Сет был вовсе не единственным представителем племени кайова, в жилах которого текла кровь белых людей. Точно такими же по крови были индейцы кайова по прозвищу Рыжеволосый, Кайова-Голландец и Кайова-Фрэнк. Правда, лишь один из них мог изъясняться на языке белых. Тот факт, что они были наполовину белыми или даже стопроцентно белыми, ничуть не мешал им: в племени кайова не было ни наследственных вождей, ни какой-либо жёсткой системы власти и управления, поэтому успеха здесь мог добиться любой — главное, чтобы он сам был храбрым воином и чтобы за ним захотели идти остальные. Все те кайова, в жилах которых текла кровь белых людей и которые стали известными воинами, добились этого самостоятельно, своими собственными усилиями, своим бесстрашием, своей жестокостью и способностью убеждать остальных следовать за ними.

Некоторые полагали, что те кайова, которые сами были наполовину белыми, были даже более безжалостными по отношению к своим бывшим соплеменникам, чем чистокровные индейцы. Но на самом деле это было не так. Эти люди были не более кровожадными, чем остальные индейцы, и не менее жестокими, чем они. Они были точно такими же.

В тот день, когда Сет приехал к дому Закари, Бен с самого утра отправился на разведку. После того как он обнаружил многочисленные следы индейцев в непосредственной близости от дома, он распорядился загнать всех лошадей, коров и быков в укреплённый загон, и вбежал в дом, приказав приготовиться к обороне. Люди тут же захлопнули ставни, которые только что открыли, чтобы впустить в дом лучи утреннего солнца, и открыли бойницы. Приготовив оружие, они стали ждать.

Потянулись томительные минуты ожидания. Обшарив взглядом внутренности помещения, Тип вдруг спросил:

— А наша печная труба не слишком ли великовата?

— Внутри в неё вделаны специальные решётки, — успокоил его Бен. — Тот, кто попытается проникнуть в дом через трубу, так и останется в ней.

Матильда прибиралась в буфете. Она двигалась почти неслышно и лишь очень тихо напевала себе под нос. Но даже это еле слышное пение отчего-то действовало на нервы Рейчел. Она хотела сказать Матильде, чтобы та замолчала, но никак не могла сообразить, как бы сделать это деликатно, так, чтобы не обидеть пожилую женщину. Так ничего и не придумав, она смирилась с этим и, сунув руку в сундук с боевым снаряжением, достала оттуда дополнительные патроны и подала их парню по имени Джо, который вместе с Типом был с самого начала выделен Беном для охраны их дома. Джо был спокойным тихим пареньком со светлыми волосами и внешностью, которая выдавала в нём потомка голландцев. Он был так скромен и настолько легко смущался, что даже не осмелился ни разу поглядеть в упор на Рейчел. Вот и сейчас, не глядя на неё, он поблагодарил её за патроны коротким кивком головы.

Неожиданно все мужчины застыли. Их руки, сжимавшие ружья, невольно напряглись.

— Если кто-то выстрелит без команды, я сам убью такого идиота, — негромко предупредил Бен. Он ещё несколько секунд вглядывался в то, что происходило за окном, а потом тихо произнёс:

— Вот это совпадение, сестрёнка... Лёгок на помине... Ты хотела увидеть Сета? Ну что ж, подойди поближе. Вот он!

Энди уступил Рейчел своё место у бойницы, и она увидела трёх индейцев верхом на лошадях, которые находились не далее как в пятидесяти ярдах от их дома. Все они были из племени кайова. Их тела не покрывала боевая раскраска, которая свидетельствовала бы, что они вступили на тропу войны, но в руках у всех у них были ружья. Хвосты их лошадей не были связаны в пучок, как это обычно делалось перед серьёзной битвой. Всё это говорило о том, что эти три воина просто путешествуют, но пока ещё не собираются воевать.

— Судя по тем следам, которые я насчитал с самого утра, эта троица — лишь передовые силы. А всего их не меньше пятнадцати, а то и двадцати человек, — сказал Бен. — А он здоровый, этот Сет, не правда ли? Почти такой же большой, как их известный вождь Сатанта.

Рейчел пристально всматривалась в человека, о котором лишь накануне говорила с Беном. Нет, в Сете ничто не выдавало белого. По крайней мере на таком расстоянии она не могла различить никаких признаков, которые свидетельствовали бы о том, что он не индеец.

— Дай мне ружьё, Энди, — приказал Бен. Не оборачиваясь, он протянул назад руку, и Энди поспешно вложил в неё своё ружьё марки «Спенсер».

— Ну что ж, парни, — сказал Бен, обращаясь уже к Типу и Джо, — сейчас я потрачу один патрон, чтобы немного попугать их, но вы сами пока не стреляйте. Даже не показывайте, что вы здесь. Если надо будет, чтобы вы открыли огонь, я специально скажу вам об этом. Ясно?

Бен тщательно прицелился и выстрелил. Рейчел увидела, как лошади кайова прянули назад. Но сидевшие в сёдлах всадники, казалось, даже не пошевелились. Они переглянулись друг с другом, и девушке показалось, что она заметила ухмылки на их лицах. Затем Сет поднял вверх правую руку в знак того, что он пришёл к Закари с миром.

Рейчел застыла, поражённая.

— Похоже, они считают, что обладают магическим средством от пуль. Поэтому они ничего не боятся, — пробормотала она.

— Да нет, эти парни ведут себя так развязно не потому, что полагают, будто заговорены от пуль, а просто потому, что они — настоящие дьяволы, — покачал головой Бен. — Я знаю всех трёх... это те ещё типы. Того, что находится слева от Сета, зовут Седло Волка. Другого — Потерянная Птица. Причём Потерянная Птица коварнее самого Сета, хотя трудно представить себе, что это вообще возможно. Эти типы прекрасно знают, что они делают здесь. — Он передал ружьё обратно Энди. — Они даже знают, что я здесь делаю.