Страница 66 из 231
- Несите её за мной, я провожу вас в палату.
- Нам нужна только платная отдельная палата со всеми удобствами!
- Но…
Врач мешкает, а Пашка уже похлопывает его по плечу, извлекая из внутреннего кармана пальто, портмоне.
- Самая лучшая, вип - палата, которую только можно придумать. Вы меня поняли?
Он бросает на рабочий стол доктора стопку купюр, и прищуривает свои серые глаза.
- Я понял вас.
Врач быстро убирает деньги в карман своего халата и жестом показывает идти нам вслед за ним. Пашка берёт меня на руки, и я зажмуриваюсь. Чёрт побери, я ужасно боюсь посмотреть ему в глаза.
- Не притворяйся умершей! Лучше ответь мне на один вопрос – от кого у тебя ребёнок, и почему ты ничего мне не сообщила о мальчике?
По моему телу проносится волна озноба. Ну, вот и всё – олигарх обо всём догадался и требует от меня ответа. Конечно, подсчитать цифры не составило мужчине большого труда.
- Отвечай!
- От тебя.
Мужчина подбрасывает меня на руках, как пушинку, и продолжает движение. Я ойкаю, и вновь вцепляюсь в его шею.
- Я боялась тебе сообщить.
Мой хриплый голос еле слышен в коридоре больницы, но Пашка, конечно же, всё отчётливо услышал.
- Да ладно! Значит, придти ко мне домой, переодевшись Снегурочкой – ты не испугалась. Спасти меня от нападения Катрин – тоже. А тут вдруг испугалась?
- У меня не было времени…
- Не ври! У тебя было полно времени! Мы столько раз оставались наедине, но ты упорно молчала и продолжала скрывать, что родила от меня ребёнка! Как ты могла так подло поступить?
Павел Иванович шипит, и багровеет. Я в страхе закрываю глаза. Да, он прав, конечно. Но мне не хватило сил всё рассказать. И, тем более, я очень боялась, что мужчина просто отберёт у меня мальчика. Он на моём фоне выглядит более хорошим родителем. Он не бросал ребёнка в роддоме, не отказывался от него. А ещё у Пашки есть связи, много денег и шикарный особняк.
Ну, и кому судьи отдадут Марата? Ответ очевиден.
Я закусываю губу, чтобы не разреветься.
Врач открывает одну из дверей, и приглашает нас войти. Олигарх втаскивает меня в палату, и бросает на койку, как овощ, застеленную свежим, хрустящим постельным бельём.
Палата небольшая – метров девять, вытянутой формы, с окном. Около палаты – личный санузел. В самой палате есть раковина, стол, кровать и тумбочка. На стене – прибита вешалка для одежды.
- Вам подходит?
Врач склоняет голову на бок и внимательно смотрит на моего сопровождающего. Пашка кривит рот и сводит брови на переносице:
- Вы издеваетесь? Я вам предостаточно заплатил, чтобы палата выглядела совершенно по-другому.
- Но, это лучшая одноместная палата.
- Значит, купи с тех денег телевизор, чайник, микроволновую печь. Чтобы было всё необходимое! Ты понял?
Доктор почтительно приседает и кланяется. Я понимаю, что олигарх крайне разозлён, и предпочитаю помалкивать.
Тут в палату вбегает Марат в расстёгнутой куртке, с пакетом моих вещей.
- Еле вас нашёл! Хорошо хоть, медсестра на посту сказала, куда вы пошли.
- Я же сказал тебе ждать меня в холле!
Пашка вращает серыми глазищами. Мальчик подбоченивается, и упирает руки в бока:
- А вы мне не указывайте! Вы мне никто, понятно?
- Да что ты говоришь?
Олигарх расплывается в сладкой змеиной улыбке, и поворачивается ко мне. Его трясёт от злости.
- Вот твоя мамочка нам всё и расскажет сейчас.
Я бледнею – меня бросает в жар, а ноги подкашиваются. Врач, видя такую глобальную перемену на моём лице, тотчас начинает махать руками:
- Нет-нет! Я запрещаю вам устраивать разборки в больнице! Девушка очень слаба, ей нужен покой и правильное лечение! Не нужно её тревожить. Вот вылечится, тогда спокойно всё выясните!
Выдыхаю. Доктор просто спас меня! Уже во второй раз!
- Ладно, Айболит.
Пашка кивает, и хлопает доктора по плечу.
- Уходите! Завтра Анастасия Игоревна сдаст анализы, и мы начнём лечение. А пока она будет под нашим присмотром. Только решите, с кем пока будет жить мальчик. Ведь его нельзя оставить без присмотра, он ещё ребёнок.
-Я не ребёнок!
Марат тотчас шипит, как обиженный ёжик, а олигарх тут же подхватывает его на руки.
- Конечно, он пока поживёт со мной.
Я во все глаза смотрю на разворачивающуюся картину. Как это так? Я столько лет искала Марата не для того, чтобы отдать его Павлу Ивановичу! Кажется, мои страхи и опасения начинают сбываться.
- А где вы живёте?
- У меня особняк на Рублёвке. Я познакомлю тебя со своей дочерью, вы подружитесь. Её зовут Василиса, ей пять лет. Я уверен, вы найдёте общий язык, и будете жить как брат и сестра.
Застонав, отворачиваюсь к стене. Ну вот, Пашка отберёт у меня ребёнка! Где Марату больше понравится жить? В убогой квартире на окраине Москвы или в шикарном особняке, доверху наполненном игрушками? Тут и думать нечего!
А когда Павел Иванович объявит мальчику о том, что он его настоящий отец, Марат вообще и думать обо мне забудет!
- Ну, вот и славно, уходите. Навестить больную и привезти необходимые вещи можно будет завтра, с двенадцати до двух.
Врач выталкивает посетителей из палаты, но мальчик, ухитрился подбежать ко мне. Я провожу трясущейся потной ладонью по его прохладной щеке:
- Ты приедешь завтра ко мне?
- Конечно. Ты же моя мама. Теперь я буду о тебе заботиться.
- Не ругайся с Павлом Ивановичем, хорошо?
Марат кивает и чмокает меня в щёку. Я закусываю губу, и провожаю его удаляющуюся фигурку глазами. Слеза умиления скатывается по моей щеке. Позвоню Пашке вечером, попробую с ним поговорить по телефону.