Игры Боэтии

— Мне надо подумать, — невозмутимо откликнулся Локи. Думал он, впрочем, быстро, прокручивая в уме вероятное развитие нескольких ситуаций. В своих планах они с Катарией приняли в расчет и Черный предел. Советница полагала, что надо опасаться внезапно явившейся на поверхность лавины разъяренных фалмеров. Локи больше тревожился за то, что у кого-нибудь хватит ума или неосторожности поджечь огромные угольные пласты – и тогда Скайрим за несколько лет задохнется в чаду и пепле. А тут, извольте видеть, скрывающиеся Клинки. Очень остроумно. – Говорите, покушение на императора? Это ужасно. Конечно же, наш долг – сделать все, дабы предотвратить его. Чем же я могу помочь вам? – он приложил палец к подбородку. – В Солитьюде есть неплохая городская стража, но они нужны в городе, на случай штурма или обороны. Мою личную гвардию составляют всего десять человек… но зато у нас есть Соратники. Отличные парни, вольный наемный отряд с историей от времен Исграмора. Немного помешаны на идеях личной доблести, но, думаю, охотно согласятся поддержать вас. Двести человек, говорите? Их обычная цена – пять дрейков в день на человека, ваш поход займет два-три дня… стало быть, готовьте три тысячи септимов.

— Что? – вытаращился Таросси.

— Три тысячи полновесных септимов, — повторил наместник. – И то лишь потому, что у города договор с Соратниками, и мы совершенно безвозмездно позволили им разместиться в старом поместье «Высокие шпили». Иначе они содрали бы с вас все десять, и не поморщились.

— Но жизнь императора в опасности!..

— Это Скайрим, — развел руками Локи. – Понимаю, наши традиции кажутся вам, человеку приезжему и столичному, несколько диковатыми. Но здесь так принято. Хочешь кого-то нанять, неважно, шлюху или солдата – плати вперед. Хочешь, чтобы за тебя отдали жизнь – гони монету. А раз речь идет о расправе над злоумышленниками во имя императора – платите вдвойне. Вы же хотите, чтобы за императора сражались лучшие, которые не предадут и не отступят?

Таросси побагровел и пошел лиловыми пятнами, намереваясь то ли выхватить меч из ножен и срубить голову нахальному наместнику, то ли разразиться речью о том, сколько почетно бесплатно сразиться во имя Империи. Остановило его только скучающее выражение лица Лофта. Тот не собирался ни уступать, ни торговаться. Он предложил свои услуги и назвал их стоимость. Не нужно – справляйтесь сами. Тут вам не блистательная столица. Тут суровый край Скайрим, где все имеет свою цену.

 — Ладно, — с ненавистью процедил Таросси. – Три тысячи. Но чтобы через два часа ваши Соратники в полном вооружении стояли у Нижней сторожевой башни и были готовы быстрым маршем пройти до Устенгрева. У них хотя бы лошади найдутся? Если нет, одолжим.

— Лошади – это хорошо, — согласился Локи. – Договорились, через два часа у выхода из города. Позвольте откланяться.

Выйдя из покоев, отведённых императорской охране в Хмуром замке, Локи немедля развил бурную деятельность. Гонец с наскоро чёркнутой запиской помчался в «Высокие шпили», к Вигнару Серогривому. Локи не сомневался, что магические слова «три тысячи золотых» и «Черный предел» окажут на почтенного воителя нужное воздействие, и к нужному сроку две сотни отборных головорезов будут ожидать у городских стен. Забавно выйдет, если надутый важностью бурдюк Таросси вздумает отдавать приказы Соратникам. Они подчиняются только своим командирам, а Вигнар наверняка смекнет поставить над отрядом самого упрямого и несговорчивого. Скажем, Ольфинну или своего племянника Торольда...

 Стремительно шагавший через просторный двор Синего замка наместник неожиданно сделал резкий поворот через левое плечо и вместо лестницы парадных дверей направился к входу в бывшее крыло Безумного Пелагия, ныне отведенное под архивы и склады Восточной компании. Пройдя мимо занятых работой клерков и торопливо кланявшихся приказчиков, господин Лаувейссон удалился в задние помещения, где ловко юркнул в неприметный узкий коридор. Пройдя по нему, Локи уткнулся в тупик, завершавшийся давно заколоченной дверью. Пошарил по каменной стене, надавив немного выступающий кирпич – и створка быстро и беззвучно распахнулась ему навстречу.

За секретной дверью начиналась поднимавшаяся наверх винтовая лестница. Она выводила в небольшую комнатку с низким потолком, обставленную в духе обычнейшего жилья нордлингов – массивный стол, широкая кровать из горбыля, накрытая полосатыми пледами, камин и подвешенный над ним медный котелок. Пара масляных фонарей на стенах и толстые свечи на столе придавали комнатушке обжитой и уютный вид.

Единственным обитателем уединенных покоев был молодой норд весьма крупного телосложения. Он валялся на кровати, рассеянно подкидывая над собой и ловя то за рукоять, то за лезвие короткий широкий кинжал. Заслышав шаги, лениво перевел взгляд на дверь.

— Подъем, Тор! — скомандовал Локи, ураганом врываясь в маленькое царство полудремы и полутьмы. — Я подыскал тебе достойное занятие. Нечего тут задницу отлеживать. Давай-давай, поднимайся!

Светловолосый и светлоглазый норд, носивший короткое и звучное имя Тор, нехотя сел и, чуть склонив голову набок, уставился на наместника.

— Нашим дорогим гостям из столицы не сидится на месте. Господа Бдящие вздумали поохотиться на мятежников, — пошарив на столе, Локи наткнулся на непочатый кувшин с медом и зубами вытащил пробку. – Да не где-нибудь, а в Черном пределе. Мое живое воображение тут же нарисовало жуткую картину, как их там потрошат в мелкое крошево. По доброте душевной я попросил Соратников приглядеть за ними. Ты отправишься с Соратниками, — он отхлебнул из горлышка и сдавленно закашлялся. — Нечего хмуриться! Мне нужен свой человек среди этих чокнутых наследников Исграмора!