Страница 23 из 25
Родственники Михаила приняли Риту благосклонно. Конечно, Геннадий Павлович встречаться отказался наотрез, зато Дарья, та самая, которая сдала девушке студию, обрадовалась, как ребёнок, и обняла обоих, пожелав брату скорее оказаться окольцованным.
— Мы пока не решили, — смущённо произнесла Рита, когда их маленькая семья устроилась за кухонным столом. — Всё так быстро произошло.
— И что? Надо обязательно прожить двадцать лет. а до этого встречаться семь? Мы в двадцать первом веке живём. И скоро у меня появится племянница, так что самое время, — Дарья интеллигентно улыбнулась обоим. — Кстати, почему вы мне сразу не сказали, что знакомы? Я ещё думала тогда, что Мишка на меня рассердился!
— Это будет мальчик, — Михаил перевёл разговор на то, что волновало его больше всего. Он не был против дочери, но настаивал, что имя надо выбирать мужское. Например, Олег.
А Рита помалкивала, уверенная в обратном. Как ни странно, мать поддерживала её в этом. Впервые с родительницей было полное согласие. И будущий зять маму устроил, и беременность дочери, которая «оказалась весьма кстати».
— Вот вижу, что мои уроки не прошли даром, Рита, — счастливо вздохнула будущая бабушка, вмиг смирившаяся с этим фактом. И с видом милостивой императрицы добавила: — Внучка — это прекрасно. И избранник мне твой понравился.
— Ты тоже самое твердила о Борисе, — сухо произнесла дочь, недовольная такой переменой. Мать всегда искала выгоду и считала, что другие поступают также.
— Мне нравятся мужчины, способные обеспечить своей даме безбедное существование. Конечно, нынешний твой избранник еще не проявил себя в полной мере, — и нататуаженная идеальная бровь взметнулась вверх, оставляя в реплике многоточие.
Это означало: «пока не спешит облагодетельствовать лично меня».
— Кстати, Борис больше не звонил?
— Нет. И не позвонит. Я ясно сказала, что беременна от другого, — Риту начинал утомлять это “кафетерный” разговор за чашкой чая, но встать и уйти — значило обидеть маму. Пусть она и со своими тараканами, но ведь по-своему желает ей добра.
— Уверена, что знаешь отца ребёнка? — наклонившись, заговорщицки прошептала мама.
— Да, — выдавила девушка сквозь зубы. — Это не Борис.
— Жаль, можно было стребовать алименты на ребёнка и твоё содержание до трёх лет…
Фантазии матери были для Риты привычны, поэтому она знала, что возражать — всё равно, что доказывать марсианинке, что земное море приносит пользу. Самое безопасное и мудрое — попрощаться, сославшись на неотложные дела. Или дурное самочувствие, что Рита с удовольствием в тот раз и сделала.
Малыш начал шевелиться. Это открытие Рита сделала нечаянно и в самый неподходящий момент. Белый «Лексус» как раз подрезал её справа, а уйти влево не позволял поток других авто. Сердце ойкнуло, и в животе что-то отозвалось странной волной, закончившейся лёгким ударом. Даже не ударом, а толчком. Но рассуждать и бояться было некогда.
Девушка выжала сцепление, машинально глянув в зеркало заднего вида, и уже притормозив, а после, вырулив на свою полосу и отдышавшись, включила рассудок. Нет, возможно, ей просто со страху показалось! В любом случае сейчас она ничего не ощущала.
Вечером Рита с нетерпением ждала с работы Михаила, чтобы поделиться сомнениями или радостью, уж как пойдёт. Больше шевелений не было, но подруга, из тех, что рожала несколько раз, уверила по телефону, что это именно оно. Да и срок, мол, уже подходящий.
Рагу с глазированными овощами стояло на подогреве уже полчаса, а суженый всё не шёл. Рита уже дважды набирала его номер, но «абонент был недоступен». Если подумать, то ничего странного: связь в этой части Питера часто сбоила. А ещё Курортный район! Говорят, престижный.
И вот, наконец, раздался долгожданный звонок. Рита кинула взгляд в зеркало и бросилась открывать. Червячок сомнений вгрызся в душу, но девушка отмахнулась от всяких страхов: мало ли, ключи забыл? Или руки заняты.
Но на пороге стояла Дарья с объёмными пакетами в руках и виновато улыбалась:
— Привет! Я тут продукты тебе привезла, — начало было бодрым, но в груди Риты уже что-то оборвалось.
— А где Миша? — спросила она, пропуская золовку внутрь. — Я не могу до него дозвониться.
«Хоть бы сказала, что он задерживается», — промелькнула мысль, и Дарья, словно услышав её, произнесла:
— Мишка на Кронштадском, там у партнёра что-то случилось. Словом, подробностей не знаю, но они вдвоём куда-то в область мотнулись. А телефон у брата сел.
Говорила Дарья складно, немного волнуясь и смотря прямо в глаза. Это и настораживало. Как будто докладывала заученный урок. А может, просто устала? А тут брат: и тащись к его благоверной через полгорода по пробкам, чтобы та не волновалась и не умерла с голоду.
— Да тут продуктов на неделю, — опешила Рита, разбирая сумки.
— Что сказал, то купила. Деньги не надо, он перевёл. Сказал, тебе напишет, — Даша помогла разложить продукты и начала собираться.
— Напишет? Когда? — вопрос повис без ответа. Странно!
— Останься на ужин. У меня рагу с овощами…Одной столько не съесть, — растерянно предложила Рита, не зная, что и думать.
С одной стороны, вроде всё логично, ну бывает чп, тем более Миша часто задерживался или наоборот, мог приехать нежданно рано. «Проверяю тебя», — как он любил шутить. С другой — всё случилось так внезапно, и телефон сел. Нет, она просто перенервничала и сейчас думает о глупостях. Как беспокойные мамаши, выглядывающие великовозрастных деток, задержавшихся на полчаса с гуляний.
— Нет, прости, мне ещё надо в пару мест заехать, и домой дотащиться, — девушка говорила быстро и посматривала в сторону двери. Рита не решилась её задерживать, но волнение её усилилось.
— Да не переживай ты! Вернётся, никуда не денется, — произнесла Дарья на прощание и скрылась за дверью, махнув рукой.
Рита вернулась на кухню и выключила мультиварку. Есть совсем не хотелось. Телефон Миши по-прежнему молчал, и голос оператора на том конце был ожидаемо равнодушен. Девушка пробовала засесть за договор, который делала по найму, или посмотреть телевизор, но в новостях показывали какие-то ужасы, только усиливающие тревогу. Аварии, покорёженные машины…
Наконец, телефон ожил. Пальцы дрожали, и Рита долго не могла открыть пришедшее сообщение. В том, что оно от Михаила, она не сомневалась.
«Прости, малыш, вынужден уехать по работе. Телефон подзарядился мало, как доберусь до гостиницы, заряжу. Завтра обязательно перезвоню. Со связью всё хреново. Спокойной ночи. Целую».
Тревога немного утихла, Рита перечитала сообщение и, подумав, набрала номер. Абонент был недоступен.
Михаил перезвонил только через день. И голос у него был слегка неадекватный, вроде не пьяный, но какой-то шальной.
— Всё в порядке, вернусь где-то дней через пять. Может, раньше, — проговорила трубка. — У тебя как всё, нормально?
— Да, — протянула Рита, не зная, что сказать. О шевелениях ребёнка, которые стали повторятся с регулярностью раз в два часа, по телефону сообщать не хотелось.
— Ладно, целую. Позвоню завтра. Мне пора, тут на части рвут, — бодрым голосом сказал Михаил и отключился.
Рита вздохнула и попробовала отвлечься на другие дела. Думать о плохом не хотелось, но в голову лезли опасные мысли: может, ему всё надоело? Изображать заботливого мужа и терпеть капризы женщины, даже не согласившейся стать его женой. Да, в последнее время настроение Риты менялось, колонясь в противоположные стороны, в течение одного дня. Она пила витамины, успокоительные, но ничего не помогало.
— Это потому, что твоё положение слишком шатко, — говорила подруга Маша. — Ну в самом деле, кто ты? Беременная сожительница.
— Я уже побывала законной женой, — возражала девушка. — Спасибо. Лучше буду любимой вне закона.
Всё так, но действительно ли любимой? Миша был заботливым. Предупредительным, временами вспыльчивым, но отходчивым, секс с ним доставлял Рите, несмотря на её положение, особое удовольствие, но любил ли её Беркутов? В своей безумной влюблённости Рита не сомневалась. Жизнь походила на сбывшуюся сказку, словно Спящая красавица, наконец, проснулась от поцелуя (и не только) прекрасного принца.