Страница 1311 из 1411
— Я с радостью выслушаю твои предложения, вопросы, мысли и аргументы, мой рыцарь, — спокойно произнесла Мэб.
Она изящно приподняла ножку и уперлась кончиком высокого каблука мне в горло. Затем надавила на него, совсем чуть-чуть, и это было адски больно.
— Но я — Мэб, смертный. Не тебе меня судить. Понятно тебе?
С каблуком, упирающимся в гортань, не очень-то поболтаешь. Пришлось дёрнуть головой, изображая кивок.
— Откажись повиноваться мне, если этого ты хочешь, — сказала она. — Я не смогу помешать тебе сделать это… если ты желаешь заплатить назначенную цену.
С этими словами она убрала ногу от моего горла.
Я сел и принялся его растирать.
— Это не очень хороший способ сохранить со мной хорошие рабочие отношения, — прохрипел я.
— Я кажусь тебе дурой, мой рыцарь? — спросила она. — Подумай.
Я оглядел её. Голос Мэб был совершенно спокоен. После того, что я сказал ей, после проявленного мной неповиновения, это было неожиданно. Она никогда не стеснялась показывать свой гнев, если считала, что собеседник это заслужил. И это абсолютное самообладание было… не то чтобы не в её характере, но я ожидал намного больше напряжённости, чем она демонстрировала. Мое неповиновение поставило под угрозу её планы, а это никогда не оставляло её в хорошем настроении.
Если только…
Я закрыл глаза и снова прокрутил в голове её слова.
— Ваши указания, — медленно произнес я, — заключались в том, чтобы пойти с Никодимусом и помогать ему до тех пор, пока он не достигнет своей цели.
— Верно, — сказала Мэб. — А своей целью он назвал изъять содержимое хранилища.
Она наклонилась и, ухватившись за рубашку, подняла меня на ноги с такой легкостью, словно я весил не больше чихуахуа.
— Я ведь не говорила, что ты должен делать после этого.
При этих словах я моргнул. Несколько раз.
— Вы… — я понизил голос: — Вы хотите, чтобы я обвёл его вокруг пальца?
— Я жду, что ты вернёшь мой долг, следуя моим инструкциям, — ответила Мэб. — А после этого… — в полумраке её губы снова растянулись в улыбке, на этот раз самодовольной, — я жду, что ты будешь собой.
— Что бы Никодимус ни замышлял на этот раз… вы тоже хотите его остановить, — выдохнул я.
Она склонила голову, лишь слегка.
— Вы знаете, что он не собирается честно соблюдать перемирие, — негромко произнес я. — В какой-то момент он собирается разделаться со мной. Он собирается предать меня.
— Разумеется, — сказала она. — Я жду незаурядного, более изобретательного предательства с твоей стороны.
— Не нарушая при этом вашего слова и помогая ему? — требовательно спросил я.
Её улыбка стала шире.
— Что, не пара пустяков? — спросила она. — В молодости я бы получила удовольствие от такой нестандартной задачи.
— Да, — сказал я. — Круто. Спасибо.
— Капризные не становятся Зимними рыцарями, — ответила Мэб.
Она повернулась к дверям лифта, где теперь красовалась огромная вмятина в форме чародейской черепушки. Створки разошлись перед ней с протестующим стоном металла.
— Сделай это для меня, и я обеспечу безопасное удаление паразита, когда задание будет выполнено.
— Никодимус, его дочь, и бог знает кто ещё там в его команде… — сказал я. — А я вынужден работать со связанными руками, и вы ждёте, что я выживу в этой игре?
— Если ты хочешь жить, если хочешь, чтобы жили твои друзья и семья, я жду, что ты не просто выживешь, — сказала Мэб, выходя из лифта. — Я жду, что ты сдерёшь с них кожу живьём.
Глава 5
— К чести Мэб, — произнесла Кэррин Мёрфи, — стоит заметить, что она просит тебя сделать именно то, в чём ты спец.
Я моргнул:
— И что сие должно означать?
— Есть у тебя, Гарри, такая склонность — увиливать от сделок, в которые ты себя втягиваешь, — сказала она. — У тебя в этом богатый опыт.
— Хочешь сказать, я не должен им противиться? — требовательно спросил я.
— Вероятно, тебе лучше сосредоточиться на том, чтобы вообще не втягивать себя в них, — ответила она, — но это лишь скромное мнение бывшего копа.
Мы сидели в гостиной Кэррин, в маленьком домике, увитом розами, доставшемся ей в наследство от бабушки. Кэррин медленно попивала чай, свернувшись в клубок на одном из концов дивана, её подтянутое мускулистое тело выглядело расслабленным. Мой большой серый кот, Мистер, растянулся у меня на коленях, нежась и мурлыча, пока я чесал его.
— Ты хорошо заботилась о нём, — произнёс я. — Спасибо.
— Из него вышла отличная компания, — заметила она. — Хотя теперь я думаю, может, ему больше понравилось бы жить с тобой.
Я оставил в покое спинку Мистера и принялся чесать ему за ушами именно так, как он больше всего любил. Его урчание стало напоминать рёв небольшой моторной лодки. Я и не понимал, как сильно скучал по этому комку шерсти, пока он не прибежал и не врезался плечом мне в голени. Мистер весил почти тридцать фунтов. Мне было интересно, как миниатюрной Кэррин удавалось при каждом возвращении домой не оказываться сбитой с ног под напором его привязанности. Может, она использовала для самозащиты какие-то приёмы айкидо.
— Это можно было бы устроить, — сказал я. — Я… можно сказать, что уже обосновался там. К тому же на острове нет никого достаточно большого, чтобы напасть на него. Но зимой там достаточно холодно, а он не становится моложе.
— Все мы не становимся моложе, — сказала Кэррин. — Кроме того, ты только взгляни на него.
Мистер перевернулся на спину и счастливо покусывал кончики моих пальцев, шлёпая меня лапами по рукам, не выпуская, впрочем, когти. Конечно, это был потрёпанный в боях старый котяра, без кончика хвоста и с порванным ухом, но чёрт побери, если это не было мило, и я вдруг почувствовал, что к моим глазам подступают слёзы.
— Ну да, — ответил я. — Он мне своего рода друг, не так ли?
Голубые глаза Кэррин улыбнулись мне из-за ободка кружки. Только то, как она держала себя, не позволяло относиться к ней, как к милой малышке. Её золотисто-каштановые волосы, завязанные в конский хвост, стали длиннее, чем когда-либо на моей памяти. На ней были облегающие штаны для занятий йогой, майка и фланелевая рубашка, а когда я пришёл, она упражнялась в каком-то боевом искусстве.
— Конечно, — продолжила она, — ты мог бы решить проблему и иным способом.
— Что ты имеешь в виду?
— Ты мог бы жить здесь, — ответила она. Затем добавила, чуть поспешно: — В Чикаго. Ты мог бы, ну ты понял. Переехать обратно в город.
Я нахмурился, продолжая ласкать кота:
— Я не… Слушай, когда очередной урод сожжёт мой дом дотла, возможно, я окажусь не настолько везучим, как в прошлый раз.
— Твой прошлый раз закончился сломанной спиной и работой на монстра, — парировала Кэррин.
— Именно, — продолжил я. — И только благодаря буквально божественному вмешательству никто из моих соседей не погиб, — я покачал головой. — Остров — это недоброе место, но никто не придёт туда искать неприятности на свою голову.
— Кроме тебя, — мягко произнесла она. — Меня беспокоит, что с тобой может случиться, если ты останешься там один слишком долго. Такого рода изоляция не пойдёт тебе на пользу, Гарри.
— Это необходимо, — ответил я. — Так безопаснее для меня. Так безопаснее для всех остальных.
— Что за чушь, — сказала она беззлобно. — Ты просто боишься.
— Ты чертовски права, — произнёс я в ответ. — Боюсь, что какой-нибудь жукоглазый урод придёт, чтобы вернуть должок, и убьёт невинных людей просто потому, что они оказались в зоне поражения.
— Нет, — возразила она. — Тебя пугает не это, — она махнула рукой. — Ты не хочешь, чтобы это случилось, и ты будешь сражаться, если это произойдёт, но пугает тебя не это.
Я опустил взгляд на Мистера, нахмурившись:
— Мне… действительно сложно об этом говорить.
— Так преодолей это, — сказала Кэррин ещё мягче. — Гарри, когда вампиры схватили Мэгги… Они, можно сказать, разрушили твою жизнь. Они забрали всё, что тебе дорого. Твой офис. Твой дом. Даже твою нелепую древнюю клоунскую тачку.