Страница 1304 из 1411
— Да, — ответила она. Затем издала короткий расстроенный звук. — Нет. Возможно. Это перемены.
— А перемены обязаны всегда быть плохими?
— Конечно нет. Но я не знаю, хорошие или плохие перемены произошли с тобой в этот раз, — ответила она. — Гарри… ты самый сильный человек, которого я знаю, более чем в одном смысле этого слова. И именно поэтому… Если ты изменишься…
— Ты думаешь, что я стану каким-то монстром, — сказал я.
Она пожала плечами и сжала мои руки своими:
— Я выражаюсь неправильно. И звучит это неправильно. Но я ощущала тебя, когда мы были частью Охоты. Я знала, что тобой двигало, что ты чувствовал. И на секунду я с этим смирилась — и это меня тоже испугало.
— Так это я слишком монстр или ты? — спросил я. — Я уже немного сбит с толку.
— Добро пожаловать в мой клуб, — сказала она.
— Ты полагаешь, что проблема состоит в том, что я мог перейти на Тёмную сторону, — сказал я.
— Ты мог, — ответила она. — Любой бы мог. А у тебя было больше возможностей для этого, чем у большинства других. И возможно, поэтому тебе не следует разбивать судно твоих чувств о скалы. Помнишь, как Сьюзан разбила тебе сердце, сразу после того, как изменилась? Ты покатился вниз по наклонной. Если это повторится сейчас, учитывая, какие силы нам противостоят… Гарри, я боюсь, что при таком раскладе ты уже не выберешься из очередной передряги.
Это звучало чертовски похоже на правду.
— Ты не ошибаешься, — сказал я. — Но мы даже ещё не сходили на свидание, а ты уже перешла к этапу слезливого расставания?
— Существуют определённые факторы, — повторила она спокойным, ровным голосом.
— Навроде? — спросил я.
— Вроде тебя и Молли, — ответила Кэррин.
— Между мной и Молли ничего нет, — сказал я. — И ничего не будет.
Она вздохнула:
— Ты чародей. Она чародейка. Теперь ты Зимний Рыцарь. А она стала Зимней Леди.
— Кэррин… — начал было я.
— А я скоро состарюсь и умру, — тихо-тихо сказала Кэррин. — Относительно скоро. Но ты проживёшь ещё несколько столетий. Как и она. Вы оба близки — и даже если между вами никогда ничего не будет…. это всё равно ещё одно препятствие между нами. Понимаешь?
Мы держались за руки, а огонь в очаге всё трещал.
— Ох, — выдохнул я.
Она кивнула.
— Значит, против нас целый ряд обстоятельств, — сказал я. — Что ещё новенького?
— Ты капитан бедствий в мире сверхъестественного, — признала она. — Я из тех, чьи отношения постоянно разбиваются об айсберги. И уже достаточно настрадалась, чтобы понять, что наши отношения может постичь та же участь.
— Мы люди, — возразил я. — А не грёбаный корабль.
— Мы к тому же люди, — сказала она. — Поцелуй, когда в нас обоих кипел адреналин, это одно. Отношения сложнее. Куда сложнее, — она потрясла головой. — Если всё закончится плачевно, я боюсь, что это разрушит нас обоих. А теперь куда больше поставлено на карту. Я не думаю, что нам нужно бросаться в омут с головой. Мне нужно подумать. Чтобы… мне просто нужно время.
Я сглотнул. Всё, что она говорила, было верным. Мне ни капельки не нравилось то, что она говорила, но…
Она была права.
— Разве ты не должна была сказать, что нам следует остаться друзьями? — спросил я.
Она моргнула и посмотрела на меня. Затем коснулась моего лица кончиками пальцев:
— Гарри, мы… мы уже проходили через это давным-давно. Я не думаю, что мы можем… что нам следует быть вместе. Но я твой друг. Твой союзник. Я видела, к чему ты стремишься и чем готов пожертвовать ради этого.
Она скрестила пальцы одной моей руки со своими.
— Я чувствую себя потерянной с тех пор, как меня уволили. Я не знаю, что мне следует делать и кем следует быть. Но что я знаю точно, это то, что я должна прикрывать твою спину. Всегда. — Слёзы капали из её голубых глаз. — Поэтому, чёрт возьми, не стоит тебе соваться прямиком в ад. Потому что я и там буду рядом с тобой. До конца.
Я не мог смотреть ей в лицо. Я почувствовал, как она упёрлась головой мне под подбородок, и обнял её. Так мы и сидели какое-то время.
— Грядёт что-то плохое, — тихо произнёс я. — Я не знаю точно, как или когда. Но надвигается буря. Находиться рядом со мной — не самая разумная мысль.
— Давай просто сойдёмся на том, что я не каждый раз буду соваться с тобой в самое пекло, и сэкономим время, которое мы бы потратили на споры, — сказала она. — Всегда, Гарри. Я с тобой. И конец истории.
— Хорошо, — ответил я. — Но с одним условием.
— Каким?
— Это ещё не конец истории, — изрёк я. — Я имею в виду, что, возможно, мы оба ещё не готовы. Но когда-нибудь, возможно, мы будем.
— Оптимистичный идиот, — сказала она, но я услышал улыбку в её голосе.
— И если мы всё-таки сойдёмся, — сказал я, — то уже будет поздно сдавать назад. Ты не сбежишь, без разницы, как бы для тебя это ни выглядело. Мы установим курс прямо на чёртов айсберг, на всех парах.
Её начало трясти. Она плакала.
— И секс, — продолжил я. — Он будет постоянным. Возможно, грубым. Ты будешь кричать, а соседи будут звонить в полицию.
Её затрясло сильнее. Она смеялась.
— Таковы мои условия, — подвёл я итог. — Прими их, или никакой сделки.
— Ну и свинья же ты, Дрезден, — сказала Кэррин. Затем она отклонилась назад достаточно, чтобы взглянуть на меня заплаканными глазами. — Возможно, кричать будешь именно ты.
— Ты уверен? — спросил Томас. — Ты хочешь остаться тут один?
— Холод больше не проблема, — сказал я, отвязывая первый канат «Жучка-Плавунца» от «Не-Пойми-Что Дока». На мне были шмотки, позаимствованные с корабля. Свитер был слишком коротким, а шорты слишком узкими, но пыльник спрятал большую часть этого безобразия. — И у меня припасов на неделю или около того, до того, как ты сможешь вернуть его обратно. Ты уверен, что эта посудина доберётся до города?
— Я залатал все прорехи в корпусе, после того как спустил его на воду, а насосы работают исправно, — ответил Томас. — С нами всё будет хорошо. А что насчёт тебя? Что насчёт той хреновины, которая находится у тебя в голове, по словам Хранителя?
— Ещё одна причина остаться здесь, — ответил я. — Если Молли единственная, кто может мне помочь, то на данный момент я сам по себе. Но Предел Демона, похоже, может заставить эту тварь не беспокоить меня, по крайней мере, пока я здесь. Чертовски много причин, чтобы остаться, пока Молли не вернётся обратно.
Мой брат грустно вздохнул и покосился на полуденное солнце к югу от нас, которое было скрыто за тучами:
— Я слышал Лару по рации.
— И?
— Её команда и наёмники Марконе нашли оба места, где проводились ритуалы, и сорвали их. Кто-то действительно хотел сравнять это место с землёй.
— Или что-то в этом роде, — произнёс я, театрально изогнув брови.
Он фыркнул:
— Ты всё шутишь. А я не могу перестать думать о том, что Хват собирается свалить на тебя ответственность за произошедшее. И, возможно, он объявится, чтобы лично тебе это передать.
— Если он тут объявится, то ничего не сможет сделать, — тихо ответил я. — Я уделаю его и на нейтральной территории. А здесь это даже не будет похоже на схватку.
— Значит, всё-таки останешься один? — спросил Томас.
— Мне кажется, что это важно, — произнёс я. — Мне нужно больше узнать об этом месте и о том, что оно может. Единственный способ узнать это — потратить какое-то время.
— И это никак не связано с тем, что тебе не придётся показываться на глаза родителям Молли, — сказал он.
Я склонил голову:
— Не я должен им рассказывать. Молли должна сама решить, от кого они должны услышать это первыми. Когда она решит — да. Состоится действительно серьёзный разговор. А до этого мне нужно оставаться здесь.
— И это никак не связано с тем, что тебе не придётся встретиться с Мэгги, — продолжил Томас.
Я взглянул в сторону, на серые воды озера.
Хват знал о Мэгги. Если бы он захотел мне навредить…
— Она с Майклом, потому что на него работает целая футбольная команда ангелов, защищающих его дом и семью, — ответил я. — А также Супер Пёс. Разве я могу дать ей настоящий дом, чувак? Образование? Настоящую жизнь? На что будет похоже её заявление о приеме в коллёдж? «Воспитана волшебником, закончившим школу экстерном, на Страшном Острове, пожалуйста помогите»? — я тряхнул головой. — А когда Белый Совет отреагирует на новости по поводу Молли и этого острова, начнётся настоящий кошмар. Безопаснее вытатуировать мишень ей на лбу, чем держать подле себя.