Страница 7 из 83
- Саня, иди ты нафиг! - возмущенно отреагировала индуска на мой ответ, - Я графиня - или циркачка с рынка?! Сам дерись с этой деревенщиной...
- Делика. Мне не надо зарабатывать авторитет, я сам авторитет - это надо тебе. Если и дальше собираешься спорить, то тебя сейчас проводят до гавани, и наши пути расходятся.
Синеглазка молча сверкнула враз потемневшими глазищами, резким движением сдернула с себя абаю и бросила ее мне. Со стороны руссов послышались возгласы удивления, и еще я отчетливо услышал - княжна! Под сброшенной накидкой обнажилась красная шелковая блузка навыпуск, до бедер, перетянутая в талии поясом - сетью жриц. Черные зауженные шаровары украшали красные лампасы. Образ дополняла золотая цепь на шее, такого же металла кольца в ушах, и перстни с крупными самоцветами, унизывающие почти все пальцы. Тут уже интерес толпы перерос в крайнее возбуждение. Кое-где даже послышалось имя Делики. Индуска изначально была персоной не публичной, и даже Яр только слышал о ней. Значит ее узнали те из гулямов, кто входил в ее группу по "хлебному бунту" в Константинополе. И сейчас взахлеб рассказывали своим товарищам, какого следует ждать зрелища. Поскольку толпа была с серьезными задатками дисциплины, довольно быстро хаотическое брожение прекратилось, и образовалась арена, метров сорок в диаметре, в центре которой оказались Ахмыл с Деликой. Было видно, что Ахмыл сильно заробел от преобразившейся поединщинцы. Да и повышенное внимание к его особе накладывало определенные рамки на его поведение. Но вида старался не подать. Когда стало ясно, что команды к началу не будет, подошел почти вплотную к синеглазке и протянул руку. Делика просто сделала полшага назад и застыла. Ахмыл повторил попытку уже более целенаправленно - Делика сделала еще шаг назад. Третья попытка осмелевшего парня была гораздо быстрее и решительней. Было непонятно, хотел он ухватить девушку за плечо или за ворот блузки, а может за шею..., но дамочка не стала больше пятиться. Ее левая кисть перехватывает запястье агрессора, и тянет на себя. Моментальный подворот корпуса вправо, и ее плече оказывается подмышкой парня. Правая рука удерживает его локтевой сгиб, резкий наклон тела вперед, и тушка Ахмыла, описывая дугу в воздухе, встречается с земной твердью. Классически проведенный бросок через плечо вышибает воздух из легких приземлившегося. Пока поверженный противник пытается глотнуть воздуха и настроить сбитые координаты, наносит ему сдвоенный удар локтем в челюсть.
- Делика, стой! - выкрикиваю я - Лежачих не бьют!
Синеглазка с досадным рыком вскакивает с колена отходит на пару шагов от неуверенно встающего парня. Пока тот, пошатываясь, удивленными глазами рассматривает окружающий мир, графиня собирает растрепавшуюся гриву в тугой хвост, и перевязывает его бичевой. Закончив с прической, тут же без всякой паузы сама бросается в атаку. Еще толком не пришедший в себя Ахмыл реагирует недостаточно быстро, и пропускает сильный, а главное точный удар ногой в "солнышко". Далее без остановки хватает левой рукой правый рукав противника в районе локтя. Резко сближается, и надежно ухватившись за его пояс, закручивая свой корпус вправо, подныривает под полусогнутую фигуру соперника, и с громким хеканьем бросает его безвольную тушку, через бедро. В этот раз амплитуда броска вышла гораздо круче, а тело врезалось в поверхность земли весьма конкретно - нокаут, и похоже, глубокий. Но жрица на этом не успокоилась. Уперев колено в грудь поверженному воину, с силой рванула ворот его кольчуги на себя, и сквозь нее вонзила по самую рукоять, неизвестно как очутившийся в ее руке стилет под подбородок бездыханного противника. Точнее так мне показалось, - на самом деле стилет прошел сквозь бороду Ахмыла впритирку с его шеей. Тяжелое "Ооох" вырвалось из сотен глоток, и наступила мертвая тишина, был даже слышен тихий шелест листьев чахлого кустарника в паре сотен метров отсюда. Синеглазка рывком вырвала стилет из "горла трупа", и оттолкнувшись коленом от груди "усопшего", пружинно вскочила на ноги. Тут "труп" вдруг глубоко вздохнул, надсадно закашлялся и сплюнул тягучую слюну на собственную бороду. Полное оцепенение зевак сменилось бескрайным, почти благоговейным изумлением, после чего притихшие воины враз возбужденно заговорили, отчаянно жестикулируя, хлопая от переполняющих эмоций друг друга по плечам, и откровенно ржа. Возникшую ситуацию Яр решил использовать в воспитательных целях. Он вплотную подошел ко все еще пытавшемуся встать Ахмылу, и зычным голосом гаркнул.
- А ну все замолчали! Замолчали, я сказал! - когда большая часть руссов утихла, и стала одергивать своих не успокоившихся соплеменников, Яр продолжил. - Над кем смеетесь?! Над собой смеетесь! Вы все знаете Ахмыла, и знаете, что каждый второй из вас не устоит против него, хоть оружним, хоть в кулачке. А местная девчонка игралась с ним, как с кутенком. Вот вы бузите и кричите - мы все можем и умеем, тренировки и инструкторы вам не нужны - дескать, и сами с усами. А что будет с вами, если на стенах вас встретят такие же оторвы?!
- Дык мы будем оружны... - высказался, видимо, один из опытных и авторитетных воинов. - Руками и ногами против меча не помашешь. Многие из руссов согласно покивали на высказывание сородича.
- А кто им запретит взять в руки оружие?! Скажи, купец, - это уже мне. - твоя наложница сражалась оружняя против оружних?
- Да, было такое. Выходила с глефой против десятка опытных мечников. Она, как видите - жива.
- А что с мечниками? - с ухмылкой спросил авторитет. - С визгом разбежались, или умерли со смеху?
- Нет, умерли они не от смеха. - спокойно ответил я на подначку. - Их тела собрали по частям, и передали родственникам для погребения.
- Врешь! - зло отреагировал авторитет, - Такого не может быть!
- Как можно? - с улыбкой ответил я, - Наложница здесь! Желаешь проверить?! Доставай меч и выкладывай серебруху. Только в долг в этот раз не получится - просто отдавать будет некому.
Наблюдавший минуту назад позорный разгром своего товарища, авторитет, хоть и выразил всем своим видом скепсис, все же решил воздержаться от рискового эксперимента.
- Дык вот! - как будто не было паузы, продолжил Яр. - Все знают, сколько денег и другого добра я и мои воины привезли своим родичам. - после паузы, заполненной согласными кивками руссов, продолжил. - Вы же, если будете как прежде отлынивать от тренировок - сможете поддержать свою родню только изрубленными доспехами, снятыми с ваших тел, после первого же штурма.
- А что? - подал голос совсем молодой парень с пегой бородкой, - У них все девки такие боевитые, как эта?
- Нет, не все. - уверенно ответил Яр, но после небольшой паузы как будто что-то припомнив, добавил, - Встречаются еще и рыжие, вот те - просто беда.
- И как же местные мужики с такими живут? Ведь им и слово поперек сказать нельзя - вишь, как глазищами зыркает. - еще более удивленно спросил тот же парнишка, - Чуть что не так - и ты калека увечный.
И действительно, весь вид графини выражал вызов и агрессию. Прям живая иллюстрация к фразе "- кто еще хочет попробовать комиссарского тела...". "- А ведь это мысль - пусть будут в моем войске не командирши, а комиссарши, как и положено - с широким арсеналом полномочий".
- Местные мужики под стать своим бабам, и всегда смогут дать им укорот и поколотить, если нужно. - на откровенные смешки и высказывания в стиле "- ну ты врать" Яр вроде как обиделся, и ни слова не говоря, достал из клочена лук и стрелу. Когда тетива была натянута, до меня наконец дошло, кто мишень. Вот же гад - я конечно сам виноват, сказал как-то Яру, что кольчугу снимаю только во время сна, и это закон. А сам на полигоне расслабился, и сейчас этот манипулятор со всей дури влепит в меня стрелу, полностью уверенный, что самое страшное, что мне грозит - это синяк. Размытая в старте стрела вдруг через мгновение замедлила свое движение - я вошел в боевой транс. Перехватываю ее левой рукой в пяди от сердца. Тут же повинуясь какому-то чувству, резко оборачиваюсь - рука Делики уже в движении, пальцы вот-вот разомкнутся, отправляя отравленную стрелку в цель. На гране возможности успеваю выхватить дротик из почти разомкнутых пальцев жрицы. Запоздало кричу ей