Страница 46 из 51
Ситуация не прояснилась, как не прояснилась сама снежная дымка. Деревня выглядела как одинокий островок в серой, мутной мгле. Значит, маркеры на горе не работают. Но это не так уж и плохо, а для принца возможно даже и вполне удачное стечение обстоятельств. Есть еще шанс найти то место силы…
Филипп попытался встать, и только тогда понял, насколько ослабел – со смертью ушли два уровня из трех накопленных. Его отбросило в самое начало, и чувствовал он себя соответственно паршиво.
— У меня нет на все это времени! — он сжал зубы, и неуклюже потащился сквозь сугроб в сторону леса.
— Паря, паря, стой! — мужик бросился за ним. Что себе позволяет этот немытый холоп…? — Видишь, какое марево плотное? Куда б ты не собирался, как есть говорю, не дойдешь! Будешь блуждать, а в конце концов все равно сюда вернешься. Погодить надо…!
Принц вспомнил недавние безуспешные метания. Наверняка, крестьянин знает о чем говорит, он ведь живет в этом гиблом месте. В лучшем случае, тропа снова приведет его в эту глушь. А ведь можно и до круга с камнями добраться! Филипп мысленно посчитал до десяти, чтобы успокоиться. — Как долго?
— Пара дней, не больше! Оно повисит, повисит и разъяснивается. Мы тогда сразу к подножью спускаемся, на рынок, там, сходить… Ты не волнуйся! Переночевать есть где, не ты первый, не ты последний! Накормим, напоим, спать уложим! Вот поспать тебе точно стоит. Какой-то ты бледный, будто хворый.
…
Далее, его ожидала весьма нудная беседа с деревенским старостой, после чего Филиппу показали новое жилье. Испытатель окончательно уверился, что ему все же придется мириться с вещами, о которых он даже подумать не мог во время дворцовой жизни. Даже комнаты в таверне и на корабле казались царскими палатами, по сравнению с этим хлевом
Принц отказался от предложенного обеда и отправился на прогулку вокруг поселения. Ему определенно стоило проветриться и прочистить мозги, а не валяться мешком на куче сена.
Местные жители приняли гостя тепло, но особо к нему не лезли, что Филиппа вполне устроило. Надо отметить, что будь на его месте кто-то чуть более прозорливый, тот же Гриша, он бы сразу обратил внимание на мелкие детали. Деревня была бедной, но даже самые нищие крестьяне обычно старались поддерживать свои дома в относительном уюте, тем более если жили в таком холодном и негостеприимном месте. В Кури все строения были обшарпанными, покосившимися. Почти на каждой стене зияли щели, через которые внутрь проникал кусачий сквозняк.
Да и сами селяне выглядели немногим лучше, хоть и вздыхали над бледностью принца. Было в этих нипах с нулевым Вирдом нечто необычное: несимметричные черты, руки чуть более длинные, чем нужно, глаза чуть более желтые, чем у остальных жителей Инабы. Все это можно было бы свести к обычным генетическим различиям, но Гриша бы как минимум подумал, что тут что-то не чисто. А Филипп посчитал крестьяне примерно такие и должны быть, потому не придал деталям значения.
За крайним домом, неопрятный юноша рубил дрова. Принца заинтересовало то, как он обращался с топором – движения были четкие, выверенные, чувственные. Будто вовсе не сухие поленья лежали перед ним, а вражеские головы.
— Эй ты! — окликнул его Филипп. — Ты ведь боец?
— В душе. Че надо? — селянин стер пот со лба и обернулся.
— Давай смахнемся. Мне нужна тренировка.
Тот скривился. — Мы тебя приютили, но это не значит, что теперь вся деревня обязана тебя развлекать. Кто мы тут, по-твоему, клоуны?
Вот же наглец.
— Я заплачу за твое время. — Филипп достал из сумки мешочек с занами. Удивительно, но чернь даже не обыскала его, пока он валялся без сознания около деревенских ворот.
— Пфф, вот тебе делать нечего. Рождаются с золотой ложкой в заднице, а потом не знают, куда деньги девать.
— Как знаешь. — пожал плечами принц.
— Хм. Если хочешь заплатить, чтобы получить обухом топора по голове, кто я такой, чтобы тебя останавливать? — оскалился. — Меня звать Кама, кстати.
— Я не спрашивал твоего имени. — сказал Филипп, призывая щит и короткий клинок. — Только чтобы ты махал своим топором.
— Дело барское. Вот только топор у меня один, а у тебя игрушек хрен знает сколько. Давай-ка выбери что-то одно, тогда смахнемся.
Весь стиль Филиппа строился вокруг трансформаций «Холодного пламени». Действительно, кто такой этот селянин, чтобы требовать от него сражаться можно сказать с завязанными глазами? Но, с другой стороны, ограничившись одной формой, можно было попробовать быстрее отточить навык… — Хорошо. Я принимаю твои условия.
55 - Гора Отори 4
Бой выдался не таким уж и долгим.
Кама виртуозно владел топором, и ему удалось несколько раз слегка ранить Филиппа, доставая противника даже из очень сложных позиций. Но тем не менее, силы все же были не равны. Тренировка закончилась, когда принц повалил своего спарринг-партнера и наступил тому на горло, после чего бросил мешок с монетами и удалился.
Фехтование повысилось всего на один пункт, но для подобной тренировки это уже был приличный результат. Принц раздумывал и завтра сразиться с дровосеком, а не тратить время просто так.
К вечеру, его снова посетил староста и строго-настрого запретил покидать дом после заката, рассказывая ужасы про лунный свет, смешавшийся с иллюзорным туманом. Ночами под окнами якобы бродили самые разные видения, и нельзя было верить ничему, в особенности своим глазам – иначе можно было сделать шаг наружу и пропасть навсегда. Ходили слухи о тех, кого так и не нашли, даже с помощью системы.
Филипп слушал в пол уха
Он и так никуда не собирался выходить, а надеялся как можно быстрее заснуть, укутавшись сеном, хоть на мгновение забыв о тяготах и лишениях своей новой жизни. Староста настаивал так сильно, что ему захотелось дождаться ночи и вытолкать селянина в те ужасы, которые тот настолько красочно описывал.
В итоге, сон так и не шел. Принц весь вечер ворочался, то закрывая глаза, то блуждая по вкладкам системы. Стоило ему наконец задремать, в окне мелькнуло что-то яркое – за мутным стеклом неровным строем двигались огоньки. Это наверняка было одно из тех видений, но ему все-таки стало любопытно, да и опасности никакой нет, если остаешься внутри. Почему бы и не посмотреть?
Как он и подозревал, огоньки оказались факелами. Толпа селян, накинув тряпки на головы неспеша двигалась в сторону больших деревянных ворот, за которыми должна была находиться старая, давно брошенная шахта. Определенно видение! Зачем бы черни собираться в шахте среди ночи? Можно подумать, они сами не боятся навсегда пропасть в тумане!
Он уже хотел вернуться в постель, когда одна из темных фигур вышла из строя и направилась к дому. Селянин скрылся за углом, а вскоре тихонько заскрипели доски на чердаке.
Принц бросил накидку на солому, сам укрылся за бумажной ширмой. В полумраке действительно можно было подумать, что на постели кто-то лежит, на что он и рассчитывал.
Скрип усилился, и на потолке открылась маленькая дверка, из которой спустилось гибкое и острое щупальце. Поелозив по накидке, оно вонзилось туда, где должна была быть шея гостя. Именно в этот момент принц сделал выпад, отсекая мерзкое вытянутое жало. Наверху кто-то заверещал, втягивая разбрасывающий желтые брызги обрубок.
Чудовище с шипением рвануло в комнату. Принц прижался к стене, уходя от сверкающего лезвия.
Оно было похоже на человека, из которого выкачали всю воду. Белая, словно обсыпанная мукой кожа обтягивала странно согнутые кости. У него не было шеи, широкая морда с черными подтеками под глазами и разбухшим красным носом торчала прямо из плеч. Шевеля обрубком жала, чудище снова замахнулось топором, но маленький щит света выдержал удар.
Все формы доступные принцу ослабли с потерей атмы, но и враг не был так уж силен, только второй уровень.
Скользнув в сторону, чудище вытянуло лапу с оружием, якобы намереваясь ударить Филиппа по ногам. Но на самом деле, оно атаковало зубами, целясь в плечо. Принц легко разгадал этот замысел – его меч скользнул по шее жуткой твари, когда гнилые зубы схватили лишь пустой воздух.