Страница 41 из 83
Перед домом была «Пятёрочка», Сергей зашёл, вспомнив, что дома нет хлеба, молока, кажется, вообще ничего нет, а аппетит появлялся и давал о себе знать. Он машинально бросил чёрный хлеб в корзину, туда же отправилась сладкая булочка, сойдёт в качестве завтрака, потом двинулся в молочный отдел и застыл там каменным изваянием. Что здесь делала Маша? А это была она, в этот раз Сергей не ошибся, он мог дать руку на отсечение, что это Маша сейчас задумчиво крутит баночку с йогуртом, сосредоточено вчитываясь в буквы на упаковке. Тот же огромный пуховик, модный в этом сезоне, Сергей видел такие на многих женщинах, но на малюсенькой Маше смотрящейся как-то несуразно. Та же сумка через плечо, как у почтальона Печкина, та же шапка с помпоном, больше Машкиной головы, и торчащие из кармана варежки в цвет шапки и объёмного шарфа. Всё огромное, необъятное, вокруг маленькой, хорошенькой до щенячьего восторга Машеньки. Маша тяжело вздохнула и взяла с полки другой йогурт, так же уставившись на этикетку. Йогурт «Данон» её чем-то не устроил, а «Валио» с черникой подошёл. Потом тщательному анализу подверглась пачка кефира, молока и творога, к последнему Маша была особенно взыскательна, перебрав порядка пяти производителей. Со сметаной же она и вовсе не могла найти общий язык, брала с полки и ставила на место, брала и ставила, пока растерянно не обернулась, будто ища помощи, и не столкнулась взглядом с Сергеем, стоявшим в проходе и буквально пожирающими её глазами.Если бы взглядом можно было съесть, от Маши не осталось бы ничего, настолько сладкой она выглядела для Сергея, чертовски притягательной. Почему-то он не ожидал ничего другого, был готов в любой момент поймать споткнувшуюся на ровном месте девушку. Она действительно неловко покачнулась, полы широкого пуховика задели полку и, наверняка, снесли бы половину содержимого, а потом бы полка и вовсе свалилась за зачинщицу беспорядка, но Сергей несколькими быстрыми шагами настиг надвигающуюся катастрофу и придержал Аленький цветочек. Как не впился в губы, сам не знал, неимоверным усилием воли, не иначе. Хотелось сказать: «Как я жил без тебя, Маша?!», а сказал:- Здравствуйте, Мария Константиновна.- Здравствуйте, - бледнея, ответила Маша, пытаясь выбраться из объятий. – Может, вы меня отпустите, Сергей Витальевич?- Нет, - Сергей улыбнулся. – Больше не отпущу, - он качнул головой, пожирая глазами растерявшуюся мордашку.- Не понимаю, вы что, следили за мной?- Нет, я живу напротив, - Серёга не мог перестать улыбаться.- Какое совпадение…- Вы тоже живёте напротив?- Нет, в соседнем доме. Вчера переехала…- И как райончик?- Теперь уже не знаю, Сергей Витальевич, соседи не очень.- Дайте соседям шанс, уверен, вам понравится.- Сомневаюсь, - Маша повела плечом. – Да и намерения соседей, честно говоря, вызывают вопросы.- Намерения самые честные, увести тебя у Игорька, для начала.- Пфф, - Маша засмеялась. – Ну-ну. Безумству храбрых – венки со скидкой.- Ты того стоишь, Машенька, двадцать пять годиков.- Вы, наверное, тоже в детстве болели много, на работе головного мозга сказалось, - пропела Машенька.- Так заметно? – Серёга не мог перестать счастливо улыбаться.- Очевидно! И он никогда в жизни не был так счастлив, как стоя посредине бюджетной «Пятерочки», перекидываясь репликами с Машенькой двадцати пяти годиков, смотря на девушку, ловя себя на любовании, восхищении, мальчишеском восторге, как бывало в средней школе, когда понравившаяся одноклассница отвечала на валентинку согласием сходить в кино.