Страница 67 из 71
Но у сгустка явно на этот счет были совсем другие планы. Очередной импульс, снова дернула рукой и кулак раскрылся, продемонстрировав пульсирующую заготовку для амулета, которая сейчас переливалась всеми оттенками красного, оранжевого и золотистого.
— Это мое! — воинственно произнесла я и снова сжала руку.
Но дрейг даже не думал отнимать. Он вообще застыл изваянием, странным взглядом изучая мою руку. Не знаю, как описать его. Шок, неверие, сумасшедшая надежда и ошеломляющее, невероятное счастье. Такое, что глаза засияли золотистыми искрами и сердце снова затрепыхалось в груди.
— Софи, — выдохнул он сдавленно.
Схватил меня и, несмотря на небольшое сопротивление, притянул к себе, прижал так крепко, что я едва не задохнулась и начал покрывать лицо мелкими поцелуями, продолжая в перерывах бормотать:
— Софи… Софи… девочка моя…
Конечно, моя работа с песком и самостоятельное изучение тени было удивительным и похвальным. Но уж слишком бурная у него была реакция на все это.
— Чудо ты мое! — прошептал Форр, застывая и прижимаясь лбом моему лбу.
— Пусти, задушишь же, — запоздало пробормотала я.
Он тут же отпустил, чтобы мягко и нежно обхватить мое лицо руками, заглядывая в глаза с невероятной, безумной улыбкой на губах.
— Ты просто не представляешь, какое ты чудо, — снова повторил он и тихо рассмеялся.
Я настороженно отодвинулась.
Что-то странное с ним творится.
— Микелла не знает? — тут же спросил он, продолжая улыбаться как сумасшедший.
— Нет. Я никому не рассказала и не показала. И не хочу. Он только мой.
— Рано или поздно тебе придется этим поделиться, Софи. Но ты знаешь, это очень даже хорошо, что никто не знает. Это просто замечательно. Ох, Софи, как же мне хочется увести тебя куда-нибудь на край космоса, запереть и не выпускать… месяцев восемь, а еще лучше всю жизнь.
— А мое мнение ты спросить не забыл? — тут же ощетинилась я. Неужели он думает, что эти объятья заставят меня все забыть. Он же даже не извинился. — И с чего ты вообще решил, что я тебя простила? Ничего подобного. Вы устроили настоящий спектакль со своим отцом.
— Отчасти. Пойми, это было необходимо. Мне надо было огородить тебя от этой возни. Именно поэтому я позволил Аррату подойти так близко.
— У тебя очень странные способы ограждения, — вспыхнула я. Но злости уже не было, лишь ее отголоски. — Он угрожал Айрин! А если бы я отказалась от сделки?
— Ты никогда бы не подвергла риску дочь. Никогда. Я слишком хорошо тебя знаю. И Айрин ничего не грозило. За мной давно ведется слежка, Софи. Очень давно. И слугу я позволил запрограммировать, чтобы усыпить бдительность Оррэу и его свиты. Надо было сыграть беззаботного дрейга, получившего должность по протекции отца, я это сделал. Ждать пришлось долго. Закрывал глаза на мелочи, которых с каждым разом становилось все больше. Постепенно они стали наглее, поверив в свою безнаказанность. Айрин никто и никогда не смог бы причинить вред. Слугу контролировали и уничтожили бы, получи он приказ.
Я кивнула, чувствуя, как тревога стала медленно отпускать.
— Но тебя я должен был убрать с арены. Выполнив свою функцию, ты перестала быть интересна Оррэу. По крайней мере, пока приходишь в себя после эликсира. Позже он бы нашел тебе спутника из своего окружения. Дар тайрифи не стоит терять. А пока ты под надежной защитой Дирренов.
— И Микеллу ее муж очень удачно настроил против тебя, — вставила я.
— Вы с ней совершенно не умеете притворяться, поэтому должны были верить в происходящее.
— Я все понимаю, но ведь приговор уже оглашен. Тебя сослали на дальнюю станцию, твоего отца сместили. В чем выгода?
— Завтра мое дело будет пересмотрено. А выборы нового главы будут лишь в конце этой недели. Все может измениться.
— Для этого нужны очень веские доказательства. Хотя, тебя обвинили на основании косвенных и моей речи, — хмыкнула я. — Но все равно придется постараться. Оррэу так просто не отступит.
— У нас есть кое-что. Во-первых, синтетический наркотик, вызывающий те же симптомы, что и психическое воздействие. Его сложно отследить, если не знать, что искать. Риг успел взять у тебя кровь на анализ, это дало нам первые доказательства.
— Кайла тогда ткнула меня чем-то. Я знала!
— Тш-ш-ш, — улыбнулся он. — Айрин спит. Не шуми. Да, именно это она тогда и сделала, свалив все на меня.
— Вот же тварь. Как не побоялась провернуть такое в доме собственного дяди?
— Страх перед мужем оказался сильнее. Хотя твоя бурная реакция ее испугала. Аррат сказал, что все пройдет легко и почти не заметно. Но ты очень резко среагировала на компоненты. Вчера мы нашли лабораторию по изготовлению этого наркотика, допросили ученых, которые и выдали нам Аррата. Кайла даст показания завтра. И как бы мне этого ни хотелось, но ты тоже должна будешь выступить и все рассказать.
— У меня нет доказательств.
— Есть. Данные бионика. Видео, которое тебе показали, нам удалось отследить его адрес и установить связь.
— Это просто видео. И Аррат не Оррэу, — резонно заметила я.
— Мы прижали техника, который перепрограммировал слугу. Он указал на его помощника.
— Но не на него самого.
— Да. Но даже Оррэу ошибается. Например, когда вышел на связь с Илли Трэкот.
— Мама? — прошептала я. — А причем здесь мама?
Несмотря ни на что, Илли Трэкот оставалась моей матерью. Пусть я никогда не знала от нее любви, поддержки и тепла, пусть она меня ненавидела, но думая о ней, я всегда называла ее мама. И теперь вышло так же.
— Ты знаешь, что после смерти Фила Трэкота она стала во главе оппозиции? Именно она за всем стояла, а не другие. Твоя мать все эти годы умело прикрывалась сначала Фирсом, потом мальчишкой Уилсоном.
— Знаю.
— Вот только, как бы хитра и умна она ни была, очень сложно женщине удержать власть в руках. Поверь мне, на место твоего отца хотели встать очень многие. А Иллии нужен был союзник. Могущественный.
— Нет, — перебила я его и мотнула головой. — Нет, этого не может быть. Мама, она… она никогда бы не связалась с дрейгом. Она вас ненавидит, презирает.
О чем неоднократно говорила. Или это был отец, а она лишь кивала. Я уже не помнила. Да и разве важно это?
— Одно другого не исключает.
— Ты не понимаешь. Она фанатичка, как и отец. Идея освобождения, власть.
— Вот именно. Власть. Это Фил Трэкот был фанатиком, повернутым на тайрифи и идее уничтожения дрейгов. Но не Илли. Не она. Ей нужна была власть и ради этого она готова была играть роль воительницы. Неужели ты думаешь, что будь все иначе, мать бы тебя отпустила? Дала бы уйти с дочкой?
— Но… но, — забормотала я и замолчала.
— Ей нужны были гарантии, которые ей смог дать Оррэу.
— Ты хочешь сказать, что он был так неосторожен, что встретился с ней лично?
— О нет, он был очень осторожен. Просто мы оказались проворнее и хитрее. Все тайное рано или поздно становится явным. А Илли Трэкот точно не станет брать на себя все грехи. Твоя мать арестована, как и ее прихвостни. Пять часов назад оппозиция Тэроса перестала существовать.
Вот так легко и просто. Столько лет борьбы, столько загубленных жизней.
— И что теперь с ней будет?
— Это решит суд. Не я и не ты.
— Суд сейма?
— Да. Не жалей ее, Софи. На ее руках много крови.
— Я знаю, как и на руках отца, — кивнула в ответ, снова касаясь сгустка песка в руке. — Но все равно тяжело…
Элгар подался вперед, обнимая, прижимая к себе и целуя в нос.
— Ты другая, Софи. Всегда была другой. Яркая, открытая, честная. Да, они воспитали тебя, вырастили, но ты не стала такой же, не ожесточилась. И дочь, несмотря на обстоятельства ее рождения, все равно любишь, — произнес дрейг и шепнул на ушко. — И нашего ребенка тоже будешь любить.
Ребенка? Я никогда не думала о наших с ним детях. Судя по всему, чисто теоретически они у нас могут быть. Микелла же родила от Рига.
— Нам рано еще об этом думать, — пробормотала, неожиданно смутившись.