Страница 66 из 71
— Она совершенно не умеет притворятся, а нужна была именно злость.
— Не понимаю. Для чего?
— Ты молодец, что рассказала мне, София. Большая молодец.
Я никак не отреагировала на его слова, лишь произнесла сдавленно:
Только что это изменит. Форр-старший оставил свой пост, Элгар отбывает наказание на дальней станции и ему строжайше запрещено появляться здесь. А Оррэу скоро займет должность главы сейма.
— Главное голосование еще не состоялось. Есть время, — весьма туманно отозвался мужчина.
— Время для чего?
— Все изменить. У Оррэу много сторонников, тут ты права, но и на стороне Форра есть дрейги. Знаешь, что самое главное? Не стоит недооценивать своего противника. Никогда. Можно поступиться малым, чтобы выиграть большее, — совершенно непонятно закончил Риг. — Но не бойся. Ты сделала то, что должна была и пока молчишь, ты ему неинтересна. А это большой плюс.
Что именно это означает, уточнить я не успела, пришла Микелла и пришлось вернуться в свою комнату, где меня уже ждала Айрин и песок.
Вздохнув, я открыла глаза, упираясь взглядом в тень, которая кружила надо мной.
— Скучаешь? — спросила одними губами.
Тяжелый вздох.
— И я… Они все обещают, что завтра будет легче, но не выходит… Как он там? Ты знаешь?
Жив…
— Он ненавидит меня?
Она не знает. Это даже хорошо, что не знает. Легче.
Придет… скоро…
Наивная. Не придет и не простит. Такое не прощается. Я сама себя ненавидела за сказанное, а он… ему хуже. Да и нельзя. Если Элгар ослушается приказа сейма, то даже отец его не спасет от изгнания.
Пора нам научиться жить? без него. Как бы сложно это не было.
Любишь…
Не знаю.
Любишь… амулет… любишь…
Мысли сумрачной половинки были такими запутанными, сложными и неразборчивыми. Может, я сама устала.
— Спать пора, — пробормотала я, устраиваясь поудобнее.
Мне перестало нравиться спать на животе, как раньше. Теперь я сворачивалась комочком, прижимала кулак с работой к животу, где-то в районе пупка. И только так засыпала, снова видя во сне Элгара.
…Страх…
Я в комнате не одна!
И это осознание заставляет, еще не проснувшись до конца, кувыркнуться в постели и попытаться броситься бежать к двери.
Но мне не дали. Кто-то большой и увесистый схватил, скрутил, придавливая к кровати и зажимая рот рукой, не давая закричать.
Кажется, несмотря на заверения Рига, Оррэу решил от меня избавиться. И где спрашивается, моя тень? Почему она молчит?
Сумеречная предательница рядом. От страха я не сразу почувствовала ее присутствие. Вот она, чуть в стороне, кружится в чувственном танце с темной фигурой, что материализовалась за спиной непрошенного гостя.
Сердце словно пропустило удар, и я перестала дергаться, замерла, вглядываясь в незнакомца, прислушиваясь к собственным эмоциям. Хотя это все было уже зря.
Я и так знала, кто навестил меня этой ночью.
Элгар…
— Не будешь кричать? А то Айрин разбудим, — прошептал он мне на ушко, чуть меняя положение и избавляя от своей тяжести.
Дождался моего крохотного кивка и убрал руку со рта.
— Вот и умница. Здравствуй, Софи. Не ждала меня?
Слов не было. Никаких. Вместо этого я подалась к нему, обнимая, прижимаясь, вдыхая родной и такой знакомый запах.
Он здесь! Здесь!
Но действительность тут же напомнила о себе, убивая радость наповал.
— Тебе нельзя, — забормотала я, заставляя себя отстраниться, приподнимаясь и садясь в кровати. — Нельзя здесь находиться. Ты должен уйти. Это опасно.
Если бы Элгар только знал, как тяжело дались мне эти слова. Если бы он только знал, как разрывалось сердце.
— Прогоняешь? — спросил мужчина, убирая прядку с моего лица.
Он не уходил, наоборот поудобнее сел, пристально изучая в темноте.
— Я скучал без тебя, Софи. Очень скучал.
Такие простые слова, а внутри все запело, задрожало и потянулось к нему. Ох, как же сильно его не хватала эти дни. Всего. Голоса, улыбки, взгляда изумрудных глаз, аромата, который не спутать с другим, тепла, шершавых чешуек на горячей коже. И как же сильно хотелось дотронуться до него, опрокинуть на мягкие подушки, нависая сверху, поцеловать и забыть обо всем.
Но времени расслабляться не было. Мне надо было ему сказать нечто очень важное прежде, чем Форр уйдет.
— Прости меня, — сдавленно прошептала я. — Прости меня, за то, что предала нас. Но я не могла поступить иначе.
Извинения вышли путанными и жалкими. Разве они могли передать мои чувства и сожаления? Но Форр все понял. Сразу.
— Они угрожали Айрин.
— Да, да, — забормотала я, проигнорировав тот факт, что дрейгу известно об этом. — Аррат… он приходил ко мне перед самым выступлением. Показывал видео… Я не могла иначе. Прости.
— Я знаю, — отозвался Элгар тихо, снова касаясь моей щеки.
На этот раз, чтобы стереть крохотную слезинку, сбежавшую вниз.
— Это все Оррэу, да? Почему ты мне не сказал, что дело в нем? Что это не моя ценность так важна. Не за меня сражались, а за место главы сейма.
— Я сражался и за тебя тоже, Софи… А все остальное… возможно мне стоило сразу все рассказать, но я не хотел волновать раньше времени. Да и реакция у тебя должна была быть яркой, настоящей. А это невозможно сыграть.
— Реакция? — переспросила я непонимающе и нахмурилась. — Какая реакция?
Он молчал, лишь в темноте ярко сверкали его изумрудные глаза.
— Ты знал об угрозах Айрин, знал про Аррата… и все остальное, — медленно повторила я, по-новому взглянув на дрейга, складывая пазлы головоломки, которые смогла понять лишь сейчас. — Значит… значит все это было лишь игра? Представление? Ты с самого начала все знал?
Скажи нет! Пожалуйста, скажи!
— Я же просил верить мне, Софи, — отозвался тихо Элгар.
Больно… Так больно, что дышать нечем. Меня словно ударили в живот со всей силы, разом выбивая весь воздух из легких.
Как? Как дрейг мог так поступить? Эти десять дней были настоящим адом! А он… знал. Все знал и молчал.
Я вспомнила наш давний разговор еще на Тэросе.
«— Видишь ли, в чем дело, Софи. Вы, люди, крайне импульсивны, особенно когда долго скрываете и прячете свои истинные чувства. Стоит дать толчок, и реакция не заставит себя ждать. Фирс и его подобные долго плели интриги за моей спиной, наивно полагая, что я не в курсе.
— А вы просто ждали, когда они совершат ошибку…»
Оказывается, не только люди импульсивны и не сдержаны, но и дрейги. Он позволил Оррэу расслабиться, посчитать себя победителем. Он использовал меня…
А я-то наивная дура все эти дни ненавидела и проклинала себя.
— Уходи, — выдохнула я, отшатываясь. — Уходи.
— Софи, дай мне объяснить.
— Не желаю слышать. Ты хоть понимаешь, как мне было плохо и тяжело эти дни? Я же с ума сходила от тоски.
— Я тоже. Мне тоже было плохо без тебя. Все эти дни я с трудом заставлял себя сидеть на месте, чтобы не броситься сюда… к тебе. Забыла? Эта взаимная зависимость, от которой нет спасения. Я чувствовал то же, что и ты. И страдал не меньше.
— А эликсир? Почему он не помог?
— Это был не эликсир. Отец позаботился, чтобы вам дали с Айрин обычные витамины.
Что же, теперь понятно, почему он не действовал. А я-то, наивная, думала, что это мои чувства слишком сильны, чтобы их смогли уничтожить.
— Вы все подстроили.
И ткнула его кулаком в грудь, чтобы хоть как-то выплеснуть это разочарование. Тем самым кулаком, в котором до сих пор сжимала сгусток песка. Он вдруг запульсировал и болезненно кольнул меня. Словно не хотел, чтобы я причиняла дрейгу вред.
— Ох! — простонала я, одернув руку и прижимая ее к себе.
— Что? Что такое? — сразу встревожился Элгар.
— Ничего. Уходи. Не знаю, что вы там задумали, но я в этом не буду принимать участия. Уходи! — едва не плача, отозвалась я.
— Что у тебя с рукой? — требовательно спросил Форр, проигнорировав мою речь.
А я в ответ еще сильнее сжала кулак.