Страница 19 из 31
- Глеб, только давайте сразу договоримся…
- Ой, Ника, не начинайте, - поморщился он. – Сейчас вы скажете, что заплатите за себя сама, так?
- Но…
- Послушайте, я вас пригласил, и это ни к чему не обязывает. Я не из тех, кто считает, что цена женщины – обед в ресторане. Если вы такая злостная феминистка, могли бы просто, ни слова не говоря, выложить свою половину в папку для счета или дать официанту чаевые. Но вот эти предварительные декларации… звучит как «я не такая, я жду трамвая».
У меня, наверно, даже пятки покраснели. Заметив это, Глеб накрыл мою ладонь своею и тут же ее убрал.
- Простите, Ника, не хотел вас обидеть.
В этот момент официант положил перед нами меню. Когда я открыла его и посмотрела на колонку цифр справа, глаза у меня, наверно, стали как у собаки из сказки про огниво. То ли с мельничное колесо, то ли с круглую башню. Глеб прикрыл лицо рукой, но я видела, что он смеется.
- Ладно, давайте договоримся так. Здесь плачу я, а ужинать пойдем в одну симпатичную маленькую пиццерию рядом с фуникулером. С очень демократичными ценами. И там вы заплатите за нас обоих. Идет?
Я молча кивнула и выбрала спагетти карбонара. Подешевле. Как сказала бы Софья, вполне по-нищебродски. Или настоящий нищеброд должен был поступить с точностью до наоборот: выбрать на халяву самое дорогое блюдо?
Дожидаясь заказанного, мы болтали о чем придется. Я пила маленькими глоточками терпкое красное вино, Глеб – минералку. Его телефон лежал на столе, и время от времени Глеб посматривал на него – то ли раздраженно, то ли с нетерпением.
- Глеб, вы так и не увиделись с тем, кто должен был вас встретить? – спросила я и тут же прикусила язык, но, как оказалось, все равно поздно.
- Нет, - коротко ответил он, сразу же помрачнев. Между бровями прорезалась вертикальная морщинка.
- Знаете, мне нравится ваше имя, - я поспешила перевести разговор на первое, что пришло в голову, но получилось только хуже. Совершенно ни к селу, ни к городу. – Ну, в смысле…
Он посмотрел на меня с недоумением, и я совсем растерялась.
- Знаете, бывает, знакомишься с человеком, а он вдруг Константин. Или Иннокентий. Или Валентин. Не будешь же к нему все время так и обращаться: Константин, Валентин. А для Кости или Вали, вроде, еще недостаточно хорошо знакомы. Так что мне нравятся такие имена – нейтральные. Без сокращений. Антон, Андрей…
Черт, он когда-нибудь уже прекратит лезть мне на язык?
- Ну и ваше имя такое же, - кивнул Глеб. – Без сокращения. Или вы Вероника?
- Нет, просто Ника. Мою маму зовут Виктория. Когда я родилась, папа хотел назвать меня в ее честь, но она была против. Сказала, что две Вики в доме – это перебор. Тогда папа взял греческий вариант. Получилось Вика и Ника.
- А вы победительница?
- Да куда там с добром. В школе меня звали Королевой. Ну, фамилия – Королёва. Вот только там я королевой точно не была. Разве что королевой оленей. Или лузеров. Ну, вы сами видели, как мне везет.
- Да, пожалуй, - Глеб усмехнулся. – А у вас есть сестры или братья?
- Сестра. Старшая. Софья. Знаете, может, крем из пиявок от варикоза так называется?
- Не знаю, но звучит очень красноречиво. У меня тоже сестры. Две. Даниэла по отцу, на четырнадцать лет старше. А Лииса по матери, на пятнадцать лет младше.
- Приличная разница! И имена такие интересные.
- Даниэла наполовину хорватка, Лииса наполовину финка. Так что ничего особо интересного.
- Подождите, так ваш отец хорват? – сообразила я. - Вот откуда вы знаете язык и вообще все тут?
- Попали пальцем в небо, - усмехнулся Глеб. - Отец как раз русский. А вот мать Даниэлы хорватка. Отсюда. Девушка из Дубровника. Заметили, как называется ресторан? «Дубравка». Это значит дословно «жительница Дубровника». По-русски проще и не скажешь. Дубровянка? Дубровчанка? Есть такой классик хорватской литературы, Дживо Гундулич. Вернее, был, конечно. В XVII веке жил. Мы, когда шли по главной улице, заходили во францисканский монастырь, перед самыми воротами и фонтаном. Он там похоронен. Наверно, не обратили внимания на мемориальную доску? Вот у него есть пьеса как раз с таким названием. На русский его, название это, либо вообще не переводят, либо переводят именно так - «Девушка из Дубровника». Хотя у него это имя героини.
Я украдкой облизала ложку из-под спагетти, подбирая кусочки бекона.
- Нет, не заметила. И о писателе таком не слышала. Знаете, что-то я совсем запуталась. Если ваш отец русский, тогда откуда?..
- Я родился в Загребе и прожил там десять лет. Отец был консулом. Еще в советские времена. И югославские. Так что Хорватия фактически моя родина.
- Вот оно что! Поэтому вы сюда и приезжаете постоянно?