Страница 137 из 141
- По домам надо! Разве это война, - одно надувательство. Царь с царицей заодно с немцами. Ведь царица-то немка! Ей что до нашей кровушки! - горячо говорил Лежнев. - Надо по домам идти, мужикам до земли добираться.
- Как ты пойдешь? - степенно заметил Родионов. - В дезертирах ходить не больно сладко. Вмиг поймают и пристрелят или повесят.
- Царь войну не кончит, - вступил в разговор Заяц. - У него договор с англичанами да французами.
- Вот и выходит, что надо скидавать царя. Хватит, - поцарствовал, снова вставил слово Лежнев.
- А что, Сергей Владимирович, солдаты дело говорят! Надо кончать с самодержавием, а потом кончать с войной. Как ваше мнение?
Звонарев, внимательно слушавший солдат и заметно волновавшийся, ответил не сразу.
- Что ж, по-моему, многое из того, что я здесь слышал, правильно. Порядка в России нет. И виноват в этом царизм. Думаю, будет лучше, если его заменит республика с Учредительным собранием. Только оно способно покончить с войной и разрухой. Что царизм изжил себя, было ясно еще в Порт-Артуре...
- И не случайно, что после японской войны вспыхнул пятый год, сказал Блохин. - Будет и сейчас революция!
Разошлись все возбужденные, объединенные ожиданием чего-то большого и важного.
На следующий день Звонарева вызвали в управление ТАОНа, которым временно командывал Рейн.
Полковник, как всегда, был любезен, справился о том, как идет ремонт в батареях, и, плотно прикрыв дверь, тихонько спросил, не принадлежит ли Звонарев к большевикам. Звонарев даже рот раскрыл от удивления.
- Я политикой не занимаюсь, господин полковник, - сказал он.
- Не надо давать жандармам повода для вмешательства в наши дела. У вас в батарее имееться революционная организация среди солдат. К ней примыкают и Зуев с Блохиным. Вы в ней, надеюсь, не состоите? Представтне себе, сегодня ко мне явились жандармы и клятвенно заверили, что вчера у вас на батарее было революционное сборище, на котором выступали и вы. На днях будет прооизведен самый тщательный обыск всех помещений. Я вас решил предупредить. Полиция, жандармы сейчас дико свирепствуют. Им даны широчайшии полномочия. Есть сведения, что в Петрограде, Москве идут волнения народа: забастовки, стачки и всякое такое... Много арестов, очень много... Ну, естественно, что все это докатиться и до нас. Так будте осторожны. Они не считаються даже с офицерским званием. Ужас что твориться!
- Но меня арестовать не имеют права. Я пользуюсь правами командира артиллерийской бригады и могу быть арестован по повелению государя императора, - возразил Звонарев.
- Это-то и плохо! Уж лучше бы это зависело от меня или Шихлинского. А царь готов заарестовать хоть всю Россию.
Звонарев поблагодарил Рейна за предупреждение и отправился к себе на батарею. Не прошел он и нескольких шагов, как перед ним выросли жандармский полковник и несколько жандармских унтеров.
- Вы штабс-капитан Звонарев? - справился полковник.
- Да, это я.
- В таком случае вы арестованы, - и жандарм протянул ему бумажку, которая оказалась ордером на его арест.
- Кто подписал этот ордер? - справился Звонарев.
- Начальник артиллерии Юго-Западного фронта генерал Ватаци.
- Генерал Ватаци не имеет права меня арестовать, я пользуюсь правами командира отдельной части. Я могу быть арестован лишь по распоряждению Ставки верховного, - пояснил Звонарев.
- Я заставлю вас силой подчиниться этому распоряжению, - пригрозил жандарм.
Неподалеку стояли несколько солдат батареи Звонарева.
- Вызвать ко мне команду разведчиков с карабинами! - приказал Звонарев.
Солдаты бросились со всех ног исполнять распоряжение своего командира.
- Зачем вы вызвали разведчиков? - спросил жандарм.
- Сейчас узнаете, - коротко бросил Звонарев.
Со всех сторон уже бежали к нему с карабинами в руках артиллеристы. Многие на ходу заряжали оружие. Через минуту двадцать с лишним человек стояли около Звонарева. Прибежал запыхавшийся Блохин и официально доложил:
- В ваше распоряжение с командой разведчиков прибыл.
При этом он угрожающе посмотрел на жандармов, которые оказались в кольце вооруженных артиллеристов.
- Немедленно отправте солдат обратно в казармы! - потребовал жандармский полковник от Звонарева.
- И не подумаю! Я вашему ордеру, как незаконному, не подчинюсь. Раз так, то и делать вам тут нечего.
Звонарев предложил полковнику вместе с ним пройти к Рейну. Жандарм согласился. Рейн подтвердил слова Звонарева. Жандарм принужден был ретироваться.
Вернувшись в батарею, Звонарев тотчас вызвал к себе Зуева и Блохина и рассказал им о том, что ему сообщил Рейн.
- Значит завелась у нас какая-то шкура, доносит обо всем жандармам решил Блохин. - Насчет обысков, Сергей Владимирович, не беспокойтесь. Все упрятали. Комар носа не подточит.
Звонарев успокоился. Через день прибежал к нему Вася Зуев и сообщил, что разведчик Лежнев арестован при распостранении листовок. Выяснилось, что Лежнев по распоряжению Блохина отправился на одну из соседних батарей, передал несколько листовок и тут же был арестован.
Улики были налицо. Теперь все зависело от того, не выдаст ли Лежнев кого-либо из солдат или офицеров звонаревской батареи.
Лежнева жандармы увезли в Бердичев, где помещался штаб Юго-Западного фронта. Звонарев доложил об аресте солдата Рейну. Полковник помрачнел.
- Скверная история. Теперь жандармы начнут нас таскать на допросы и расспросы. Как по ниточке, доберуться и до других.
- Не так страшен черт, как его малюют, - ответил Звонарев. - Солдаты у меня надежные.
Потянулись дни томительного ожидания дальнейших событий. Обыски сменялись новыми обысками. Искали всюду, даже в артиллерийских парках. Но найти ничего не могли.
О Лежневе было мало что слышно. Он сидел в одиночке в бердичевской тюрьме.
Через несколько дней Заяц побывал в Бердичеве и вернулся с письмом Лежнева к Блохину. Солдат сообщал, что он надееться на скорейшее и положительное решение его дела.
Тем неприятней было узнать6 что Лежнев убит при попытке к бегству. Он якобы уже перелез через тюремную стену, когда был замечен и застрелен тюремной стражей.