Страница 7 из 26
– Я подумать ничего не успела. Почему колечко получилось и большое почему? Мне велико такое будет. Как носить?– запаниковала девушка.
– Носить не обязательно. А о колечке, очевидно, вы подсознательно все же думали. Анатоль скорее всего причина тому. А большое получилось… наверно потому что очень хотелось, чтобы надежным было. Ну, раз и навсегда. Вот так и проявилось в размере, скорее всего,– высказал свою версию Петр Павлович.– Это легко исправить. Михаил сначала коробок спичек размером со шкаф выдал "комом". А потом расфасовал по мелким коробкам. Быстро навык приходит. Представляете спички размером с бейсбольную биту?
– Я могу еще щелкнуть?– засмущалась девушка.
– Попробуйте, только без фанатизма,– Петр Павлович, хлопнул в ладоши, активируя "Завесу". Его примеру последовали все остальные, за исключением швейцарцев, удивленно глядящих на них.
– Мишань, обеспечь соратников броней,– попросил Петр Павлович и Михаил, щелкнув пальцами, выполнил его просьбу. – Давайте, Мерседес. Теперь хоть с колесо трактора можете колечко сделать и на голову Сергею сбросить. Не почувствует. Это еще один артефакт. "Завесой" называется. Вроде бронежилета, только не магический, а вполне материальный,– Михаил объяснил швейцарцам принцип работы "Завесы", продемонстрировав пластину.
– Чудеса!– только и смог за обоих вымолвить журналист.
– Нанотехнологии, Анатоль. Вы быстро к ним привыкнете. Давайте, Мерседес. Попытка номер два. Разбейте этот обруч для бочки, на мелкие звенья.
Мерседес опять зажмурилась и дважды хлопнула в ладоши, заставив всех завертеть головами, так как кольцо на столике, каким либо видимым изменениям не подверглось.
– Почему оно не послушалось?– разочарованно пискнула "ведьма".
– А что вы от него хотели, Мерс? Может оно, еще переваривает ваше пожелание? Не врубилось,– посочувствовал девушке Сергей.
– Ничего особенного я не задумала. Просто из одного большого хотела сделать два поменьше и чтобы надписи внутри памятные были. Про любовь вечную и верность на всю жизнь.
– Понятно. Колечко от такой дерзости видать "крышей поехало" и "выпало в осадок",– прокомментировал ее слова Сергей.
– Я не понимаю ваших идиом, Серж. Скажите проще?– взглянула на него умоляюще Мерседес.
– Проще если, то вторая половина вашего чародейства вполне удалась. Можете сами убедиться. Надпись выгравирована. "Пусть нас разлучит только смерть". Красиво. Эх, Анатоль, да если бы я был не женат, да если бы тебя здесь не было, да если мне бы еще бы…– Сергей махнул рукой сожалеюще.
– То ты бы, тогда бы чего?– Михаил похлопал друга по спине и тот, подпрыгнув на стуле, заорал:
– Что за манера подкрадываться сзади? Гад ты, Мишка. И ведешь себя по гадски. Павлович, врежьте ему в лоб по-отцовски. Чтобы не пользовался своими преимуществами. Снял "Завесу" ведь паразит, подкрался и вмазал. Больно, блин. Чтобы тебя дети твои на старости лет так потчевали – Петька с Пашкой и все остальные, зараза.
– Это я тебе от Аннушки привет передал, чтобы хвостом не вертел,– Михаил взял колечко "обручальное", прочел надпись и хмыкнул.
– Теперь, пожалуй, и я не смогу это изделие разбить на мелкие фрагменты. Жестко вы его к своей судьбе приковали. Как бы следом кататься не принялось до самой вашей кончины.
– Вот так получилось?– Мерседес затряслась и прижалась испуганно к Анатолю.– И что делать теперь с этим?– ткнула она пальчиком в кольцо.
– Есть у нас один друг, который, пожалуй, с этой проблемой справится, но вот что-то пропал куда-то и не показывается, хотя давно уже пора. Эх, черного кобеля не отмоешь до бела,– вздохнул Михаил. Выпрыгнувшая из ниоткуда кошка с сидящим на ней верхом человечком, вогнали новых членов "ордена" в ступор. Оба замерли, открыв рты.
– Разрешите представить вам нашего общего друга и спасителя – Иван,– торжественно произнес Михаил.– А это, Вань, мадемуазель Мерседес Рекруа и мсье Анатоль Дарье. Прошу любить и жаловать.
– Имена мне нравятся. А вот рты открытые, нет,– расхохотался Ванюша.– Вы что, кошек никогда не видели?
– Ви-ви-дели, мсье Ванья. Оч-чень приятно. А как ваше полное имя?– прошептала растерянно Мерседес.
– Мерс, не спрашивай. Его полное имя очень длинное. Полчаса нужно произносить. Никакой памяти не хватит. Я один раз попробовал, так он меня чуть не задолбал за это время. Поэтому – Иван. Ванюша, если ласково,– ответил за Ванюшу Михаил.
– Ваню-ю-ша,-пропела девушка и протянула Ивану ладошку.– Рада, очень и спасибо вам огромное. Ведь это вы нас спасли? Просите, что хотите. Все что у нас есть – ваше.
– А что у вас есть?– склонил голову Ванюша и лукаво прищурился, церемонно пожав мизинец. Затем он обскакал всех присутствующих, хлопая звонко ладошкой по подставленным ладоням и вернувшись к Мерседес, замер в ожидании.
– Одежда есть, телефон мобильный и немножко денег,– Мерседес поспешно выложила на столик и телефон, и кошелек.
– Это все мне?– обрадовался Ванюша.
– Мне ничего для вас не жалко,– закивала в ответ, тоже радостно, девушка.– Сумочка моя жаль ТАМ осталась. У меня в ней очень много полезных вещей было.
– Эта?– Ванюша спрыгнул на пол и полез под кровать. Выволок из-под нее женскую сумочку и бросил ее на колени Мерседес.
– Да. Она. Ой, как вовремя нашлась,– девушка принялась вытряхивать из найденной сумки на столик всякую всячину, и гора полезных вещей получилась действительно впечатляющей.– Вот,– выдохнула она.– Все что понравится, можете взять.
– Спасибо,– Ванюша запрыгнул на столик и принялся сортировать содержимое, перекладывая с места на место.
– А это зачем?– продемонстрировал он хозяйке пилку для ногтей и, получив ответ, остановился на этом предмете.
– Это возьму. Можно?
– И все?– разочарованно спросила Мерседес.
– Остальное оставьте для следующего раза,– улыбнулся ей в ответ Ванюша, уменьшая пилку и пряча ее в складках своей мантии.
– Следующего?– Мерседес, испуганно взглянула на Михаила.– Нас что, будут постоянно теперь убивать?
– Не пугай ты, Вань, девушку. Не так уж это и часто происходит даже в нашей экстремальной жизни. Не чаще одного раза в десять лет,– выдал статистику Михаил.
– Ой! Ведь больно-то как,– пригорюнилась Мерседес и, слезинки покатились из ее глаз.
– А сам?– дернул Михаила за рукав Сергей.– Мерс, не слушайте их обоих. Это вообще при наших возможностях практически исключено и не так уж и больно. Вот помню, как-то свернули мне шею – это было больно и потом месяц сны кошмарные снились, а вот когда позвоночник перебили, то вполне терпимо. И всего часов шесть пришлось поваляться. А когда в пропасть упал метров со ста и все кости сломал, то вообще через пять минут уже все было в порядке. Привыкаешь очень быстро. Страшно первые десять лет. А потом…– Сергей пренебрежительно махнул рукой.
– Что?– замерла испуганно Мерседес.
– Потом, как с гуся вода. Отряхнешься и снова в бой,– почти торжественно, закончил Сергей.
– Спасибо. Я поняла. Вы, мсье Серж, сколько раз уже умирали?– Спросила девушка.
– Раз пять, наверное. Я не считал,– Сергей пожал плечами.– Эй, Кондратий, глянь в архив. Сколько раз меня замочили за эти годы суетные?– обратился он к «прапору».
– Тридцать тысяч четыреста восемнадцать раз нанесли смертельные удары в различные жизненно-важные органы. Устройство условно именуемое "Завеса", отразила тридцать тысяч четыреста четырнадцать из них. Положительный результат – четыре летальных исхода,– доложил Кондратий.
– Вот, слышите? Даже меньше и почему? Потому что, в этой самой "Завесе" в этих четырех случаях я не был. Таким образом, что?..– Сергей сделал паузу, а Мерседес пожала плечами.
– Таким образом, если соблюдать технику безопасности, то летальных исходов можно избежать вообще. Даже если в вас попадут из того поганого гранатомета. Как он там называется у этих отморозков? "Муха" вроде бы.