Страница 20 из 88
— Марк, — она наклонилась к купцу, — через столик мужчина, я уверена, что это отец парня и разговаривают они сейчас о нем.
— Ты права, — ответил ей купец, скосив глаза в ту сторону, — но я ни с кем из них не знаком.
— Это не важно, — возразила ему девушка, — если они так беспокоятся за него, то я уверена, что у них есть его кровь. Надо проследить, где они остановились, и я попытаюсь позаимствовать пару капель, мне этого должно хватить.
Она чуть приоткрыла свою сущность демона, чтобы запомнить ауры нужных людей, и успела заметить, как два человека в зале встрепенулись и застыли, как будто прислушиваясь к чему-то. И одним из них был сидевший рядом с отцом парня мужчина. Почувствовать такое малое присутствие могли только очень сильные маги, ну еще демонологи и просто очень чувствительные люди. Она могла использовать магические способности для этого, но вследствие того, что пропускала соответствующие занятия, этим умением она владела очень слабо. Кроме этого, в толпе народа потерять такого человека легко, да и расстояние, на котором она чувствовала, было не так велико. Другое дело способности демона — сейчас она почувствует его за многие километры, пусть не точное местонахождение, но в направлении никогда не ошибется. «А добыть кровь будет очень сложно», — подумала Лина, — «наверняка она хранится у мага».
Мир Оравия, Драконовые горы, государство Дрэггония, окрестности города Дрэннон.
В поездку к валькириям кроме своего друга Хорн взял всего пять воинов. Остальные остались в баронстве охранять его жену. Какую баталию ему удалось выдержать с ней, порывавшейся ехать вместе с ними, и только с помощью своего друга, после двухчасовых уговоров, им удалось склонить баронессу к своему мнению. На время своего отсутствия он приказал своему командиру стражников применять беспрецедентные меры по безопасности. И сейчас они, наконец-то, подъезжают к городу, где смогут узнать хоть что-то о судьбе молодого барона.
— Может быть, опять попытаешься? — в который раз спрашивал барон своего друга.
— Хорошо, я попытаюсь, — сдался Фарен, — но ты же знаешь, что как маг крови я вообще никакой, а крови вашего сына осталось всего ничего.
Они свернули с тракта в сторону, спешились и маг приступил к подготовке обряда поиска. Нарисовал на земле сложный рисунок, достал из сумки на поясе небольшой флакончик с красной жидкостью и чуть выплеснул в центр нарисованной фигуры, надрезал свое запястье и добавил свою кровь к крови баронета, и начал тихо произносить заклинание поиска по крови.
— Нет, — сказал он уставшим голосом, — он все также находится за пределами моих возможностей, даже направление не ощущаю. Не переживай, — подбодрил он друга, видя, что тот осунулся после его сообщения, — найдем мы твоего сына, наверняка он находится у валькирий.
В город Дреннон барон въезжал в чуть приподнятом настроении. Миновав ворота, они сразу направились к рынку рабов. Баронета знали все, поэтому они поделили всю рыночную площадь на сектора и принялись осматривать каждый свой. Спустя четыре часа они собрали у входа — на рынке сына барона не было.
— Придется спрашивать у валькирий, — вздохнул удрученный барон, — где тут собираются их аристократы?
Фарен молча кивнул и они поехали в центр города. Заказали блюда, и пока те готовились, Хорн решил поспрашивать находящихся здесь воительниц о своем сыне. Рядом с их столиком сидело пятеро, к ним он и решил обратиться.
— Что, сынка потерял? — спросила надменно и нагло одна из них.
— Не потерял, — спокойно ответил барон, — его похитили, использовав магию.
Он не заметил, как две женщины, сидевшие напротив говорливой, бросили друг на друга быстрые взгляды.
— Ха-ха-ха, — засмеялась женщина, — что ж ты не научил его сражаться? Хотя чему может научить своего сынка папашка, у которого и меча то и нет? — и она опять рассмеялась, намеренно оскорбляя его.
Главе клана Ярость Дракона было скучно и она жаждала развлечений. А тут такой подходящий случай — какой-то аристократ ищет своего пропавшего сына. Зная вспыльчивость аристократов, особенно имперских, она старалась ввести его из себя, чтобы тот вызвал ее на дуэль. Или самой вызвать, но для этого необходима причина, которой пока не наблюдалось. Она по праву входила в десятку лучших мечников Дреггонии, занимая почетное пятое место, поэтому особо никого не опасалась, тем более здесь.
— А, ты, видать, пропил свое оружие, — продолжала оскорблять его она, — или в лучшем случае потерял.
И опять хохот, которого Хорн стерпеть уже не мог. Ярость и гнев на эту надменную особу клокотали внутри его, к этому добавилось еще то, что сына похитили тоже представительницы этого народа. С огромным трудом подавив этот клубок чувств, спокойным голосом спросил:
— Вы намерено пытаетесь меня оскорбить?
— Пытаюсь? — деланно удивилась она. — Что вы, как вы могли подумать о таком. Да и оскорбить можно человека имеющего достоинство, — добавила она.
— Я так понимаю, что вы пытаетесь добиться от меня вызова на дуэль? — спросил он. — Тогда почему бы вам самой не вызвать меня.
— К, сожалению, без причины не могу, — она тяжело вздохнула.
— Вот тут я ничем не могу вам помощь.
Говоря это, барон сделал небольшой шаг к столу и попытался сделать поклон, но его нога «случайно» подвернулась, и он, чтобы не упасть, попытался опереться на стол, но по своей «неуклюжести» угодил рукой на край тарелки. И надо же было такому случиться, что вся еда оказалась на одежде слишком говорливой женщины.
— Ох, простите мою неуклюжесть, — попытался извиниться он, но был прерван чуть ли не визгом.
— Да как ты посмел так меня оскорбить? — и тут же добавила довольным тоном. — Дуэль. Сейчас же!
— А разве так вызывают на дуэль? — удивился Хорн. — Я читал, что это делается как-то по-другому. Поэтому не могу принять вызов.
— Ах, не можешь? — рассвирепела женщина. — Я, Трольда Виндсольв, глава клана Ярость Дракона, вызываю вас на дуэль. Дуэль длиться до смерти, невозможности сражаться или признания поражения. В качестве компенсации, в случае победы, ты становишься моим рабом.
«Будет отличный постельный раб», — думала она. Вначале она хотела стребовать с него сто золотых, но после оскорбления решила, что быть рабом ему самое место. Ее лучшая подруга и по совместительству советница пыталась ее одернуть, но Трольда не стала ее слушать. Конечно, аристократов учат сражаться, но они все ходят вооруженными, очень не охотно расставаясь с ним. А раз этот без меча, то и владеть им он должен на ахти как, поэтому в своей победе она была уверена. Не знала она только саму малость — в семье барона было принято садиться за стол без оружия, за чем тщательно следила женская половина. Даже его жена, войдя к нему в дом, с удовольствием переняла это правило. Если тебе так необходим меч или нож, то держи его рядом, но никак не на поясе, и уж тем более не на столе. Правило настолько въелось в привычку, что, даже заходя в таверну или ресторан, барон всегда снимал перевязь с мечами. Быстро выхватить оружие он мог из любого положения и в любой ситуации.
— Я, владетельный барон Хорн ан’Дрей, принимаю вызов. По праву вношу уточнение — дуэль происходит только оружием и без доспехов. В качестве компенсации, в случае победы, ты становишься моей рабыней. Призываю всех присутствующих быть свидетелями, и взываю к Богам, чтобы они подтвердили ее результат.
Подозрения советницы подтвердились — барон произнес полную фразу вызова на дуэль, принятую в их стране, и, если он выиграет, то рабами этого барона становится весь клан. Оказывается, барон очень хорошо знает законы Дреггонии. Она стала перебирать в памяти имена известных дуэлянтов и просто мастеров меча, но такого имени там не было, поэтому была надежда, что ее глава одержит верх. Но когда ему принесли клинки и то, с какой легкостью он вытащил их, заставило ее усомниться в исходе. Даже Трольда оценивающе сузила глаза, и по этому взгляду подруги она поняла, что та что-то там увидела для себя опасное. Поза приготовившегося к схватке барона ввела в ступор не только ее, откровенно слабой мечницы, но и всех ее соплеменниц, желающих посмотреть дуэль, и даже саму Трольду. И только люди барона не высказали никакого удивления. Меч, зажатый в правой руке, лежал у барона на плечах, за головой, левая рука была согнута в локте и опущена вниз, но сам клинок переходил на правую сторону, защищая лезвием самое главное мужское достоинство. Девушка даже хихикнула про себя от этой мысли, но в следующее мгновение, проанализировав возможные линии атаки и защиты, пришла к выводу, что их достаточно много, вот только уровень применяющего такую технику должен быть не ниже мастера. Вот теперь она была почти уверена, что у ее клана появится новый глава. И именно за такое умение мыслить ее подруга прощала ей невысокие боевые навыки. Но сейчас она не прислушалась к ней во второй раз, и судьба одного из самых сильных кланов — быть рабами мужчины. И это с учетов того, сами они являются ярыми сторонниками традиций, вкоторых место мужчины прислуживать им.