Страница 86 из 170
«Эвану их не добыть, — весело подумал Джосс, занявшись построением графиков. — Люди слышат его забавный акцент, и их прямо сразу начинает тошнить…»
Стакан вылетел из рук Эвана, и пиво выплеснулось на стойку бара, перед которой он стоял.
Эван вздохнул, ударил наугад кулаком назад и попал в человека, который опрокинул его стакан.
На сей раз драка была не более шумной и массовой, чем последние две, но зато у ребят были ножи. Эван терпеть не мог ножей. Их было значительно труднее отнимать, и, когда на них наступаешь, они ломаются не так легко, как пистолеты. «Какого черта я опять вылез без сьюта?» — подумал он, отвешивая тумака другому типу, который полез к нему через стол.
— Ах, черт, — послышалось сзади. Ворчание, хруст, потом кого-то швырнули через все помещение. Еще чья-то морда отшатнулась от удара кулаком, причем кулак этот Эван узнал.
— Вы знаете, что ваше умение общаться неприменимо к маленьким сообществам? — сказала Мелл и пнула в пах здоровенного мужика, пробиваясь к Эвану. — Что вы им такого сказали?
— Да только поздоровался, — ответил Эван, отмахиваясь от мелкого мужичонки, полезшего было на него с ножом. Нужно было разобраться еще парнями с десятью, так что он начал серьезно подумывать о пистолете, связях с общественностью или их отсутствии. — Хоть Лейва-Турка нет, — добавил он, отключая врезавшегося прямо в него типа.
— Эй, вы все, а ну утихли! — взвизгнула Мелл. В маленьком замкнутом пространстве звук ее голоса был особенно пронзителен, и большинство дерущихся побросали стаканы, бутылки и ножи просто от неожиданности. — Эван не хочет вам зла, козлы, он хочет найти того, кто убил Хэк, вот и все! А теперь заткнитесь и сядьте, или скоро у вас возникнут проблемы с кораблями, я обещаю!
Эван оперся руками на стол и окинул толпу внимательным взглядом. Все смотрели на него — кто-то отложил в сторону бутылку или нож, и на лицах их было теперь куда больше приязни, чем он ожидал.
«Возможно, — подумал он, — это потому, что им просто не хочется портить отношения с механиком, а не из-за уважения к моим благим намерениям».
— Оставьте их в покое! — продолжала орать Мелл. — Сейчас они на нашей стороне. Эй, Люк, вспомни своего приятеля, с которым вы сорок лет работали и который вдруг пропал? Думаешь, случайно? А Мэри Ла-Бьянка и два ее сына, у которых был самый ухоженный корабль? Думаете, из-за поломки двигателя, а? А Дел Мариньи? А Лео Баллингер?
Лица начали мрачнеть.
— А теперь идите и расскажите Эвану все, что он спросит насчет недавно пропавших. Ему насрать на ваши участки, они ему не нужны. Он хочет узнать, кто убивает наших, а вы кормите его одним дерьмом! И вы сейчас прекратите дурить, иначе я вам всем пришлю счета! Помните, кто сколько мне должен, а?
По собравшимся вокруг прошла заметная дрожь. Последний раз Эван видел такое, когда стоял в толпе у окруженного жилого дома и жильцам сообщили, что у засевших внутри террористов есть ядерная бомба. Он не мог бы сказать, что подобная реакция сейчас повергла его в великое горе.
— Идите сюда, — махнула Мелл Эвану и показала на стол, о который каким-то чудом ничего не разбили. Он был мокрым, но Эвану было все равно. Он сел за стол, стараясь не казаться слишком самоуверенным или слишком расслабившимся.
— Что будешь пить? — спросила Мелл, когда все вокруг стали поднимать стулья и снова рассаживаться.
— А что предложишь?
Она посмотрела на толпу.
— Закажи «свилл».
Эван заглянул в морские зеленые глаза с некоторым замешательством, затем обратился к подошедшему с тряпкой бармену:
— «Свилл», пожалуйста.
Тот кивнул и отошел. Вокруг Эвана все начали рассаживаться, не сводя с него глаз. Пожалуй, сейчас он предпочел бы драку, чем такое напряженное внимание к собственной персоне. У них был очень настороженно-любопытный вид, подозрительный и недоверчивый, смесь страха, отвращения и интереса. Эван почувствовал себя куда неуютнее, чем под дулами пистолетов. Но тут уж ничего не поделаешь, да и сьюта на нем не было. «Держись, парень», — сказал он себе, как в тот день, когда вышел из того дома с бомбой в руке. Он глубоко вздохнул и взял себя в руки.
— Баба, иди сюда, — сказала Мелл невысокой седовласой женщине, которая в последний раз, когда Эван ее видел, лезла на него с ножом. Эван был рад, что все кончилось прежде, чем он успел швырнуть в нее стул. Она чем-то напоминала ему мать. К тому же Баба, по данным Ноэла, была одной из собутыльниц Хэк. Мелл присела к столу рядом с Эваном и сказала:
— Расскажи ему о том, что было, когда ты в последний раз видела Хэк. И что она тебе говорила.
Во время короткого молчания бармен принес ему напиток со льдом в высоком стакане. Эван с трепетом посмотрел на сосуд. Слишком часто во время службы в армии ему подавали невинный с виду стаканчик, содержимое которого потом доставляло ему немало неприятностей — сразу или чуть попозже. Но он взял стакан, поблагодарил бармена и окинул взглядом посетителей.
— Спасибо, — сказал Эван всем.
Они смотрели на него, словно чего-то ждали.
Он посмотрел на бармена:
— Они ничего не хотят заказать?
Люди вокруг стола замотали головами.
— Да ладно, — сказал Эван. Он снова вспомнил мать и то, как его улещивали печеньями в доме тетушки, умоляли съесть еще хоть один кусочек, хотелось ему этого или нет.
Люди снова замотали головами.
Эван чуть стиснул зубы.
— Нет, вы просто должны со мной выпить, — произнес он, улыбаясь, как улыбнулся бы своей тетушке в отместку за все послеобеденные часы, когда его пичкали едой да такой степени, что он не мог встать из-за стола. — За мой счет, естественно.
Тут же начались разговоры, человек шесть подскочили к бармену, хватая его за рукава и делая какие-то заковыристые заказы. Эван сидел, улыбаясь, и ждал, пока они получат свою выпивку. Это заняло некоторое время, а потом по воздуху поплыл запах «свилла», говоривший о том, что это такой напиток, который не всякий храбрец осилит. Ну, Эван уже давно вышел из школьного возраста, когда какой-нибудь умник может сдуру смешать пиво с чем покрепче и с сухим льдом или с металлическим натрием.
Он не осмеливался бросить взгляд на Мелл. Она тихо сидела рядом с таким же напитком, как принесли ему. Сейчас она молчала и ничего не делала. Когда все получили выпивку, Эван сказал:
— Сланте ва, — и одним глотком осушил стакан.
Он понимал, что на него смотрят. Он просто быстро его выпил, не пытаясь наслаждаться вкусом. Впрочем, смаковать тут особо было нечего. Несколько минут он не дышал.
«Космокопу можно и не дышать», — убеждал себя Эван, стараясь не закашляться. Впечатление было такое, словно у него онемели голосовые связки и кто-то изнутри головы лупит по глазам маленьким остреньким молоточком, в горле словно граната разорвалась, а в низу позвоночника словно запалили доменную печь. Интересно, сколько времени он не сможет ходить?
Чуть позже он обнаружил, что уже способен дышать и что люди смотрят на него и аплодируют. Он сумел выдавить слабую улыбку и взглянул на стакан, опасаясь, что разбил или перевернул его. Как ни странно, стакан был цел и стоял как надо и, к счастью, был пуст.
Эван подавил желание потрясти головой, глубоко вздохнуть или сделать еще что-нибудь, на что его сейчас тянуло. Он сосредоточился на разговоре с окружающими его людьми, понимая, что должен говорить осмысленно. Он не был уверен, что ведет себя нормально, но, поскольку остальные вокруг пили то же самое, Эван решил не слишком об этом беспокоиться. Он повернулся к Мелл и, пока те, с кем ему надо было поговорить, расслаблялись, сказал:
— Что там намешано?
Она улыбнулась.
— Промышленный спирт. И кое-что еще.
— Ог див, — буркнул Эван. Поднял взгляд и сказал: — Бармен? Можно повторить?
Все вокруг казались страшно довольными. «Наверное, последствия будут похуже, чем после драки, — подумал он, — но, черт побери, коп должен выполнять свои обязанности».