Страница 85 из 170
Но он никак не мог отделаться от впечатления, что зеленые, как море, всевидящие глаза продолжают смотреть на него.
— Сесиль, — сказал Джосс, — как слышите?
— Слышу вас хорошо, — ответила она. — Интересно — никогда прежде у нас не было канала кодовой связи. Просто не возникло необходимости.
— Когда-то все бывает впервые, — ответил Джосс. Первое, что он сделал, вернувшись на корабль, так это написал новую программу для связи со станционным банком данных. Он был совершенно потрясен, когда увидел, чем они пользуются — полудохлой поблочной программой резервирования, когда один компьютер засылал информацию в перерыве между обработкой данных. Но фирменные программы были для здешних обитателей слишком дороги. Однако никто не узнает, если Джосс скопирует программы с корабельного компьютера — простейшие — и приспособит их для нужд станции. Теперь он по крайней мере будет уверен, что данные, которые он скачает из базы данных Уилланса, не будут запорченными. И, как побочный эффект, никто не сможет прослушивать его переговоры с базой. Он отчаянно надеялся, что кто-то будет весьма обескуражен этим. — Кстати, — спросил он, — нет ничего новенького насчет выброшенного скафандра?
— Нет, — ответила она. — Не повезло. И ни к кому из медиков по поводу обожженной ноги никто не обращался.
— Ладно, не все же должно всегда удаваться. По крайней мере, сегодня. Сесиль, я хочу скачать список торговых деклараций. Это он? — Джосс вызвал на экране ноутбука список файлов из памяти компьютера Уилланса и указал на один из них.
— Да, — ответила Сесиль.
— Хорошо, — откликнулся Джосс и приказал компьютеру скачать его в базу данных бортового компьютера. Пока шел процесс, Джосс спросил Сесиль: — Скажите, бабушка, если бы вы собирались сбить кого-нибудь со следа, как бы вы это сделали?
— Я сказала бы, что направляюсь в другое место, — невинно промолвила она. — Это же делается на каждом шагу. Вы просто обязаны были сталкиваться с таким.
Джосс рассмеялся:
— Нет, я имел в виду, если бы вы были старателем.
— Боже упаси. У них жуткая жизнь. — Короткая пауза. — Как я понимаю, вы хотите узнать, каким образом люди скрывают свои находки.
— Чисто ради интереса.
Сесиль рассмеялась.
— Мистер Лапочка, — сказала она, — способов это скрыть куда больше, чем ободрать кошку. Не то чтобы я была специалистом в кошкодрании, у нас тут слишком много крыс для этого. Короче, маркировочный стержень передает вам координаты участка, если вы достаточно близко к нему подходите. Но ведь никто не хочет, чтобы кто-то подобрался слишком близко? Все хотят избежать неприятностей. Вы ведь заметили, что люди не любят оставлять маршруты полетов.
— Да, — ответил Джосс, — и лишь тот факт, что Пояс занимает пятьсот миллионов кубических километров пространства, не позволяет им натыкаться друг на друга.
Сесиль рассмеялась:
— Лапочка, полетный план — изобретение внутренней части Системы. Здесь никому не надо знать, куда полетел кто-то другой.
— Но этот план понадобится, если кто-то не вернется! Кроме того, — продолжал Джосс, — электроника, которая стоит у них на кораблях, не может предупредить их о приближении другого корабля, если только тот не взорвет бомбу. Многие владельцы кораблей в вашем ангаре, похоже, считают навигационное оборудование бесполезной роскошью.
— Для многих это и есть роскошь, — ответила Сесиль. — Они не могут себе такого позволить. Им нужны буры, кувалды и взрывчатка куда больше, чем всякие прибамбасы для переговоров с другими кораблями. Короче, они не желают видеть другие корабли.
— И у них нет этих самых прибамбасов, — сказал Джосс. — Но даже самые неуживчивые проходят рутинную проверку.
— В основном — да, — согласилась Сесиль. — Они посылают нам сигнал каждую неделю или около того. Поскольку большинство циркулирует вокруг станции и по сужающейся спирали подходит к цели, это достаточно хорошо действует.
— Посмотрим, — сказал Джосс, увидев, что перекачка данных закончилась. Он очистил экран и взялся за световое перо.
— Стало быть, станция может находиться здесь, — сказал он, ставя на экране точку, — а старатель… ну, где-нибудь здесь. — Он нарисовал вокруг точки окружность. — И в различных точках круга или нескольких кругов — он же обычно совершает не один круг — старатель посылает сигнал.
— Верно.
— И сигнал, конечно же, направленный.
— Да, по прямой. Мы можем построить очень грубый треугольник, если будет на то необходимость, — по оба конца астероида у нас установлены мачты приемника. Но это маловато для базовой линии, а измерения параллакса очень трудны. По большей части мы даже и не стараемся.
— Ну, у вас, как правило, и необходимости в этом нет. Но злоумышленник, который идет по направлению сигнала, с хронометражем, может сделать весьма точную триангуляцию, если он сам на своем корабле находится километрах в пятидесяти-ста от станции и ловит поступающие сигналы. Он может использовать Уилланс как точку для базовой линии и установить трехмерные координаты точки, из которой исходит сигнал.
— Да, может, — задумчиво произнесла Сесиль. — И если он проделает триангуляцию несколько раз, то вычислит в трехмерных координатах окружность и точно так же найдет участок.
— Это потребует времени, но это вполне можно сделать, — сказал Джосс, что-то машинально вычерчивая на экране. — Я пытаюсь придумать способ, как помешать этому процессу.
Молчание.
— Знаете, — задумчиво проронила Сесиль, — я бы нашла способ послать сигнал из такой точки, в которой меня на самом деле не было бы.
— А вы хитрюга, бабушка, — сказал Джосс. — Я бы тоже так сделал. Я бы сляпал какое-нибудь реле и выбросил его подальше с циркулярной орбиты. А сам подался бы куда-нибудь в другое место.
— Но куда? — спросила Сесиль.
— Да хоть в другую сторону. Если бы я был упертым индивидуалистом.
— Да тут многие бы так поступили, — сказала Сесиль. — Пожалуй, более точным словом было бы «упрямец».
— Вот-вот, — согласился Джосс, думая, что пора бы еще разок посмотреть «Дни Долины Смерти». — К несчастью, останется всего лишь обследовать четыреста миллионов кубических километров космоса, чтобы тебя найти.
— Ну, мне это кажется даже преимуществом, — сказала Сесиль.
— В этом есть смысл. — Джосс смотрел на экран, но помалкивал насчет того, о чем сейчас думал, — все, о чем они говорили, имело смысл только в том случае, если есть след или несколько следов, с которыми можно было бы работать. Но если их много и можно все их наложить на график одновременно, то тогда станет лучше видно, где искать это реле — или эти реле. Похоже, что их может быть больше одного.
— Господи, — вздохнул Джосс, — прямо начать и кончить… А что вы сделали бы потом, Сесиль? — Джосс очистил экран, втихую приказав компьютеру вывести все записи о переговорах станции за последние три месяца, не сообщая об этом Сесиль.
— Давайте пойдем пообедаем. Я знаю тут милый итальянский ресторанчик…
— Которым владеет один из ваших внучат?
— Понимаю, почему вы служите в полиции. Да-да, мистер Лапочка. Вы любите каламари?
Джосс был приятно поражен.
— Вы тут и кальмаров выращиваете?
— Нет, — ответила Сесиль. — Но один из моих внуков прекрасно делает мясо кальмаров из сои.
Компьютер вывел на экран сообщение, что задача выполнена.
— Вы странным образом привлекаете меня, мадам, — сказал Джосс. — Ну, скажем, сегодня вечером?
— Зависит от работы, — ответила Сесиль. — Смогу — свяжусь с вами.
— Всегда рад. Увидимся, Сесиль.
— Хорошо, мистер Лапочка.
Джосс погладил клавиатуру, вызывая на экране голографическое изображение с командного пульта. Когда процесс был закончен, он начал строить трехмерный график и отмечал на нем точки, из которых в течение трех месяцев поступали сигналы от кораблей. Он знал, что это займет часа два, но зато потом у него будет материал для работы. Если повезет, Эван тоже найдет еще что-нибудь важное. По первым же точкам стало понятно, что очень многие пользуются этим приемом — первые несколько графиков показали сильно искаженные кривые и параболы. Так что теперь нужны были словесные свидетельства.