Страница 3 из 20
Еще раз окинул взглядом холмы и пробормотал:
– Что-то мне не нравится.
Показывая пример, накинул свой броник, но кепи на каску не сменил. Разведчики с неохотой подчинились.
Дальняя однообразная дорога утомляла. Восьмиколесный БТР с легкостью проглатывал неровности дороги, и пассажиры в движении покачивались как на волнах. Даже частые промоины, оставшиеся от бывших ручьев, не являлись серьезным препятствием и почти не заставляли снижать скорость. Некоторые солдаты начали клевать носом.
Неожиданно командир насторожился, завертел головой и обернулся, чтобы призвать бойцов усилить внимание. Вдруг недалеко впереди и чуть в стороне от дороги поднялся столб песка и дыма и прогремел взрыв. Тут же со склонов близких гор ударил крупнокалиберный пулемет.
Офицер среагировал немедленно и, наклонившись к водителю, закричал:
– Влево с дороги, вперед!
Обернулся к бойцам:
– Противник справа! Всем огонь!
Его маневр был понятен – раз у противника минометы и крупнокалиберное оружие, то засада организована не спонтанно, а значит у «духов» было время подготовиться, и дорога впереди может быть заминирована или пристреляна.
– Газу, Витек! – снова наклонился к водиле.
БТР преодолел подобие кювета и с ускорением помчался в сторону от дороги. Это со стороны кажется, что пустыня или степь ровная, как стол. Напротив, в ней множество канав, оврагов, холмиков и мест, где можно укрыться от вражеского огня.
– Дед! Огонь! Чего возишься? – командир закричал гранатометчику, который среди других разведчиков пытался пристроиться к АГС. – Рудак! – наклонился к люку, – Огонь! – поторопил наводчика КПВТ и тут же понял, что цэвэшка мешает довернуть крупнокалиберный пулемет БТРа в сторону противника. – Витек, прими правее, – указал водителю.
Наконец зарокотал КПВТ и по броне застучали стреляные гильзы. Тут со склонов прочертила дымный след противотанковая ракета, выпущенная из гранатомета РПГ25, СПГ26 или аналогичного оружия иностранного производства и ударила в землю позади боевой машины.
Минометные разрывы били вокруг и пока далеко от разведгруппы. Крупнокалиберный пулемет с гор продолжал выцеливать первую машину и почти нащупал, зацепив по корме. Крупнокалиберная пуля ударила по броне, как кувалдой и отрикошетила, сверкнув искрами.
– К машине! – скомандовал офицер бойцам, махнув требовательно рукой, и схватил шлемофон.
Приложив наушник к уху, а ларингофон к шее начал скороговоркой докладывать невидимому собеседнику:
– Гора! Гора! Я Бифер! Попал в засаду! Веду бой! Веду бой! Как понял? Прием!
Смахнул с головы кепи и надел шлемофон. Выхватив из-под зада карту, всмотрелся в нее и продолжил доклад:
– Я Бифер! Обстрелян в районе источника Рег. Источника Рег. Огонь ведется с северных склонов высоты шестнадцать двадцать восемь. Огневые точки «духов» метрах в пятистах от дороги. Повторяю, северные склоны высоты шестнадцать двадцать восемь. Духи в пятистах метрах от дороги. В районе источника Рег. Как понял? Прием….
Выслушал по радиостанции указания и вгляделся в карту. Кивнул головой и продолжил:
– Веду бой в квадрате ….
Взрыв. Столб дыма и пыли окутал боевую машину и БТР, будто наткнувшись на препятствие, замер с заглохшими двигателями. Когда пыль от взрыва осела, на броне никого не оказалось, а боевая машина без второго колеса с разошедшимися броневыми листами правого борта не подавала признаков жизни. Тело командира изломанной куклой лежало рядом на песке, а изодранная эксперименталка во многих местах набухала кровью. Вокруг валялись сорванные взрывом с брони ящики и цинки.
Командир разведчиков очнулся от боли, когда его неумело пытался перевязать внештатный санинструктор группы. Офицер сидел, опираясь спиной на колесо второго БТРа. Боевая машина второго отделения расположилась в неглубоком овраге и над поверхностью возвышалась только башенка с пулеметами. Из КПВТ велся непрерывный огонь в сторону гор. Вокруг БТРа заняв многочисленные укрытия и тот же овраг, разведчики обстреливали невидимого врага.
ДШК27 противника не умолкал. Минометный обстрел прекратился после бесполезно выпущенного десятка мин. Вероятно, мины у духов были в дефиците, зато продолжали противно свистеть в воздухе эрэсы28 и взрывались вокруг временного опорного пункта разведчиков, поджигая засохшие кустики верблюжьей колючки. Эресы доступное для душманов, но малоэффективное оружие. Умелый минометчик скорее попадет точно, чем можно поразить цель неуправляемым реактивным снарядом. Это оружие можно применять по площадям и в качестве психологического давления из-за противного звука в полете.
В семидесяти метрах накренившись, и осев на правый борт, дымился развороченный первый БТР. Ствол АГС на станке беспомощно смотрел в небо.
Офицер со стоном пошевелился и здоровой левой рукой прикоснулся к лицу, залитому кровью. Обрадованный разведчик, пытающийся наложить жгут на бедро раненого в районе паха, закричал:
– Хохол! Командир очнулся!
– Что с глазами? – прохрипел раненый, ощупывая лицо рукой.
– Сейчас, товарищ старший лейтенант, подождите, промою, – заторопился медик.
Закончив со жгутом, из-за спины достал пластиковую флягу, смочил водой очередной рулон бинта и начал аккуратно протирать офицеру глаза и веки с ресницами, слипшимися от засохшей крови.
– Командир, я здесь! – рядом присел еще один разведчик с автоматом, к которому был прикреплен подствольник, бесполезный для этого боя.
– Докладывай! – прохрипел офицер, пытаясь сосредоточить взгляд на окружающих.
Командир первого отделения по прозвищу Хохол, подумав, заговорил с явным украинским говорком:
– Наш «бэтр» подорвался на мине. Мы смогли вытащить через боковой люк сильно контуженого Рудака, а Витька не успели. Духи из ДШКа расстреляли неподвижную коробочку29 и его внутри покрошили. Вас достали из-под обстрела, закидав дымовухами. Промедолом30 обкололи. Думали…, – замолчал от толчка медбрата и, кивнув головой (мол, понял) продолжил: – Замок31 ранен осколком в ногу. Легко. В полк Рыжий доложил обстановку. (Рыжий – штатный радист группы). Передали – держаться. А куда нам деваться? Держимся. Обещали помощь прислать и артиллерией поддержать.
Помолчав, продолжил с сожалением в голосе:
– Весь наш БТР изрешетили из ДШК и подожгли. Бензобаки рванули, а там Витек…. До сих пор там патроны рвутся. (Отвернулся).
Офицер стиснул зубы и закрыл глаза от боли или горечи потери. Жалко молчаливого спокойного простого деревенского парня и умелого надежного водителя.
С обстановкой понятно. Сложилась патовая ситуация. Разведчики вовремя ушли от огня противника и закрепились, а «духи» никогда не атаковали в открытую. Оба противника в укрытии и не могли уже уничтожить друг друга. Время на нашей стороне – осталось дождаться помощи из полка.
Тут в отдалении послышались гулкие разрывы крупнокалиберных снарядов. Несколько взрывов прозвучали поблизости.
– Я сейчас! – бросил Хохол и исчез.
– Наши духов утюжат, – доложил, вернувшись, и грязным рукавом старой кэзэшки вытер пот с чумазого лица. – Рыжий корректирует огонь, – добавил.
– Долго я …? – через силу поинтересовался офицер, не договорив.
– Минут сорок, – ответил комод32, переглянувшись с медиком.
В бою, как правило, время не замечаешь. Оно то растягивается так, что минуты кажутся часами, то летит мгновением.
25
Ручной противотанковый гранатомет
26
Станковый противотанковый гранатомет
27
Станковый крупнокалиберный пулемет Дегтярева-Шпагина. Калибр 12.7 мм.
28
Неуправляемый реактивный снаряд класса земля-земля.
29
Сленговое название транспортного средства.
30
Обезболивающее.
31
Заместитель командира взвода.
32
Командир отделения.