Страница 7 из 13
В родном городе Стен давно стал известной личностью, но это совсем не испортило его характер, скорее напротив – всегда давало стимул соответствовать тому посту, который он занимал и в рамках положения, и в рамках людского мнения.
− Извините за беспокойство, однако я хотел бы посмотреть на вашего ребенка, − без лишних объяснений сообщил Стен, приветственно кивая хозяйке. – Это возможно?
− Да, конечно, − прошептала она, пропуская главу экзархата. – Он плохо спал, но экзорцисты уже были у нас, и теперь все хорошо.
Стен не стал ничего спрашивать, лишь последовал за женщиной, которая быстро привела его в детскую.
− Сэр Валден заверил меня, что все хорошо, и молодой экзорцист, подготовленный по ускоренному проекту, справился, но раз вы здесь…
− Все в порядке, просто этот молодой человек – мой сын, и я лично хотел бы убедиться в его успехе, − проговорил Стен, мягко улыбаясь.
Он был доволен, ведь женщина уже назвала имя виновного. На разговорчивость женщины он рассчитывал с самого начала, чтобы без вопросов получать ответы, не выдавая себя.
− Такой замечательный юноша, − продолжала женщина, − а ведь он даже похож на вас. Такой представительный и серьезный. Он нам помог: Селин спал уже на следующую ночь.
Пока женщина говорила, Стен изучал взглядом ребенка. Полугодовалый Селен выглядел здоровым бодрым малышом, без признаков какой бы то ни было Тьмы, более того, без намека, что эта Тьма в нем была когда-то. Этот ребенок был нетронут Тьмой, и в подобном Стен не мог ошибиться.
− Так говорите, он стал хорошо спать сразу после обряда? – уточнил Стен, желая потянуть время, ведь должно было быть что-то, что мучало малыша прежде.
− Да, он долго не мог спокойно спать, все время плакал, нервничал, тревожился отчего-то, а после обряда все стало очень спокойно, как прежде.
Наверно интуитивно Стен присмотрелся к изголовью детской кроватки, но ничего зримого глазу там не было, вот только, коснувшись его рукой, он все же понял, что именно мучило мальчика, но промолчал, невольно оскалившись.
− Сэр Валден нам очень помог. Хорошо, что он дружен с моим мужем, – продолжала женщина. – Он тут же вызвался помочь, но пришел не один. Сказал, что его ученик тоже справится, что ему практика нужна, а наш случай нетяжелый, мол, Тьма нашептывает нашему сыну кошмары…
Стен кивнул.
− Все хорошо, вам действительно не о чем беспокоиться, − подтвердил он, рисуя на изголовье пальцем святой крест, дабы избавить покой ребенка от остатков нелепого влияния и обратить это дерево в защиту.
− Вы меня еще раз успокоили, спасибо вам.
Женщина была рада и довольна, а Стен не спешил открывать ей глаза, ведь ни к чему простому люду знать о тайнах и проблемах экзархата. Наспех попрощавшись, Стен поспешил в храм, дабы как можно быстрее поговорить с так обнаглевшим Валденом.
Однако в храме ему сказали, что Валден в академии, занимается с группой желающих лучше подготовиться к испытаниям послушников. Большего Стену и не нужно было. Вся головоломка сложилась в его голове. Он, взял с собой отряд стражей-инквизиторов, так называемых крестоносцев, и поспешил в академию, на ходу посвящая в ситуацию капитана.
Шагнув в зал, где занималась небольшая группа мальчишек, Стен в полной тишине подошел к столу их учителя. Ни испуганный взгляд Лейна, ни растерянность Валдена не смущали его. Он лишь осмотрел записи, книги, которые лежали на столах, письмена на доске. Ничего незаконного здесь не было, но это всё был экзорцизм, который для этих ребят был еще далек, а Валдену не дозволялось их обучение.
− Валден Окларт, вы задержаны, − сказал Стен, глядя прямо в глаза старому товарищу.
− Что?! Да в чем меня вообще обвиняют?!
Возмущение охватило и учеников, которые дружно вскочили со своих мест, но не осмелились заговорить, видимо, тут же вспомнив, что перед ними глава экзархата.
− Вы обвиняетесь в привлечении Тьмы, распространении скрытых знаний экзархата непосвященным, нарушении устава, и, что самое главное, – тайном манипулировании невинными, − сообщил Стен, пока крестоносцы окружали экзорциста. – Ваше дело будет направлено лично епископу для рассмотрения в верховном дисциплинарном суде Белого Креста.
Валден лишь оскалился.
− Уведите, − велел Стен и лишь затем обратился к ребятам, находившимся в зале. – Сядьте, ваша лекция закончена на сегодня.
Ребята безропотно подчинились. Лейн, все это время сидевший на месте, скалился, не поднимая глаз.
− Ваш наставник, возможно, был вам хорошим учителем, однако, обучая вас, он нарушал множество правил и даже привлекал Тьму ради вашего обучения, что является главным преступлением экзорцизма. На подобное я не имею права закрывать глаза, однако, как я понимаю, вы все продвинулись благодаря этим занятиям много дальше, чем должны были. Ваши знания будут оценены, и вы получите места в соответствии с ними. Кого-то из вас зачислят в послушники, а кто-то, возможно, даже будет допущен к экзаменам инквизиции, но для начала вам нужно будет ответить на вопросы нашей святой стражи. Завтра же каждому из вас будет назначен наставник, который оценит ваш новый уровень, и я лично прослежу, чтобы это было объективно.
С этими словами Стен жестом передал ребят капитану крестоносцев, а сам поспешил удалиться – ему еще нужно было сделать много дел, а главное составить послание для епископа, чтобы эта история не обрела локальный характер и не исчезла в молве округа. Он был уверен, что подобное должно стать уроком для многих, и был готов преподнести миру этот урок.
Сам Стен тоже хотел это понять и усвоить, оттого, как только бумаги были готовы, спустился в темницу, чтобы лично, без свидетелей и протоколов поговорить с Валденом, который в годы юности был его боевым напарником, товарищем и соратником. Когда-то они учились вместе, плечом к плечу прошли первые миссии и вместе впервые узнали о существовании печатей Мендела.
Зайдя в темницу и велев закрыть за собой дверь, Стен замер в молчании. Валден тоже не спешил с ним говорить. Бросив лишь короткий взгляд, он отвернулся к стене.
− Я лишь хочу знать, зачем все это? – спросил Стен.
Валден посмотрел на главу восточного экзархата с явным презрением, а затем прошептал лишь одно слово:
− Сила.
Стен ничего, естественно, не понял, однако задавать вопросы не спешил.
В памяти у него мелькали первые миссии изгнания, уже искаженные Тьмой люди, похожие на живых мертвецов, – одержимые.
Словно вспоминая то же самое, Валден проговорил:
− Эти ребята – свежая молодая кровь, и я делал из них не послушных последователей Кодекса, а настоящих борцов с Тьмой, стражей, которые снесут все на своем пути.
− И людей?
− Да, если они одержимы!
− Валден, они люди, они живые, с ними нельзя так…
− Как так? Печати Мендела не канули в прошлое, они снова и снова используются инквизиторами, а значит, в этом есть смысл и разум!
Стен молчал.
− Да, я привлекал Тьму, ну а как мне иначе по-настоящему создать из них то, что нужно нашему экзархату уже давно?!
− И что, по-твоему, ему нужно?
− Армия, а не сборище святош. Сам вспомни, в тот день, когда мы чуть не погибли, и не будь с нами того, кто…
− Тише, − прошептал Стен.
− Будешь делать вид, что ты не помнишь?
− Нет, молиться, − прошептал Стен, закрывая глаза и вспоминая ту далекую ночь, когда он впервые узнал о существовании древних печатей.
…Поиски оскверненного Тьмой тела затянулись. Настала ночь, а они все еще бродили по лесу в поисках умчавшегося от них старика. На вид он был слишком слаб, но, видимо, Тьма в нем была достаточно сильна.
Утром всем казалось, что это простейшее задание и одного экзорциста с двумя молодыми инквизиторами будет достаточно. Изначально вся эта миссия была учебной для молодых посвященных. Экзорцист поехал с ними лишь потому, что все опытные инквизиторы были заняты, но вот уже больше двенадцати часов они бродили по лесу в поисках старика, который сумел их физически одолеть и убежать так быстро, что никто из деревни не смог за ним угнаться.