Страница 2 из 5
Грегор Эйзенхорн в очередной раз поклялся себе, павшим друзьям и Богу-Императору, которому он по-прежнему был предан, чтобы там ни думали его бывшие коллеги, что он остановит Жёлтого Короля от воплощения в реальности.
Любой ценой.
Комментарий к Смерть Убера Эмоса
Сюжетная линия о Жёлтом Короле будет после текущего “Терранского Испытания”, над которым Захариэль работает сейчас.
========== Тень над Гидрой Кордатус ==========
Хонсю смотрел, как пылала крепость, а сквозь её руины по телам убитых разгуливали чудища. Кадмейская Цитадель, воздвигнутая во времена Великого Крестового Похода, пала. Железные Воины сражались достойно, вне сомнений. Да и, отметил Хонсю, Имперские Гвардейцы сделали всё, что смогли. Если бы на Цитадель напали бы одни лишь безмозглые орды, ведомые Девятнадцатым Легионом, то он не сомневался, что крепость бы устояла. Это была планета Четвёртого Легиона, и одного лишь перевеса в численности было недостаточно, чтобы сокрушить укрепления сынов Пертурабо.
Никто не ведал, как Гвардия Ворона преодолела заслон Железной Клетки и привела столь большое войско. Впрочем, для Хонсю это было не важно — нахождение пробоины в укреплениях и заделывание её лежало на плечах командования Легиона. Долгом Железных Воинов на Гидре Кордатус было выстоять, и они с этим справлялись, завалив поля вокруг Цитадели трупами врагов.
А затем на планету прибыл Коракс. Колдуны Гвардии Ворона забрызгали скалы кровью и нечестивыми силами пробили дыру в ткани реальности, сквозь которую на мир ступил их тёмный властелин. Самовосстанавливающиеся стены Кадмейской Цитадели, построенные с использованием давно утерянных технологий, обросли подобными раковым опухолям дефектами, которые вскоре превратились в конгломераты из плоти и камней, напавшие на шокированных защитников.
Кузнец Войны Шон’Тю сумел с помощью астропатического хора отправить предупреждение на миры Империума — поначалу, это был призыв о помощи, но вскоре стало ясно, что помощь не успеет прибыть. Осталось лишь предупредить Империум о возвращении Владыки Воронов. Затем старый Железный Воин казнил всех астропатов, предварительно приказав им отдать свои души Императору. Хонсю в тот момент был рядом с командиром и знал, что Кузнец Войны пощадил их. Слепые псайкеры перенесли прибытие Коракса хуже всех — и это при том, что всем стало плохо от одного лишь присутствия Владыки Воронов.
В рядах Имперской Гвардии прокатились казни — комиссары казнили всех, кто сошёл с ума из-за прибытия Коракса. В восьми отдельных случаях тела солдат после смерти начали преображаться, и их потребовалось уничтожить сосредоточенной стрельбой и взрывчаткой. Все санкционированные псайкеры достали своё оружие и прострелили свои головы, а библиарии Четвёртого Легиона не могли использовать пси-способности, чтобы не навлечь порчу Коракса на себя. Демонический примарх ослабил оборону одним лишь своим присутствием, а затем всё стало только хуже, когда он вышел на поле боя.
Коракс прошёл через разрушенную внешнюю стену на территорию Цитадели, и никакое оружие Железных Воинов не сумело даже задеть его. Три карауливших крепость Титана класса «Гончая Войны» атаковали Князя Демонов и рухнули, корчась, на землю — из сочленений боевых машин полезла органическая масса, когда их экипажи были извращены одной лишь волей Коракса. Спустя несколько минут три богомашины встали на свои опоры вновь и, движимые желанием убивать, обернули своё заряженное энергией Варпа оружие на бывших союзников. Такой была ужасная мощь демонического примарха на своём пике.
С Кораксом пришли создания через тот же разрыв между Варпом и реальностью. Эти мерзкие и огромные твари, двигающиеся на многочисленных лапах, переползали через стены, хватали несчастных и пировали ими, а выстрелы из болтеров и лазерные импульсы или рикошетили от их тел, или проходили через них.
Вслед за Владыкой Воронов и его огромными чудовищами последовала орда мутантов и Десантников-Отродий, доведённых до нового пика фанатизма присутствием своего долго отсутствовавшего властелина. Даже чистокровки, обычно держащиеся в стороне от своих рабов и пушечного мяса, пошли в атаку, охочие сражаться рядом со своим примархом. Безумие снизошло на поле боя, легендарный порядок, который Железные Воины поддерживали во своём окружении, исчез, и сражение обратилось в беспорядочную резню на близкой дистанции, где преимущество было у Легиона Предателей.
Хонсю увидел, как Кузнец Войны Шон’Тю пал под ударами Лорда Хаоса Кайваана Шрайка. Затем пришла его очередь — но враг не стал доводить убийство до конца. Хонсю был тяжело ранен — два из трёх лёгких и одно из двух сердец отказали, позвоночник был раздроблен на несколько фрагментов, парализовав тело ниже шеи. Он лежал, не двигаясь, и смотрел, как враги вырезали имперских защитников.
Нечто мерзкое и холодное поползло по его спине, и перед его глазами показался Владыка Воронов. Вблизи Коракс оказался ещё чудовищней, чем когда Хонсю увидел его силуэт в километрах от Цитадели сразу после прибытия. Он был воплощением тьмы — раной в реальности, сквозь которую сочилось безумие Хаоса Неделимого. Хонсю попытался представить перед глазами другое, более знакомое ему изображение, воображая броню цвета пустоты на Князе Демонов, но инфернальная природа Коракса неизбежно проступала сквозь это. Лишь лик Владыки Воронов выдавал его связь с человечеством — белый, как у мертвеца, покрытый чёрными венами.
— Итак, — в голосе Коракса звучала погибель здравомыслия и обещание показать все ужасы Галактики и даже тех мест, где и ангелы бы не осмелились ступать. — Что у нас здесь есть?
Хонсю попытался сказать, но ощутил, что не мог. Железный Воин мог едва дышать, и вовсе не от ран — столь близкое присутствие демонического примарха было пыткой для органов чувств. Его тело бунтовало от ощущений, и Хонсю ощущал, что его душа портилась просто от нахождения рядом с тем, кто был одним из сыновей Императора раньше.
«Железо порождает силу», — подумал он, уцепившись за знакомые слова Литании. — «Сила порождает волю. Воля порождает веру. Вера порождает честь. Честь порождает…»
Хонсю понял, что не может продолжать литанию дальше. Все усилия его воли были направлены на то, чтобы сохранить здравомыслие. Владыка Воронов взглянул на Железного Воина двумя заменившими ему глаза дырами, заполненными нечестивой чернотой, и в них на секунду блеснуло нечто вроде интереса.
— В тебе осталась сила, — пробормотал Коракс, разглядывая Хонсю. — Много силы для одного из твердолобых Пертурабовичей. Я думаю… Да. Будет лучше, если ты здесь не умрёшь.
Примарх наклонился и прикоснулся когтистой рукой ко лбу умирающего суперсолдата. Он сделал это удивительно нежно, но ощущение от прикосновения заставило Хонсю закричать. Его плоть расплавилась подобно воску под прикосновением, он ощутил, как его кости стали изгибаться, меняя форму, а его органы преображались под действием энергии, которую в его тело вливал Коракс. У Астартес благодаря модификациям Императора генетика была укреплена и более устойчива к мутациям, но мощь Коракса была слишком большой. Силовой доспех разошёлся по швам, когда тело Железного Воина раздулось, кибер-имплантаты отделились от плоти Хонсю, а его душа была извращена эссенцией Хаоса Неделимого.
Когда Хонсю прекратил кричать, он больше не выглядел как гордый сын Пертурабо — от него ничего человеческого не осталось. Железный Воин превратился в гротескный кокон из пульсирующей плоти, сквозь который проглядывались странные формы, двигающиеся в ходе протекающей гиперэволюции. Владыка Воронов убрал руку, оглядел плод своего труда и счёл его хорошим.
— Отнесите его на борт, — приказал Коракс апотекариям, которые собрались и разглядывали творение своего примарха с неприкрытым восхищением. — Обращайтесь с ним бережно, пока процесс не завершится. За мной, мои сыны. У нас ещё много дел… но сейчас надо вернуться домой.
А над ними, в небе Гидры Кордатус возник объект, вышедший прямо из Варпа в нарушение всех законов путешествия по нему. Левиафан, который когда-то был командирским звездолётом Гвардии Ворона «Тень Императора» класса «Глориана», завис над планетой подобно ужасному и голодному богу из первозданных мифов. Его уже давно не видели — со времён так называемого «Нерождённого Крестового Похода», когда Владыка Воронов покинул свой шпиль и повёл свой Легион через разорённый орками Империум, чтобы уничтожить Ультрамарина по прозвищу «Вознесённый». Никто из легионеров Девятнадцатого не знали, почему их владыка решил напасть на Ультрамаринов, но у них существовала масса предположений, которые с тех пор использовались чистокровками неоднократно, чтобы обосновать свои нападения на Тринадцатый Легион или предательства Ультрамаринов.