Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 26 из 36

Не менее значимой проблемой, которую позволяет решить наука предпринимательского права, является определение роли государства как участника экономических отношений. В цивилистической традиции публично-правовые образования фактически противопоставляются основным субъектам гражданских правоотношений – физическим и юридическим лицам.

Новые формы влияния государства на экономику, такие как государственные корпорации и компании[148], реализация стратегических инициатив внедрения инноваций в региональную экономику[149] и пр. в большинстве случаев не согласуются с традиционными институтами гражданского права и довольно непросто «вживались» в область частноправового регулирования. Причина связана с попыткой перенесения деления частного и публичного на все области законодательного регулирования. Возникающие же новые задачи, в том числе перед государством, не позволяют найти решение в подобной парадигме противопоставления. Требуется нахождение баланса между частноправовыми и публично-правовыми средствами воздействия на общественные отношения.

Применительно к рассматриваемому нами вопросу об изменении роли государства в условиях цифровой экономики следует опираться на вывод профессора Е.П. Губина о недопустимости рассмотрения государства как чего-то внешнего по отношению к бизнесу и обществу, и наоборот[150]. Трансформация государства в область платформенного (цифрового) взаимодействия с бизнесом и гражданами происходит параллельно с возрастающим значением общественного контроля, повышением значимости саморегулирования. Негативные последствия цифровизации в части нарушения личных прав граждан, манипулирования потребностями и запросами, выражающимися в заключении сделок в виртуальном пространстве, угрозы новых форм монополизации в сфере экономики требуют разработки дополнительных правовых средств противодействия. Можно привести в качестве близкого примера отношения социального предпринимательства. Решение социально-экономических проблем общества было найдено при помощи использования предпринимательских методов хозяйствования, усиления роли некоммерческих организаций на социально значимых рынках. Возможности государства в рассматриваемой области оказались снижены в сравнении с иными историческими периодами. Многие социальные проблемы в настоящее время решаются обществом самостоятельно, путем внедрения уже апробированных практик социального предпринимательства, заимствования аналогов зарубежных организационно-правовых форм социальных предприятий, формирования профессиональной индустрии в сфере благотворительности[151]. Таким образом, распространение идеи социального предпринимательства позволило активизировать гражданско-правовую активность населения во многих странах мира.

Предпринимательское право позволяет закрепить механизм партнерских взаимоотношений государства с иными экономическими агентами. При этом должна быть реализована в условиях цифровой экономики и основная задача государства по обеспечению свободы экономической деятельности, сбалансированности интересов всех участников, защиты их прав и поддержки слабой стороны[152]. И мы видим первые примеры подобного законодательного реагирования на новые вызовы. В частности, с 1 января 2019 г. Закон о защите прав потребителей распространен на отношения между потребителями и товарными агрегаторами[153]. Значительные изменения ожидаются в части совершенствования антимонопольного законодательства, которое достаточно активно реагирует на изменения структуры рынков в условиях цифровизации[154]. Таким образом, предпринимательское право «“переводит” на подвергаемые регулированию общественные отношения требования объективных экономических закономерностей»[155]. Необходимо учесть, что в течение всего 2018 г. предпринимались неудачные попытки принятия законов о цифровых активах, цифровых правах. Принятие данных нормативных актов необходимо, в том числе, и для установления легальных дефиниций основных понятий, применяемых в сфере цифровой экономики. Однако достижение подобной цели правового регулирования осложняется отсутствием единой научной концепции, определяющей понятие и признаки таких категорий как упоминавшиеся цифровые права, криптовалюта, токены и пр. Определение той или иной технологии или ее отдельного элемента может быть дано лишь при раскрытии правовой природы этого явления, закрепления основных признаков. В российских условиях по многим причинам объективного и субъективного порядка решить данную задачу достаточно сложно. Тем не менее именно законодательство в сфере регулирования предпринимательской деятельности ранее демонстрировало примеры адекватного реагирования на изменившиеся общественные отношения, в том числе при отсутствии единой научной концепции.

Подводя итоги, необходимо отметить, что сегодняшние цели правового регулирования отношений в сфере цифровой экономики самым тесным образом связаны с политикой, теми стратегическими задачами, которые обозначены государством в качестве первоочередных мер сохранения конкурентоспособности страны в мировом пространстве в условиях новой технологической революции. Право и законодательство не могут быть отделены от данных целей, но в состоянии минимизировать возможные просчеты, недостатки принятых решений и их последующей реализации. Как отметил профессор Е.П. Губин:

«Право связано с экономикой не непосредственно, оно определяется экономикой “в конечном счете”. Политика же связана с экономическим базисом значительно теснее. Через политику требования экономического базиса определяют содержание права… При этом право – относительно самостоятельное явление общественной жизни, что позволяет ему влиять на политику, устанавливать границы социально значимой деятельности государства»[156]. Современный уровень развития науки предпринимательского права позволяет решить обозначенные задачи и создать системные условия для формирования необходимой регуляторной среды цифровой экономики.

1. Алексеев С.С., Халфина Р.О. Право как средство социального управления. М.: Наука. 1988. 255 с. // Известия высших учебных заведений. Правоведение. 1989. № 2. С. 104.

2. Вавилин Е.В. Осуществление и защита гражданских прав. М.: Волтерс Клувер, 2009.

3. Гаджиев ГА. Юридическая картина мира: лекция // Юридический вестник Дагестанского государственного университета. 2017. Т. 22. № 2. С. 7–13.

4. Губин Е.П. Государственное регулирование рыночной экономики и предпринимательства: правовые проблемы. М.: Юристъ, 2006.

5. Губин Е.П. Государство и бизнес в условиях правовых реформ // Журнал российского права. 2015. № 1. С. 23–30.

6. Губин Е.П. Право как инструмент решения экономических проблем современной России // Вестник Московского университета. Сер. 11. Право. 2012. № 2.

7. Губин Е.П. Правовое обеспечение свободы экономической деятельности / Право и бизнес: конвергенция частного и публичного права в регулировании предпринимательской деятельности: Сборник статей участников Международной научно-практической конференции, посвященной памяти Заслуженного юриста РФ, д. ю. н., профессора Коршунова Н.М. 5 июня 2015 г. / отв. ред. Ю.С. Харитонова. М., 2015.

8. Серова О.А. Еще раз о государственных корпорациях, или О новых задачах научных исследований // Вестник Пермского университета. Юридические науки. 2013. № 4. С. 325–330.

9. Серова О.А. Правовой статус федерального университета: предпосылки и противоречия реализации концепции «Университет 3.0» / Современные проблемы юридической науки и правоприменительной практики. Сборник научных статей, посвященный 50-летию Юридического института БФУ им. И. Канта. Калининград, 2017. С. 66–74.

148

См.: Серова О.А. Еще раз о государственных корпорациях, или О новых задачах научных исследований // Вестник Пермского университета. Юридические науки. 2013. № 4. С. 325–330.

149

См.: Серова О.А. Правовой статус федерального университета: предпосылки и противоречия реализации концепции «Университет 3.0» / Современные проблемы юридической науки и правоприменительной практики. Сборник научных статей, посвященный 50-летию Юридического института БФУ им. И. Канта. Калининград, 2017. С. 66–74.

150

Губин Е.П. Государство и бизнес в условиях правовых реформ // Журнал российского права. 2015. № 1. С. 23–30.

151

Примером такой деятельности может служить концепция Благотворительного фонда «Друзья», функционирующего в качестве агрегатора знаний, ресурсов и опыта для других благотворительных организаций. Благотворительный фонд «Друзья» создает площадки и механизмы для франчайзинга успешных практик, сотрудничества фондов с бизнесом и государством. URL: http://friendsfoundation.ru/about/missiya-i-zadachi/ (дата обращения 30.10.201 8).

152

Губин Е.П. Правовое обеспечение свободы экономической деятельности / Право и бизнес: конвергенция частного и публичного права в регулировании предпринимательской деятельности: сборник статей участников Международной научно-практической конференции, посвященной памяти Заслуженного юриста РФ, д. ю. н., профессора Коршунова Н.М. 5 июня 2015 г. / отв. ред. Ю.С. Харитонова. М., 2015. С. 23.

153

Закон РФ от 07.02.1992 г. № 2300-1 «О защите прав потребителей» // СЗ РФ. 1996. № 3. Ст. 140.

154

Пузыревский С. Необходимо определить особенности применения антимонопольного законодательства на цифровых рынках. URL: https://fas. gov.ru/news/261 86

155

Губин Е.П. Право как инструмент решения экономических проблем современной России // Вестник Московского университета. Сер. 1 1. Право. 201 2. № 2. С. 3.

156

Губин Е.П. Право как инструмент решения экономических проблем современной России // Вестник Московского университета. Сер. 1 1. Право. 201 2. № 2. С. 4.