Предпринимательское право: современный взгляд

Keywords: law, economy, digital economy, technologies.

Цифровая экономика становится одной из наиболее обсуждаемых проблем в современной науке. Несмотря на принимаемые государством решения о развитии цифровизации, активизации деятельности, которая способствовала бы повышению эффективности регуляторного воздействия в новых условиях, четкой концепции развития права в условиях цифровой экономики пока не создано. Основной проблемой становится определение пути дальнейшего развития права, адекватного отражения в юридических нормах технологических приемов, соотношения новых условий осуществления хозяйственной деятельности с традиционными правовыми конструкциями.

С одной стороны, большинство правоведов убеждено, что «право – метафизический догматический концепт действительности, построенный на понятиях. Юристы живут в мире юридических понятий, но он неизменен уже много веков. Эта жизнестойкость, неизменность, во-первых, заслуживает уважения, а, во-вторых, многое объясняет»[139]. С другой стороны, новая технологическая реальность не позволяет формально «перенести» традиционные правовые институты и понятия к новым отношениям. Как и в годы рыночных преобразований конца XX века, требуется «существенное изменение юридического мышления, в особенности в области правового регулирования экономических отношений»[140]. Кардинальная перестройка традиционных рынков в условиях цифровизации, появление принципиально новых бизнес-моделей, внедрение технологических решений как замены правовых механизмов регулирования (например, автоматизированное разрешение споров на цифровых торговых площадках) свидетельствуют о необходимости изменения, прежде всего, отношения юристов к новым технологиям. В период достаточно жестких споров о природе блокчейна, необходимости запрета криптовалют, юридического закрепления понятий токена, цифровых активов и т. д. все вышеперечисленные элементы цифровой экономики вышли за пределы профессиональной сферы рынка и стали повседневной реальностью для большинства участников экономических отношений, в том числе граждан.

Таким образом, эффективность выбранных механизмов правового регулирования при смене технологического уклада определяет и потребность в изменении юридического мышления, в том числе среди профессиональных юристов. Ведь механизм правового регулирования всегда в большей степени направлен на создание «правовых конструкций (идеальных моделей правового регулирования) с точки зрения удобства законодателя (публичной власти)»[141]. Под механизмом правового регулирования понимаются взятые в единстве и взаимодействии все правовые средства (система юридических средств), с помощью которых осуществляется правовое регулирование. И в течение длительного времени именно юридические, правовые средства определяли способ воздействия государства на общественные отношения. В новых условиях уже технологии становятся конкурентоспособными элементами воздействия на общественные отношения наряду с иными механизмами регулирования. Более того, регуляторная и нормативная среда рассматриваются в качестве «барьера на пути формирования новых институтов цифровой экономики»[142].

Несомненно, что период некоторого «противостояния» технологий и регуляторной среды не может продлиться долго. Отсутствуют какие-либо предпосылки утраты влияния права на общественные отношения. Тем не менее требуется серьезное осмысление роли закона, права в условиях цифровой экономики, выбора эффективных механизмов регулирования, что своим следствием вызывает потребность в пересмотре теоретических представлений о системе права, прежде всего, отраслевого деления. Необходимость подобных изменений продиктована признанием перехода к «принципиально новой траектории развития»[143]. Данная новизна связана с цифровизацией основных отраслей хозяйствования – промышленности, транспорта, сельского хозяйства, активным внедрением новых форм инвестирования, платежных средств и пр., а также переходом к концепции «цифрового государства», новой идеологии функционирования государства как особой инфраструктуры по предоставлению услуг населению и бизнесу. При этом государство не превращается в подобие цифровой платформы, выполняющей лишь технические функции. В настоящее время именно власть является локомотивом всех изменений. Как отмечено в программе «Цифровой Казахстан», «государство выступит в роли катализатора экосистемы, способного генерировать, адаптировать и внедрять в производство инновации»[144]. Государство создает новые рынки, участвует в развитии отношений государственно-частного партнерства по созданию объектов цифровой инфраструктуры, то есть выступает основным драйвером цифровой трансформации отраслей экономики, формируя новые условия хозяйствования. Такое активное участие государства в экономике может вызывать существенные опасения, так как неизбежно влияет на конкурентные отношения. В российских условиях, когда доля государственного участия в экономике традиционно остается высокой, отмечаются низкие темпы приватизации и также традиционно отсутствуют эффективные меры по развитию малого и среднего бизнеса[145], выделенная негативная тенденция только усиливается. С другой стороны, масштабы происходящей цифровой трансформации, их глобальный характер и скорость не позволяют отдельным участникам экономических отношений дать верную оценку последствиям этих изменений в краткосрочной и долгосрочной перспективе, определить факторы возможного роста или, напротив, выявить негативные последствия. Осознавая катастрофичность отставания в цифровизации общественных отношений, государства и экономики, власть действует на опережение, стремясь изменить и общее неприятие технологических изменений перехода к условиям цифровой экономики у населения и значительной части бизнеса.

Отмеченные тенденции развития экономики требуют не только адекватного правового регулирования, но и теоретического осмысления меняющихся условий хозяйствования, взаимоотношений между государством и обществом, государством и бизнесом. На наш взгляд, именно наука предпринимательского права сможет определить основные концептуальные положения, основу правового регулирования цифровой экономики. Предпринимательское право базируется на признании приоритета комплексного, междисциплинарного регулирования общественных отношений[146]. В настоящее время достаточно сильны тенденции по усилению публичных отраслей права, введения ограничений и запретов, многие из которых предопределены существенными опасениями перед нарастающей технологизацией как экономических, так и общественных процессов. Институты гражданского права не обладают необходимыми регуляторными функциями для сохранения основополагающих принципов частного права с одновременным усилением публичных элементов. Существенной особенностью именно предпринимательского законодательства является то, что оно «в принципе не может быть только частным, или только публичным»[147]. Необходимый баланс может быть достигнут при применении тех методов регулирования, которые уже апробированы наукой предпринимательского права. В частности, институт саморегулирования многими рассматривается как единственно возможный (или преимущественный) применительно к технологии распределенных реестров.

139

Гаджиев Г.А. Юридическая картина мира: лекция // Юридический вестник Дагестанского государственного университета. 2017. Т. 22. № 2. С. 7–13.

140

Алексеев С.С., Халфина Р.О. Право как средство социального управления. М.: Наука. 1988. // Известия высших учебных заведений. Правоведение. 1989. № 2. С. 104.

141

Вавилин Е.В. Осуществление и защита гражданских прав. М.: Волтерс Клувер, 2009. С. 67.

142

Программа «Цифровая экономика Российской Федерации», утв. распоряжением Правительства РФ от 28.07.2017 г. № 1632-р. URL: http:// government.ru/docs/28653/

143

Государственная программа «Цифровой Казахстан», утв. постановлением Правительства Республики Казахстан № 827 от 12.1 2.2017. URL: https:// online.zakon.kz/Document/?doc_id=37168057

144

Государственная программа «Цифровой Казахстан», утв. постановлением Правительства Республики Казахстан № 827 от 12.1 2.2017. П. 2.1.

145

Доклад Федеральной антимонопольной службы о состоянии конкуренции в Российской Федерации в 2017 г. Проект (версия от 20.04.2018). С. 15.

146

Следует согласиться с позицией Е.П. Губина, согласно которой «в современных условиях развития общества и права лишь законодательные образования уголовно-правового направления сохраняют предметное единство норм, составляющих соответствующие законодательные акты. Большинство же законодательных образований составляют правовые акты, включающие разнородные нормы, в целом, однако, представляющие неразрывное единство». Применительно к анализируемым изменениям экономических условий данная тенденция будет лишь усиливаться. Губин Е.П. Государственное регулирование рыночной экономики и предпринимательства: правовые проблемы. М.: Юристъ, 2006. С. 1 10.

147

Губин Е.П. Государственное регулирование рыночной экономики и предпринимательства: правовые проблемы. М.: Юристъ, 2006. С. 1 13.