Страница 48 из 62
Командир кавбригады, полковник Эрнст Эрнурт получил четкий приказ: — "Темп, темп, и ещё раз темп. Необходимо поймать дивизию немцев до того, как она развернётся и успеет окопаться. Если не успеем — кровью умоемся. Объяснять, что такое немецкая пехота никому не нужно."
Поначалу все шло более-менее гладко. Выступив на рассвете, бригада уже к полудню заняла поселок Оккельбу — пятнышко на карте, но пересечение нескольких проселочных дорог. Приятная неожиданность, никто не ожидал, что немцы отдадут его вот так легко, без боя. Надолго задерживаться кавалеристы не стали — Эрнурт почти сразу же выслал на юг и юго-запад разведдозоры, а через полчаса, когда подтянулись отставшие было самоходки, приказал, не дожидаясь возвращения разведки, продолжать движение. Вперед, в неизвестность…
Разведка вернулась через два с половиной часа. Они потеряли броневик — 37-миллиметровка из засады, — но зато сумели взять пленного, и не простого солдата, а фельдфебеля-связиста. Бывший "товарищ по оружию" упираться не стал и сообщил последние новости — прямо перед ними разворачивается усиленный танками батальон. "Камрады" организовывают фланговое прикрытие, стремятся выиграть время. Поймать их на марше и намотать на гусеницы не получилось, а за ночь они так в землю зароются, что без корпусного артполка их не выковырнуть. Остаётся одно, атаковать как можно скорей, атаковать всеми силами не взирая на потери. Но есть проблема — до заката чуть больше двух часов. Надо торопиться.
Немецкой пехоте не повезло. Успей они нормальную траншею выкопать, был бы у них шанс "Валентайны" через себя пропустить, а кавалеристов отсечь. А так… правда, четыре танка их ПТО все равно успели подбить. Да три "Гочкиса" от леса что-то вроде подвижной засады организовали, ещё две машины сожгли, пока их самих бронебойными не утыкали. Получается, что заслон удалось раскатать без особых потерь и нужно продолжать движение, а солнце уже за верхушки сосен цепляется. Вперёд! Вперёд! Темп! Темп!
Очередная деревушка, встревоженные крестьяне: — "Нет немцев, нет. Они там, на дороге, их много!" Через четыре километра передовая боевая группа выскочила из реденького леса к полю с проселком и сходу врезалась в автоколонну. Дивизион 105-мм гаубиц на марше, мечта танкиста! Они с другой колонной столкнулись лоб в лоб, дорога по лесу узкая, не очень-то разъедешься, образовался затор — и танки их догнали.
Первые минуты боя не было — был расстрел! Немцы скучились у въезда в лес на противоположной стороне, из четырех десятков машин несколько уже горели, и "Валентайны" разворачиваясь, с ходу посылали в это скопище снаряд за снарядом. Жаль только, что у британской двухфунтовки нет осколочных, но и так получалось неплохо. Каждый шел в цель, промахнуться было невозможно, а еще через триста метров залаяли пулеметы… Зато чуть позже из-за расстреливаемых тягачей вывернулись танки, вот оказывается кто пробку на дороге устроил. Семь машин — три "Сомуа" и четыре "Гочкиса" с дистанции меньше четырёхсот метров. Они видимо шли на помощь тому батальону из флангового прикрытия. Шли, да не дошли. Но трёх финнов успели подбить. Спасли положение четыре Т-26S, шедшие вторым эшелоном. Развернулись в линию и с 700 метров хладнокровно расстреляли "французов".
Бригада поймала кураж. Драгуны верхами объехали по лесу дерущиеся танки и вышли к следующему полю. Ротная колонна, спешным маршем прямо навстречу. Пехоту подпустили на 100 м и врезали из пулеметов и "Суоми", а потом… "Хаккаа пяялля!!!" (Руби сверху) — древний финский клич снова прогремел над Швецией, полк атаковал в конном строю! Да-а, ради этого стоило переплыть море!
Пленных было много, среди них даже артиллерийский оберст и его портфель. А в портфеле карты с самой свежей обстановкой и невероятное…местонахождение дивизионного штаба! Совсем рядом, в восемнадцати километрах. Два часа верхом. Чуть меньше года назад, в августе 1941 на Карельском перешейке, так же сказочно повезло 8-й пехотной дивизии. Её 6-я разведывательная бригада, совершив ночной марш, атаковала штаб советской 123-й дивизии. Тогда удалось перебить почти всех командиров, убит был и комдив, полковник Цуканов. Пленных начали трясти без оглядки на международные конвенции, информация подтвердилась. Преимущество кавалерии перед новомодной мотопехотой в том, что лошадь может идти по лесу даже в темноте. И полковник Эрнст Эрнурт решил рискнуть.
25 апреля 181 пехотная дивизия попала под скоординированный удар Кавалерийской и 15-й моторизованной. Погиб генерал-лейтенант Курт Войташ, ошмётки соединения в полнейшем беспорядке бежали на юг. Танковая дивизия даже в бой вступить не успела, вместо этого понеслась на всех парах к городу Реттвик. 27-го узел дорог был в руках финнов. Пока окружённые корпуса "Содра" и "Вестра" приковывают к себе 9 германских дивизий, у Маннергейма полностью развязаны руки. Предположение германского командования, что появление финских войск в районе Стокгольма маловероятно, блестяще подтвердилось. Танковая и моторизованная дивизии рвались к "балкону", а Кавалерийская, усиленная противотанковым полком, свернула на юг, переправилась через реку Вестер-Далэльвен и оседлала "Панцерштрассе". 29 апреля единственный канал снабжения LXX моторизованного корпуса был перерезан. В этот же день на севере перешёл в наступление корпус Талвела. 1 мая Шведско-Норвежской границы достигла XXI шведская дивизия и "Норвежский корпус", их задача — наступление на Тронхейм. 2 мая Подвижный корпус достиг наконец "балкона" и почти без боя захватил город Трюсиль. В руки финнов попал многочисленный автопарк и тыловые склады. Этим было обрушено снабжение всей армейской группы "А".
Грандиозная операция "Поларфукс" грозила закончиться не менее грандиозной катастрофой.
Во время оккупации Норвегии в 40-м году около 50 000 жителей Королевства оказались в Швеции. Основную массу составляли люди, не желающие смириться с германским владычеством, но были и военнослужащие, большей частью солдаты и офицеры из 6-й дивизии дравшиеся под Нарвиком. В 1941 году правительство Норвегии в изгнании через своего министра юстиции Терье Уолда обратилось к шведам с просьбой разрешить формирование полицейских сил. Эти полицейские должны будут обеспечить аресты предателей в Норвегии после войны. Шведы, из-за политики нейтралитета, посчитали такие действия преждевременными и отказали. Ситуация изменилась после создания Скандинавского оборонительного Союза, теперь военизированные формирования норвежцев стали очень желательны. Тем более, что финансирование брало на себя правительство в изгнании из Лондона и шло через норвежскую дипломатическую миссию в Стокгольме.
3 декабря 1941 Швеция официально разрешила сформировать егерскую бригаду из 8 000 волонтеров и полицейский батальон численностью 1500 человек. Подготовка должна проходить в отдельных лагерях и максимальное количество солдат и офицеров в каждом не должно превышать 1000 военнослужащих, исключая подразделения снабжения и управления. Для стрелковой и тактической подготовки выделили четыре полигона, срок для достижения минимальной боеготовности норвежцев определялся в три месяца. Сначала общее руководство взял на себя военный атташе полковник Оле Берг, а 21 марта 1942 в Петсамо, вместе с английской военной делегацией, прибыл генерал-майор Карл Густав Флейшер — командующий Королевскими Норвежскими войсками под Нарвиком в 40-м году. Он и возглавил так называемый "Норвежский корпус", разделив его на две бригады — 6-ю и 7-ю. Перед нападением Германии "Корпус" был переброшен под Эстерсунд — II.MILO, усилив XXI шведскую дивизию.
В II.MILO, кроме дивизии и "Корпуса" были: четыре оборонительные зоны, отдельный егерский батальон — I20, обслуживающее подразделение Т3 и зенитный полк Lv5. Из этих войск был сформирован корпус "Емтланд" под командованием генерал-майора Генри Тоттела. Шведы и норвежцы вооружены были одинаково — поставленным из Финляндии немецким и чешским оружием, "наследством" интернированных войск. Правда "Корпус" оказался несколько лучше подготовлен, в его рядах было немало ветеранов 40-го года. Генерал-майор Тоттел решил выдвинуть вперёд егерский батальон для наблюдения за противником, а основной бой дать на подготовленных позициях в зоне Fo23. Он ещё не знал, что воевать придётся всего с одной вражеской дивизией.