Страница 12 из 72
— Если что, мой Отец здесь ни при чем, — задумчиво глядя куда-то сквозь стену, ответил падший и положил руки в карманы. Он уже успел смириться с этой информацией и, в принципе, знал, что сделать с девчушкой, если та перестанет слушаться.
— То есть… Если умрешь ты, то умру и я? И наоборот? — суетливо и испуганно поинтересовалась Вирджиния и ещё раз пробежалась глазами по тексту. Она положила исписанный листок на стол, поставила на него локти и зарылась ладонями в собственные распущенные волосы. — И если… О, чёрт, — девушка снова закусила губу, даже не представляя, что ей делать дальше. Она была в растерянности.
— Я всё ещё здесь, не обзывайся, — улыбнулся архангел, но девушка проигнорировала его слова. Наверное, это была его единственная просьба за многие годы. — Я же не называю тебя «рыжей ведьмой». Хотя следовало бы.
— Ты будешь чувствовать всю мою боль, как в тот раз в школе? — Люцифер, не поворачиваясь к ней, еле заметно кивнул. — И я тоже? А… А если с кем-то из нас что-то случиться? Ну, твои соперники, те же ангелы, найдут меня или тебя и начнут пытать? Хотя, ты же их сильнее? Я очень надеюсь на это, — ведьмочка пыталась выглядеть спокойно, но каждая её эмоция была написана на лице: страх, разочарование, обида. Падший щелкнул пальцами, в ту же секунду она вздрогнула и, тяжёло дыша, положила руку на солнечное сплетение. — Что это было?
— Я только что поставил на твои рёбра Енохианские символы. Неприятно. Похвастайся своим не менее тупым подружкам, что татуировку сделала. Но так никто из ангелов не сможет найти тебя, кроме меня, — мужчина с довольной ухмылкой повернулся к шокированной собеседнице.
— И что мне с этим делать? Ты… Ты оставишь меня здесь? — перепугалась она, и её сердце начало биться гораздо быстрее. В её карих глазах читалось недоумение и недоверие.
— Пока, нет. Но у нас с тобой есть один единственный шанс выжить: надо всего лишь стать хорошими друзьями или верными союзниками. К сожалению, на данный момент у меня есть несколько недоброжелателей, которые сразу же захотят воспользоваться моим слабым местом, — он указал на неё пальцем, — чтобы убить меня. Поэтому о твоей колоссальной оплошности должны знать только мы двое. Если же спросят, почему ты вообще знакома со мной, то отвечай, что я просто «у тебя в долгу и так благодарю тебя», — от своих же слов Дьявол удивленно поднял брови.
— Вообще никому? Даже моей семье? Моя мама точно будет против того, что я просто так общаюсь с Королём Ада, — она говорила об этом на полном серьезе, но Люциферу такое беспокойство о семье показалось довольно забавным.
— Твоя семья в любой момент может предать тебя, даже не подав вида, — он недовольно закатил глаза. — Кстати, помнится, ты говорила о своём старшем братце-демоне. Как же его зовут? Я мог бы повысить его, если, конечно, он еще жив.
— Я с ним никогда не виделась, а он обо мне даже и не слышал. Его зовут Кроули, — архангел сдержанно усмехнулся и присвистнул. — Эм… С ним что-то не так?
— Да, милашка. Он был Королём Ада во время моего заточения и довольно плохо справлялся со своими обязанностями. Сейчас твой братец Кроули сидит за решёткой, — эта информация не вызвала у неё особых эмоций, ведь она и в правду никогда его не видела, а Ровена отзывалась о нем не в лучшем свете. — Видимо, это у вас семейное: создавать проблемы в Преисподней. Но, вернёмся к нашему с тобой… делу, — он глубоко вздохнул и выдохнул. — Давай ты просто не будешь организовывать неприятности вокруг себя, а я не буду тебя доставать. Если ты хочешь остаться на свободе, а не как Кроули, то сделай так, чтобы твоей жизни ничего не угрожало. Иначе приду я и разрулю всё так, что тебе совсем не понравится.
— А если я этого не сделаю? — шепотом спросила она, вновь возвращаясь к реальности. Люцифер настойчиво посмотрел на неё.
— Ты проведёшь всю свою никчёмную жизнь в Аду, связанная или же в наручниках, ключ от которых я выкину в Марианскую впадину и построю там песочный замок, — Вирджиния испуганно подняла брови. Находиться рядом с падшим ей хотелось всё меньше и меньше. — Ты будешь сидеть у холодной стенки со слезами на глазах и умолять меня отпустить тебя. Но я не буду с тобой сюсюкаться, — МакЛауд опустила глаза вниз, чтобы не заплакать от переполнявших её эмоций и не показать их Дьяволу. — Со мной шутки плохи, Джини, — падший дотронулся пальцами до её подбородка и аккуратно поднял голову девушки на себя. Он пару секунд молча смотрел ей прямо в глаза. — Да, у меня будет пару минут голова болеть из-за твоих синяков. Но мой болевой порог гораздо выше твоего.
Архангел быстро отпустил её. Вирджиния отвела поникший взгляд и медленно облокотилась на спинку стула. «Умрешь ты — умру и я», — пронеслось в её голове. Она задумчиво смотрела в пол и прекрасно слышала собственное частое сердцебиение в то время, как мужчина подошёл к недопитой бутылке виски и налил себе ещё стаканчик. Он мог быть абсолютно трезвым, даже выпив три или четыре литра залпом. Именно так и становятся алкоголиками, верно? Ведьмочка же поправила волосы и медленно накрутила на палец тонкую прядь. Она оказалась в абсолютно безвыходном положении.
— Я надеюсь, что ты осознаёшь все последствия своих действий, — поворачиваясь к ней, чуть настойчивее, но спокойнее добавил Дьявол. — Я повторюсь: если у меня совсем кончится терпение и время, чтобы следить за тобой, то тебе придётся остаться здесь на долгие-долгие годы. Просто не впутывайся в передряги с ангелами и охотниками, Джини.
— Т-ты говоришь: мне нужно опасаться милых ангелочков на Небесах и подпускать к себе демонов? — убирая первую слезу с румяной щеки, спросила ведьмочка. — А это проклятие можно снять или как-нибудь исправить? — чуть тише уточнила она, поднимая глаза с безнадёжным взглядом на Люцифера. — Теперь… я буду в опасности? Постоянно? — Вирджиния просто не могла смириться с тем, что сама натворила с собственной жизнью.
— Да, но я планирую избавиться от всех противников уже в этом месяце. Просто есть два с половиной придурка, которые не могут терпеть меня. И с чего бы у Винчестеров с их собачкой такая ненависть ко мне? — усмехнулся он и отпил побольше уже самого любимого напитка. Ему было всё равно на слёзы несносной девушки. Ему было всё равно на неё. — Ну, да, я же хотел устроить Апокалипсис… Как иронично, — старшеклассница улыбнулась уголками губ и тем самым слегка подняла себе настроение. Падший посмотрел на неё краем глаза. — В общем, просто не подставляй меня и будешь жить припеваючи в роскошной вилле на собственном острове в океане.
— Но…
— Никаких «но», — строго и громко перебил её Король Ада. Она заметно вздрогнула от его настойчивого голоса. — Ты теперь ни в праве распоряжаться своей жизнью, — мужчина щелкнул пальцами, и Вирджиния оказалась у себя дома, сидя на заправленной мягкой кровати.
Вокруг всё также стояли разнообразные книги, лежали подушки и тёплые пледы. В приоткрытом шкафу всё ещё висело множество свитеров, кофт и юбок. На стенах висели квадратные фотографии из полароида, на которых Джини запечатлела красоту знаменитого моста в Сан-Франциско и неповторимой природы Америки. Справочники по её любимой Испании тоже остались стоять на полках. Казалось, всё как обычно. Совершенно ничего нового. Девушка закрыла рот ладонью, стараясь не расплакаться в ту же секунду. Её убивало осознание того, что теперь её жизнь напрямую связана с самым настоящим Дьяволом, который будет присматривать за ней лично.
Но тут же послышался настойчивый повторяющийся звонок в дверь. Она поправила волосы и беспокойно побежала ко входу мимо гостиной в бежевых и коричневых тонах и такой же кухни. По пути ведьмочка успела несколько раз шмыгнуть носом и вытереть соленые слезы с розоватых и слегка пухленьких щек. Девушка суетливо открыла дверь, всё ещё думая о Люцифере, а на пороге стояла её мама. Ровена выглядела довольно уставшей, что было и не удивительно.
У Джини не находилось слов, чтобы описать свои чувства. Слишком много всего надо было объяснять. На заплаканных глазах молчаливой дочери снова начали появляться слезы. Заметив это, ведьма сначала непонимающе нахмурила брови, а потом прямо с порога обняла её и крепко прижала к себе, поглаживая по волнистым волосам. Девушка уткнулась лицом в её плечо и закрыла глаза, позволяя сильным эмоциям проявить себя.