Заблудшая душа

Не смотреть было можно, не слушать — нельзя. Кира плакала от жалости к Мине и от осознания собственной беспомощности. Она не могла оставаться равнодушной к стонам вперемешку с всхлипами, издаваемым Миной. Кира отчаянно молилась, чтобы с Миной в итоге всё было хорошо, чтобы её брат-садист не исполнил угрозу убить её, а Мина смогла потом реабилитироваться и жить нормальной жизнью.

В конце концов Ронина начала раздражать непоколебимость младшей сестры, и он отпустил её. Он был разочарован — он надеялся, Мина будет кричать, визжать, умолять о помощи, отбиваться, молить о пощаде. А она практически молча переносила все его насильственные действия, даже толком не сопротивлялась. Каждая мышца её стройного тела была напряжена, что не очень нравилось Ронину и из-за чего ему было некомфортно.

Резко выйдя из тела Мины, Ронин слегка толкнул её, и девушка уткнулась носом в матрас. Кинув ей её вещи, Ронин сам оделся и сказал:

— Надеюсь, ты уяснила урок, Мина.

Медленно перевернувшись, девушка лежала и пыталась отдышаться. Она не могла поверить, что кошмар закончился. Вспомнив, что она всё ещё обнажена, Мина стыдливо прикрылась руками, чем вызвала усмешку Ронина. Он стоял прямо перед ней, сложив руки на груди.

— Одевайся, — приказал он, и Мина машинально подчинилась. Ей не хотелось подвергать свой организм повторной пытке. Соединив трубки, прикреплённые к сосуду, с руками сестры и снова заковав её ноги в наручники, Ронин с удовлетворением посмотрел на красные отметины на руках и лице Мины, оставшиеся от сильных щипков его жёсткими пальцами, и снова взял её за подбородок. В глазах Мины плескались страх, боль и холодная ярость, а припухшие губы сердито сжались.

— Теперь ты поняла? — ядовито спросил Ронин, и Мина кивнула, соглашаясь непонятно с чем. Парень резко отпустил её подбородок и пошёл к выходу. Как только дверь за ним захлопнулась и заперлась, тишину прорезали всхлипывания. Хагаюки и Кира устремили взгляды на Мину — та опёрлась спиной о стену и плакала.

— Мина, — с сочувствием прошептала Кира. — Какой же твой брат…

— Подонок, — сквозь слёзы выдавила Мина. — Знаю.

========== Глава 9 - Спасательная операция начинается ==========

Мина плакала и никак не могла остановиться. Ронин унизил её и воспользовался ею, и теперь она чувствовала себя грязной, ужасно хотелось сходить в душ и вымыться. Нет, не просто вымыться — содрать с себя кожу, чтобы не видеть этих жутких красных отметин и следов от рук Ронина, чтобы максимально очиститься от ощущения его мерзких ладоней на своём теле.

Хагаюки была совсем слаба, но тем не менее произнесла:

— Мина, мне так жаль, что твой брат так с тобой поступил. И мне очень жаль, что я ничем не смогла тебе помочь.

— Мина, — добавила Кира, сумев-таки дотянуться рукой до плеча Мины и погладить его, — Мина, дорогая, ты не виновата. Слышишь? Твоей вины здесь нет. Это Ронин-сан — больной ублюдок, а не ты… не ты шлюха, как он говорил. — Сказав это, Кира смущённо потупила глаза. Но Мина не обратила на это внимания — слёзы лились из её глаз, девушка сотрясалась в рыданиях и старалась быть как можно тише. Она не хотела показывать Ронину свой страх, у неё это получилось. Но сейчас она боялась, как бы он снова не пришёл.

Мина продолжала рыдать, и Кира испугалась: а вдруг она сама не сможет успокоиться? Вдруг это истерика? Что тогда делать? Ронин может в любой момент прийти сюда и, увидев, в каком состоянии его сестра, изнасиловать её снова.

Мина же боялась, как бы Ронин не переключился на Киру и Хагаюки. Он вполне мог рассуждать таким образом: раз не удалось сломить Мину путём изнасилования её самой, значит, это удастся сделать, изнасиловав других пленниц.

Немного оклемавшись, Мина осторожно согнула руку, чтобы иглы не причиняли боль, и дотянулась до ладони Киры, всё ещё лежавшей на её плече.

— Кира, — заговорила она, задыхаясь от душивших её слёз, — спасибо. Спасибо тебе за поддержку. Мне стоило больших усилий не расплакаться сразу, как он начал акт надругательства надо мной.

— Но зачем, Мина? — слабеющим голосом осведомилась Хагаюки. — Зачем ты это делала?

Мина взглянула на неё и ужаснулась: Юки выглядела совсем бледной и немощной. Сосуд, соединённый с ней, был уже на девяносто процентов полон.

— Хагаюки! — воскликнула Мина, забыв о своём потрясении. — Хагаюки, тебе плохо?

Девушка помотала головой:

— Мне… Я не очень себя чувствую, но…

— Никаких «но», — сурово прервала её Мина. — Я вижу, что тебе совсем плохо. Так, — сказала Мина, критически осмотрев торчащие из предплечий трубки, — я не намерена больше сидеть и ждать, пока моя молодость пойдёт в еду этих треклятых супругов Фу и, что ещё хуже, моего брата. — Девушка принялась осторожно вытаскивать иглы и катетеры, чем вызвала испуганные ахи Киры и Хагаюки. Шикнув на них, она проделала всё очень осторожно, после чего сняла с себя майку и, разорвав её на две части, обмотала каждое предплечье, чтобы остановить кровь — её было немного, но позволять ей течь дальше было нельзя. Кира покраснела — Мина осталась в одном спортивном бюстгальтере и брюках. А что, если сюда опять зайдёт Ронин? Ну, или Джеминг.

— Не смущайся, Кира, — произнесла Мина, закатив глаза, — не поношенный же лифчик. Наоборот, очень даже красивый. Купленный за пятьдесят австралийских долларов на распродаже.

Освободив Хагаюки и Киру, Мина уложила наиболее слабую приятельницу так, чтобы ей было удобно и ничего не затекало. Заметив в дальнем углу свои ботинки, девушка метнулась к ним и достала из каждого по маленькому ножику. Каким-то чудом злоумышленники не нашли их, когда снимали с неё обувь, которой она пнула кого-то из мужчин в то самое место. Кажется, это был Джеминг. Мина злорадно ухмыльнулась при мысли об этом. Спасибо отцу, который научил её прятать холодное оружие так, чтобы его никто не находил.

В мыслях об отце Мина загрустила. Ей так хотелось, чтобы он сейчас вошёл сюда, они бы крепко обнялись, он бы ласково потрепал её по затылку и провёл ладонью по её всё ещё влажным щекам. А потом он бы укокошил Ронина. А она, Мина, помогла бы ему в этом.

— Мина-чан, откуда у тебя это? — изумлённо спросила Кира. Взяв в каждую руку по ножу, Мина встала в боевую стойку и скрестила их.

— Папа научил прятать, — с неожиданной для воинственного вида теплотой ответила она.

Послышался звук открываемой двери, затем раздался грохот, свидетельствовавший о её захлопывании, и по лестнице вниз примчался Ронин. Судя по его безумному взгляду, что-то случилось.

— Мина?! — остолбенел он. — Как ты освободилась?

— Кира, назад! — крикнула Мина и нацелила ножи на брата. — Привет, Ронин. Ну как, как… Взяла и освободилась. Вынуть иголочку — это не изнасиловать человека.

Ронин взбесился. Он её унижал, издевался над ней, фактически пытал, а она мало того, что не погибла от внутренних травм и сильного стресса, так ещё и сумела освободиться из трубок и не потерять оптимистичный настрой. Он кинулся было к ней, но Мина ловко всадила один из ножей ему в живот. «Несмертельное ранение, а жаль», — невесело констатировала Мина, вытаскивая нож из плоти брата и отскакивая подальше. Ронин захрипел и потянулся было за своим оружием, но Мине удалось ускользнуть.

— Ну что, Ронин? — с насмешкой спросила она, не обращая внимания на боль в нижней части тела. — Ты уверен, что иметь в отчимах Тао Рена так плохо? Смотри, чему он меня научил.

— Хорошие девочки, — дрожащим голосом заговорил Ронин, — не ножами машут, а дома сидят.

— Ну да, ну да, кушают кашу, слушаются мамашу*, — в тон ему закончила Мина. — Хорошие девочки должны беречь себя от мудаков, а не потакать им. Даже если эти мудаки — их братья.

Ронин зашипел, как змея, и похромал было к Мине и прячущейся за ней Кире, как сверху раздался властный голос:

— Не подходи к ним!

Все, как один, подняли голову в сторону лестницы. Через несколько секунд перед ними стояла Асакура Ханна, целящаяся пистолетом прямо в Ронина, а за ней Тао Рен, Асакура Йо, его сын Хана, Рио и Трей.