Химеры

— «Тогда надо найти улики!»

— «Аня! Какие? Схематичную карту наступления на Сенат?»

— «Да хотя бы ее!»

Мы обе замолкаем, так как понимаем — нужно искать доказательства. Только какие? И у кого?

— Ты готова?

— Да.

— Тогда пошли.

Выйдя в коридор, наталкиваемся на Субботину.

— О! Нина? Ты чего здесь?

— Меня Марго прислала проводить вас до дома. А сама ушла.

— Понятно… Тогда пошли?

Нина кивает, а мы с Варей переглядываемся: с каких пор нам нужны сопровождающие?

Идем молча. На улице темнеет рано. И холодно. Промозгло. Я старательно кутаюсь в куртку, ругаясь на саму себя за то, что так прохладно оделась, забывшись, что уже ноябрь на дворе. Пар в темноте улиц вылетает белым облаком изо рта, клубясь, будто от сигареты. Желтый тоскливый свет фонарей ложится под ноги. Где-то бездомные собаки пробегают, лая друг на друга. Три ведьмы спешат домой, чтобы побыстрее укрыться в тепло. Субботина шлепает рядом, одетая в неизменную кожаную куртку, добавилась только черная шапка и синий с большим воротником вязаный свитер. Нина выглядит забавно. Даже мило. Варвара в сапогах с высоким каблуком идет так уверено, будто под ее ногами ровная прямая дорога, а не асфальт с кучей выщерблин и ям, да и мороз сковал лужи, превратив их в опасную скользкую корочку.

Я топаю в кроссовках, кутаясь в кожаную куртку, под которой простая тонкая футболка. Дико холодно. Уши мерзнут и пальцы. И если руки могу засунуть в рукава, то ушам грозит отит. Права, Варя, я глупость, что ж об погоде не подумала, когда шла через портал сюда. В Редондо Бич нет русских морозов.

Внезапно Субботина резко останавливается, что я из-за своих раздумий не успеваю среагировать и неуклюже налетаю на нее — в темноте улицы стоит длинная худощавая фигура, которая внезапно оживает и направляется к нам. Мы замираем и напрягаемся.

— Это еще кто такой? — Бормочет Варя, и я вижу, как среди пальцев начинает образовываться вязь заклинания. Незнакомец идет неспешно, уверенно. Ясно, что он нас ждал тут посреди темноты улицы на холоде ноябрьского мороза.

— Похоже, Архивариус… — Бормочу я, сделав вывод по одежде и походке мужчины.

— Нет. Еще не Архивариус. — Субботина выдыхает резко, даже с облегчением, отделяется от нашей компании и идет навстречу. Мы с Варькой в недоумении переглядываемся, пока незнакомец не выходит на свет; и у меня челюсть отвисает в изумлении: Валльде. Ной выглядит потрясающе в сером длинном пальто с красным шарфом на шее. От него веет аристократизмом и шиком, будто прибыл с другой параллельной вселенной. Субботина выглядит рядом с ним, как уличный подросток. Он останавливается в паре шагов от нас рядом с Ниной. Кивком головы здоровается; я, как идиотка, расплываюсь в улыбке только от счастья, что кого-то вижу из любимого мной Саббата.

— Привет. Вот, пропуск в библиотеку Сената. Я достал его для тебя. — Ной протягивает, стоящей столбом Субботиной какую-то карточку.

— Спасибо. Это могла бы передать твоя ученица.

— Я подумал, самому тебе отдать в руки.

Нина неуверенно берет карточку и быстро прячет в карман. Мне кажется или она покраснела? Черт! Из-за темноты на улице ничего толком не увидеть. Мы стоим и молчим: Ной таращится на Нину, Нина разглядывает свои ботинки, я не спускаю глаз с этих двоих, Варя, будто это нее дело, смотрит на небо — наверное, пытается рассмотреть звезды.

— Как у тебя дела, Анна? — Ной первым прерывает наше неловкое молчание, обращаясь ко мне.

— Нормально.

— Слышал, что ты определилась со знаком. Поздравляю.

— Спасибо.

И снова молчим. Ной явно не хочет уходить, Нина смотрит на него, будто ждет приказа, Варя нервно накручивает локон на палец, я от холода жмусь к Варе.

— Меня тут попросили проводить…

Ной кивает, будто понял ее. И Нина неуверенно начинает идти вперед. Мы с Варей переглядываемся и продолжаем путь домой теперь еще и в сопровождении Инквизитора. Когда мы дошли до нашего подъезда, Нина оборачивается к Ною и докладывает, что она доведет нас до двери. Ее тон странный, будто рапортуется, но слышится что-то живое сквозь эту толщу льда отчужденности. Да и Ной не выглядит до конца напарником по делам Сената. Глядя на этих двух, в моей голове проносится: «Влюблены. Как пить дать!». И для меня это так странно! Нет вздохов, косых взглядов, заиканий, или как у меня было с Виктором, что я краснела, как помидор, стоило ему взглянуть на меня и улыбнуться, а с Рэем — у меня все валилось из рук, и я его боялась, как ненормальная. Всё просто. Стоит Ной, будто сошедший с разворота журнала, одетый с иголочки, как представитель аристократии, а напротив — ниже его ростом Нина, несуразная в большой куртке с вязаным свитером, длинными худыми ногами с постоянным хмурым лицом и недоверчивым взглядом: такие разные, но именно сейчас ловлю себя на мысли, что они похожи не только сдержанностью характеров.

— Я тебя подожду. — Ной, почти как гвардеец, стоит возле двери. Смотрится странно: зеленая обшарпанная стена с наклеенными объявлениями и надписями на ней, а рядом красавец Валльде. Нина кивает, и мы входим в подъезд.

— Субботина, хочешь совет дам? — Варя внезапно обращается к Нине, как только дверь подъезда закрывается за нами. — Инквизиторы из Саббата очень опасны для Химер. Особенно для сердец. Хочешь остаться с холодным рассудком — лучше с ними не общаться.

Нина вспыхивает, в ее глазах проносится злость, что Варя ее раскусила. Я незаметно толкаю сестру под ребро локтем, чтобы держала свой язык при себе.

Мы медленно поднимаемся к себе на этаж, каждая в своих мыслях о своем Инквизиторе, пока лампочка между этажами не гаснет, и сверху к нам не выходят двое парней.

— А вот и она! А мы тебя заждались, Субботина.

— Нина, ты их знаешь? Что происходит?

Но меня тут же перебивает Варя:

— Пацаны, вы в курсе с кем разговариваете?

— Не вякай, мы не с тобой пришли говорить.

До меня тут же доходит, что парни не в курсе, кто перед ними. Если озвучить нашу фамилию, может быть, это возымеет эффект? Или не стоит? Возможно, они из низших Химер, поэтому не слышали и, наверное, слабые, как колдуны.

— Что вам надо? — Я спрашиваю, а сама вижу, как Нина напрягается и отступает от них. Варя незаметно плетет заряд — это понятно по тому, что ее рука заведена за спину.

— Нам нужно? Мы хотим поговорить с Ниной, девочки. — Пока говорит главарь, я вижу, как его приятель опасно приближается к нам и встает рядом. Из-за темноты не разглядеть лиц, только голоса и их широкие силуэты. — Нина, ты знаешь, что своих подставлять нехорошо?

— Иванов, я не подставляла твоего брата. Я выполняла приказ Сената.

Голос Субботиной уверенный, хриплый и четкий. Можно подумать, ей не страшно!

— Конечно, ты же у нас хорошая девочка, выполняешь любую просьбу Сената. Говорят, что ты вообще с Инквизиторами на короткой ноге. Чуть ли не стелешься под них…

— Ты вообще врубаешься, что ты несешь и кому? — Варя не выдерживает и взрывается на парня.

— Кому? Знаю. Нина Субботина — главная Сенатская подстилка. Ее же все Химеры ненавидят за то, что выдавливает признания из своих же. Нина, ты в курсе, где свои, а где чужие? Из-за тебя, сучки этакой, столько наших на костре сгорело.

— Раз сгорели, значит было за что! — Варя продолжает защищать Нину. А та продолжает молчать.

— Может, и было, но Сенату знать это не обязательно! Из-за этой твари моего брата теперь сожгут. А все из-за того, что эта шваль не могла придержать свой дар!

Ситуация накалилась. Парень орал, а второй двинулся на нас, занося руку для удара.

— Inter! — Я заорала изо всех сил, посылая заклинание, чтобы их разбросать в разные стороны. Но меня сбивает с ног заряд приятеля главаря, из-за которого кубарем скатываюсь по лестнице, болезненно пересчитав ребрами все ступени. Боль резко скручивает меня, что поначалу даже вдохнуть невозможно. Вверху на пролете начинается настоящая потасовка. Сестра ударяет одного заклинанием пут, а второй кидается на Нину. Всё было очень быстро. Щелчок перочинного ножа и вскрик Нины. Через этаж звучит хлопок двери и слышен голос Кевина. Вспышка. И вот уже главарь летит, сбитый зарядом Ганна, прямо на меня. Я еле успеваю увернуться, следует громкий удар тела о ступени.