Страница 9 из 14
— Пройдемте, пожалуйста, — невозмутимо продолжил подошедший к нему офицер с погонами капитана.
Через несколько минут Анатолий Борисович Чумайс сидел за столом напротив вышеуказанного капитана, упираясь взглядом в стену за пограничником. Тот, впрочем, этим совсем не смущался — спокойно перебирал многочисленные бумаги, разыскивая ту, что требовалась для предстоящего разговора.
По телевизору, располагавшемуся в соседней комнате, передавали новости. Молоденькая дикторша, захлебываясь от восторга, вещала: «…По сообщениям Китайского национального космического управления вторая лунная пилотируемая экспедиция «Линту-8» должна завершиться к 18 октября. Тейконавты Чай Сунвынь и Ху Лингань полностью выполнили программу исследований и вернулись на основной модуль космического корабля. По словам покорителей Луны, им, к большому сожалению, так и не удалось обнаружить на поверхности Моря Спокойствия следы пребывания ранних американских экспедиций. Возможно, это сделает кто-то другой…».
Капитан оторвался от бумаг спустя полминуты:
— Господин Чумайс, вам предъявлено обвинение по статье … УК …. пункт … В соответствии с постановлением… от … при попытке пересечения границы … обвинение должно быть предъявлено немедленно любым офицером Пограничной службы. Лицо, которому предъявлено обвинение, задерживается и препровождается в ближайший ведомственный изолятор, а офицер, предъявивший обвинение, имеет право совершать первичные следственные действия… Вам все понятно? Тогда распишитесь здесь и здесь.
— Ничего мне не понятно, — грубо ответил новоиспеченный подследственный. — Какое еще обвинение? Не хочется вам, видимо, выпускать из своих лап приличного человека. Кичитесь своей приверженностью закону? Тогда какого черта мне предъявляют эту статью? Откуда у меня задолженность перед государством на миллиарды? Вы что, капитан, совсем рехнулись?
Капитан окинул взглядом бывшего олигарха.
— Хорошо. Я поясню суть обвинений. Три года назад в суд поступило исковое заявление от некого Бойко Василия Ивановича. Мне почему-то кажется, что вы прекрасно знаете, кто он такой. Заявление, конечно, сразу не приняли, и дело долго ходило по инстанциям, а потом лежало в архивах суда. И все бы для вас ничего, господин Чумайс, но вот незадача. Этой весной Бойко передал все исковые права правительству Евразийского Союза, и теперь, сами понимаете, уклонение от исполнения финансовых обязательств по долгам государству — это самое легкое, что вам инкриминируют…
Офицер продолжал говорить, но Чумайс его уже не слушал. «Черт, ведь все было на мази. Три условия. Фантастические, абсолютно невыполнимые условия. И вот нате вам. Скоты, уроды. Да и хрен бы с ними, с условиями. Ну кто бы почесался об этом иске одного индивида к другому? Так нет же, этот Бойко оказался сущим болваном. Ну, поехал бы спокойненько в Лондон, договорились бы мы с ним по-свойски. Ну, дал бы я ему отступного, и жил бы он себе в свое удовольствие в приличной стране. А он, дурак, все государству отдал. Ну дебил же, дебил, хам, быдлятина…»
Анатолий Борисович Чумайс совершенно искренне не понимал, как, как он мог так проколоться. А капитан тем временем закончил с пояснениями задержанному и вызвал двух понятых…
… «Отец русской приватизации», бывший глава РАО ЭЭС, бывший советник Президента, бывший руководитель «Росмикро», бывший …, бывший …, бывший… А что в настоящем?
Господин Чумайс вздрогнул от прикосновения защелкнувшихся на запястьях наручников. И словно гром среди ясного неба прозвучали для него такие простые и понятные всем слова:
— Именем Союза Свободных Советских Республик…
Закончив рассказ, Шурик откинулся на спинку стула и воззрился на меня в ожидании. После непродолжительного молчания я вынес вердикт:
— Хороший эпилог. Правильный.
— Я тоже так думаю, — обрадовался Синицын, хлопнув рукой по столу. — Рано или поздно все получают по заслугам.
— Хотелось бы верить, — протянул я. — Вот только извини, Шур, это фантастика.
— Ну, фантастика, не фантастика, но очень хочется, чтоб все так и было. По крайней мере, я очень на это надеюсь.
— Аналогично, Шура…
В тот же вечер я перенес все услышанное на бумагу, а потом, прочитав получившийся рассказ, задумался. «Нет, не так все было, не так… А как?… Блин, да ведь есть же тот, кто расскажет, как все было на самом деле. Из первых, так сказать, рук…»
…Василия Бойко я «отловил» на следующий день возле склада, где он с хмурым видом пересчитывал стройматериалы, занося результаты в потертый блокнот.
— Здрасьте, Андрей Николаевич, — поприветствовал меня бригадир. — С наступающим вас.
— И тебя, Вась, взаимно. Пойдем в прорабку, разговор есть.
— Пойдемте, — вздохнул Василий, видимо, опасаясь нагоняя за неведомые проступки.
— Да ты не волнуйся, это не насчет стройки.
— А, ну тогда ладно, — повеселел бригадир и спрятал блокнот в сумку. — Это мы завсегда готовы…
В штабном вагончике было пусто. Руслан бегал по этажам, рабочие ушли на обед, и предстоящему разговору никто не мог помешать.
— Гляди, Вась, — выложив на стол стопку листов, я с любопытством посмотрел на Бойко.
Василий Иванович протер ветошью руки и, пододвинув к себе бумаги, углубился в чтение. Двадцать минут в бытовке стояла тишина, нарушаемая лишь шелестом переворачиваемых страниц. Полностью ознакомившись с текстом, Василий поднял глаза и усмехнулся вполголоса:
— Да уж. Интересно. И ведь почти правда, едренть.
— А что не так?
— Ну, как вам сказать, Андрей Николаевич? В первой части все так и было, врать не буду. А во второй… хм, во второй все было не совсем так. Точнее, совсем не так.
— Расскажешь?
— Отчего же не рассказать? Расскажу…
3. Рыжий кот (почти детективная история, рассказанная Василием Бойко)
Николай Серафимович Барабаш смотрел на полученный от Бойко увесистый бумажный пакет и размышлял.
«Странный он какой-то, Василий. Сначала статуэтку фарфоровую прислал — красивая, зараза. Теперь вот план хитрый придумал, как мне охмурить какого-то дятла. Неужели и вправду думает, что мне это надо? Искать непонятного Чумайса, бумажки ему отдавать. Да даже если и станет пацан большой шишкой, так что с того? На кой хрен мне к нему прислоняться? Проживу как-нибудь, не пропаду. А вот Ваське точно нужно помочь … Бляха-муха! Сделаю-ка я из него миллионера, или, как там у них? Во, олигарха! А чо? Заслужил. Мужик он что надо, правильный мужик, работящий, честный, не жлоб какой. Найду, блин, этого чумайса-чмумайса, всучу ему хрень в конверте да раскручу на обещание. Пусть Иванычу поможет… лет через тридцать. Бумагу какую подпишет и всё — никуда не денется. Как бы только найти его, гражданина этого, и объяснить всё толково и грамотно?.. Ага. Дядя Женя! Вот с кем надо бы посоветоваться — точняк, не откажет. Тем более фарфор он коллекционирует — тут Васькина безделушка старинная и пригодится».
С этими мыслями сантехник весело подбросил в руке толстый конверт, ухмыльнулся и, достав из сумки подаренную приятелем статуэтку, направился прямиком в кабинет Евгения Захаровича Винарского, инженера по технике безопасности …
— Дядь Жень, к вам можно? — поинтересовался Николай, просунув голову в приоткрытую дверь.
— А, Коленька. Заходи, заходи, дорогой, — Евгений Захарович отложил газету и, сняв с носа очки, приветливо улыбнулся вошедшему. — Как сам? Как батя? Не скучает по родному заводу? Да ты заходи, присаживайся. Не маячь как три тополя на Плющихе.
— А чего батя? Здоров как бык. Пятый год на пенсии, а руку мне вбок выворачивает пять из пяти.
— Да-а, Макарыч — он такой… — мечтательно протянул дядя Женя и, прикрыв глаза, с грустью продолжил. — А меня ведь, Коля, в этом году тоже того… на пенсию отправляют. Летит время, летит…