Тени прошлого

— Тина, что ты сделала с нашим холодным и чёрствым преподавателем Зельеварения?! — к нам подбежали изумлённые близнецы Фред и Джордж Уизли, а затем почти сразу же подошли и Гарри с Роном, Джинни и Луна с Гермионой. — Он уже минут как пять неподвижно стоит в холле перед входом в Большой зал…

Услышав это, я только громче рассмеялась, а все с крайней степенью изумления посмотрели на меня.

— О, боги! Да ничего я не сделала! — всё ещё не переставая смеяться, ответила я присутствующим. — Просто пожелала ему доброго утра. И вам, кстати, всем тоже желаю того же!

— Тина, ты ведёшь себя крайне странно! — Фред загадочно улыбнулся мне и заговорщическим тоном продолжил уже шёпотом: — С тех пор, как профессор Снейп вынес тебя на руках из своего подземелья, ты сама на себя стала непохожа…

— Я, кстати, вообще не помню, чтобы он когда-нибудь так себя вёл… — сразу же продолжил говорить за братом Джордж.

— И носил кого-то на руках из студенток… — Фред, наконец-то, закончил предложение.

В этот момент я поняла, что это действительно выглядит немного подозрительно, так что решила перевести всё в шутку. А как всем известно, хочешь, чтобы люди тебе не поверили — скажи им правду.

— Знаешь, Фред, а мне так понравилось, как он нёс меня в больничное крыло! — мечтательно протянула я, а затем картинно вздохнула для пущего эффекта. — Не такой уж он мрачный и нелюдимый, если к нему хорошенько присмотреться… а его руки… такие сильные… такие…

В этот момент я сделала небольшой глоток тыквенного сока и уже хотела продолжить играть роль влюблённой школьницы, но внезапно заметила, что все ошеломлённо смотрят в точку, находившуюся прямо за моей спиной и чуть выше головы. Я замолчала на секунду, и за моей спиной раздался полный ледяного спокойствия до боли знакомый голос:

— Мисс Велль, я совсем забыл сообщить, что профессор Амбридж просила меня передать вам, чтобы вы зашли к ней в кабинет сразу после завтрака.

От осознания того, кому именно принадлежал этот голос, и что этот человек прекрасно слышал мою последнюю фразу, я поперхнулась соком и следующие две минуты судорожно пыталась откашляться, а из моих глаз даже потекли слёзы.

— С вами всё в порядке, мисс Велль? — всё так же невозмутимо поинтересовался профессор Снейп, и я осиплым голосом едва-едва смогла выдавить из себя:

— Да, сэр.

— Превосходно, — ледяным тоном произнёс он на прощание и направился к преподавательскому столу.

Как только профессор отошёл на достаточное расстояние от нас, все вокруг меня разразились безудержным смехом, а я, вся покрасневшая от стыда, опустила голову на стол и не смогла произнести ни одного слова. Лишь через несколько минут, когда смех немного затих, я, всё ещё с красной физиономией, едва слышно простонала:

— Я больше никогда не спущусь в подземелье… — и вокруг меня раздалась вторая волна смеха, ещё громче первой.

Но несмотря на то что я так опозорилась перед сокурсниками, теперь никто и подумать не мог, что мои слова могут быть правдой. И я даже готова была терпеть ради этого насмешки, которые ещё долго преследовали меня, так как об этом курьёзном случае напечатали чуть ли не в Ежедневном Пророке.

В то утро моё прекрасное настроение не смогла испортить даже Долорес Амбридж, пожелавшая после завтрака видеть меня у себя в обители гламура и розовых оттенков. Как оказалось, она была очень недовольна моей выходкой на прошлой неделе и была недовольна вдвойне, что я после неё не понесла никакого наказания, и ей даже пришлось пригласить одновременно к себе в кабинет профессора Флитвика, чтобы окончательно убедиться, что мой декан не собирается назначать мне штрафные санкции.

В общем, можно сказать, что после посещения её кабинета моё счастье достигло абсолютного предела. По крайней мере, мне так казалось, пока я не получила на Заклинаниях, которые начались после посещения кабинета Амбридж, маленькую записку, которая незаметно прошмыгнула среди парт и опустилась на краешек моего стола.

Второй этаж, кабинет 201, сразу после занятия.

С.С.

Я улыбнулась и немного озадачилась, зачем Северусу понадобилось видеть меня среди бела дня, но решила всё же сходить на место встречи и узнать всё из первых уст. Сразу же после занятия я бегом направилась на второй этаж и, проходя очередной поворот, вдруг ощутила, что кто-то резко схватил меня за руку и увлёк в потайной лаз.

— Северус! — я сразу узнала ставшие такими родными мне руки и крепко обняла мужчину, который стоял передо мной в почти что кромешной тьме небольшого потайного хода, спрятанного за одним из гобеленов.

— Тина, что это было с утра?! — удивлённо посмотрев на меня, спросил профессор, а я только крепче прижалась к нему и страстно поцеловала. Когда я немного отстранилась от него, он шёпотом добавил: — Неужели тебе не хватило сегодняшней ночи?

— Нет, не хватило, — со смехом ответила я, и Снейпу пришлось снова поцеловать меня, чтобы никто нас не услышал.

— Тина, ты пьяна? — с недоверием посмотрел мне в глаза Северус, пытаясь определить степень моей трезвости, но я широко улыбнулась ему и прошептала:

— Да, — я снова поцеловала мужчину в чёрном строгом пиджаке, а потом тихо проговорила над самым его ухом: — Я пьяна твоей любовью. Она ударила мне в голову даже сильнее огневиски. Я счастлива, Северус. Абсолютно. Бесконечно. Полностью.

— Я тоже, Тина… я тоже… — на мгновение забывшись, профессор стал неистово покрывать моё лицо поцелуями, а затем, опомнившись, молящим тоном попросил меня: — Тина, пожалуйста, возьми себя в руки… Ещё немного, и я сбегу из замка с тобой на руках.

— Заманчивое предложение, профессор… — кокетливо ответила я, широко улыбнувшись его словам. — Не беспокойся, все восприняли мои слова за завтраком как очень удачную шутку. Разоблачение теперь нам точно не грозит. Только оставайся таким же невозмутимым, хорошо?

— С каждым днём делать это всё труднее, Тина… — прошептал Снейп и, снова поцеловав, произнёс на прощание: — Иди на занятия, и очень прошу тебя, не впутайся по дороге ни в какую историю, договорились?

— Я постараюсь, честное слово, — я крепко сжала его тёплую ладонь и, улыбнувшись, выскользнула из тёмного прохода на белый свет.

И в этот же момент нос к носу столкнулась с Эдрианом Пьюси.

— Велль, что это с тобой сегодня? — не ожидав увидеть меня здесь, Эдриан приобнял меня и попытался прижать ближе к себе, но я ловко выпуталась из его объятий и отошла на достаточную дистанцию.

— Держи себя в руках, Пьюси, — рассмеявшись, пригрозила я слизеринцу.

— Слушай, у меня сегодня не получится встретиться с тобой… — немного расстроенно начал говорить он, но я сразу же перебила его смехом, догадавшись, почему именно у Пьюси не получится это сделать.

— Какая жалость, а мне так хотелось! — наигранно воскликнула я и снова рассмеялась.

— Правда? — с надеждой переспросил меня Эдриан, но я так выразительно на него посмотрела, что он просто не мог не догадаться, что это был сарказм.

— Эдриан, у меня сегодня слишком хорошее настроение, чтобы думать над твоим желанием, так что наберись терпения… — весело проговорила я, собираясь уже уходить на Нумерологию.

— Эй, а как же наше свидание, Велль? — нагло усмехнувшись, мой «поклонник» всё-таки догнал меня и преградил мне дорогу.

— Терпение, Пьюси, терпение… — я опять кокетливо поправила ему зелёный в серебристую полоску галстук, причём старалась делать это максимально медленно, чтобы как можно больше учащихся успело заметить, как мы сладко воркуем. — И ты получишь ответы на все вопросы. Я тебе обещаю.

Прошептав последние слова ему на ухо, я снова рассмеялась и побежала на занятие, так как уже и сама немного была шокирована тем количеством переделок, в которые я успела ввязаться за это утро.

Подобное настроение сохранялось у меня несколько недель и никак не хотело уходить. Я действительно была, наконец-то, просто счастлива, могла быть самой собой. И каждый, кто хоть раз увидел меня за эти дни, мог отметить, что я буквально светилась. Светилась от счастья. И мои старания в тот самый понедельник не пропали даром: те случайные зрители, кто видел наш небольшой диалог с Пьюси, смогли сложить дважды два, и уже практически через час по всему Хогвартсу гуляла новость, что самый красивый парень школы встречается со взбалмошной мной. И, надо сказать, от этих слухов Эдриан тоже светился, что было абсолютно мне на руку.