Страница 55 из 156
Он озадаченно нахмурился и показал в ответ: «Мы подкрепим свои слова Мостом. Мечом… Syrimne d’Gaos».
Подумав над этим, Касс кивнула.
Приласкав его широкую щеку ладонью, она поцеловала его в полные губы, и он прикрыл глаза. Затем, вздохнув, она показала на охранника, который стоял у основания лестниц спиной к ним.
— Ты можешь заговорить с ним? — произнесла она по-английски, зная, что так их с меньшей вероятностью подслушают. — Просто чтобы начать, имею в виду. Сделай так, чтобы он подошёл сюда. Ты немного более… внушителен, чем я, Багс. Я могу взять на себя сами угрозы, если хочешь.
Он криво улыбнулся.
— Нет, — сказал он. — Я угрожать.
Широко улыбнувшись, она наблюдала, как он выпрямился в полный рост. Он поправил длинную рубашку в китайском стиле на плечах, чтобы она хорошо легла на его широкой фигуре, затем хрустнул костяшками пальцев массивных рук. Подмигнув ей, он легко скользнул к краю пагоды.
Касс провожала его взглядом, качая головой и посмеиваясь.
Он спустился по ступеням с грацией, которая всегда её немного удивляла, и с хрустом перешёл на подстриженную замёрзшую траву. Подойдя ближе к видящему в церемониальном одеянии, Багуэн встал перед ним. Очутившись прямо перед мужчиной, который был значительно меньше него, он наградил его суровым взглядом. Гневно сверля его своими чёрными глазами, он подвинулся ещё на несколько дюймов, подчёркивая их разницу в росте, которая составляла около шестидесяти сантиметров.
Когда охранник побледнел, Касс широко улыбнулась.
Она вроде как любила чувство юмора Багуэна.
Глядя на широкое обветренное лицо и желтоватые косички, которые каскадом спускались на спину версианца, сплетённые с кожаными шнурками и даже перьями, охранник Лао Ху поклонился, используя знак Моста, чтобы выказать уважение.
Касс опять захихикала.
Она дразнила Багуэна, называя его своим викингом, но никогда не была уверена, понимает ли он, о чём она. В любом случае, он выглядел слишком китайцем, чтобы это сравнение было полностью точным.
Наблюдая за ним сейчас, она не могла подавить прилив чувств к этому здоровяку.
Она знала, что Элли считала их отношения с Багуэном странными. Джон мало что говорил, но у неё сложилось впечатление, будто он считает, что всё сводится к сексу.
И ладно, возможно, во многом так и было, особенно поначалу.
Вспомнив, что Чандрэ сказала обо всём этом во время их последнего настоящего разговора, Касс вздрогнула. Восточно-индийская видящая не смягчала удар и прямо заявила Касс, что она пустышка, лживое нарциссичное дитя; что она заботится только о ней самой и слишком травмирована эмоционально, чтобы быть верным партнёром кому бы то ни было. На этом она не остановилась. Она пропесочила Касс за то, что та играла с её чувствами, потому что она женщина; сказала, что у неё «комплекс члена» из-за её отца, и это сделало её чрезмерно уважительной к мужчинам… и так далее, и тому подобное.
Всё это было резким. Особенно резким, потому что она понимала — Чандрэ говорила каждое слово совершенно серьёзно. С другой стороны, Чан никогда не церемонилась со словами.
Балидор предупреждал её вскоре после того, как они с Багуэном познакомились.
Он говорил ей, что Чандрэ редко ввязывается в отношения, особенно для видящей её возраста, и что она нелегко воспримет измену, и что Касс нужно решить всё с ней прежде, чем затевать что-либо с Багуэном. Позднее он также сказал ей, что если не было прямым текстом обговорено, что договорённость носит только сексуальный характер, то любой видящий будет ожидать хотя бы предупреждения перед тем, как она заведёт себе других сексуальных партнёров.
Надо было его послушать.
Не то чтобы это помогло. К тому времени, когда Касс наткнулась на Чандрэ на базе Повстанцев в горах, Чандрэ уже была в ярости.
Между ней и Балидором присутствовало какое-то странное напряжение, и этого хватило, чтобы Чандрэ наорала на неё и за это. Касс и сама это заметила, и поэтому не совсем поверила «предупреждению» Балидора относительно Багуэна. Она понимала, что лидер Адипана по своим причинам не одобряет её отношения с Багуэном.
То напряжение между Балидором и Багуэном лишь усилилось, когда Ревик переметнулся. Балидор не раз открыто обвинял Багуэна в шпионаже. Он также обвинял Касс в том, что она сочувствует Восстанию/Ревику.
И да, он умудрился ранить её чувства этим дерьмом.
Она думала, что они с Балидором друзья — ну или хотя бы становились друзьями. Затем Ревик превратился обратно в Сайримна, и Балидор немного обезумел. И, похоже, среди прочего он обратился против Касс — может, потому что они с Ревиком были близки.
То, что он переспал с Элли, тоже не помогло делу.
Подумав об этом, она ощутила жёсткий прилив злости. Что за мудак так поступает? Значит, ей он читает лекции о «верности» и чувствительности видящих, а потом идёт и спит с замужней женщиной? Ревик был его другом.
Лицемер траханый.
Касс считала, что Чандрэ и Балидор оба могли подавиться своими нотациями.
Особенно Балидор. Он мог взять свои суждения о Багсе и засунуть себе прямо в задницу. Касс заметила, что Балидор не обернулся против Джона — только против неё. Так что дело не в том, кто дружил с Ревиком, а кто нет. У Балидора имелось что-то именно против неё — может, потому что он, как и Чан, считал её лгуньей и изменщицей.
Крепче стиснув челюсти, она выбросила лидера Адипана из головы.
Скрестив руки на груди, она постаралась вместо этого сосредоточиться на Багуэне и охраннике Лао Ху. Багуэн всё ещё говорил таким низким и гортанным голосом, что она не могла различить его слова.
Она уловила кое-что из речи охранника.
— …самый почётный… — (тут она кое-что пропустила) — … конечно. Конечно, да, она это сделает. Конечно, я передам сообщение, что… — (Касс опять что-то упустила) — … будет безгранично удручена, что приём пришёлся вам не по…
Касс крепче скрестила руки на груди, невольно улыбаясь.
— …немедленно… да, почтенный брат… да…
Касс наблюдала, как охранник поклонился, затем тут же показал жест другому члену Королевской Охраны. После краткого обмена жестами, которые немного отличались от тех, которым Касс научилась от Багуэна и Чандрэ, второй охранник побежал к Воротам Меридиана.
Касс вновь удивилась, почему они утруждались пешими перемещениями, хотя могли бы делать все через конструкцию.
— Напоказ, — сказал Багуэн, поднявшись по лестнице и направляясь обратно к ней. — Больше времени.
Касс кивнула, дрожа от холода.
— Я так понимаю, ты угрожал?
Он улыбнулся, пожав одним плечом и приблизившись к ней.
— Мне нравится угрожать.
Она издала фыркающий смешок.
— Они нас впустят?
— В этот раз, думаю… да, — сказал он. — Я им сказать, что иначе мы уйти. Вернуться с Мостом. И Мечом. Вернуться с подкреплением.
Она улыбнулась, на мгновение сжав его пальцы.
— Спасибо, Багс.
— Ты говорить с Лао Ху? Женщиной?
— Ага, — Касс вздохнула, тихонько щёлкнув языком. — Не беспокойся, Багс. Я поговорю со страшной старой сучкой. Тебе не придётся.
Он усмехнулся, а она улыбнулась в ответ. Снова скрестив руки в попытках удержать тепло, она заскрежетала зубами от очередного порыва ледяного ветра.
Улыбнувшись, он обнял её толстыми руками и прижал к своей тёплой туше. Уютно прильнув к нему, Касс не отводила взгляда от следа ног на полузамёрзшей земле, которые оставил бегун, скрывшийся за Воротами Меридиана.
И всё же она едва не задремала, когда он с хрустом прибежал обратно по газону.
Он заорал другому охраннику что-то на мандаринском, и тот немедленно показал вежливый жест Касс и Багуэну.
— Идёмте, — сказал он. — Вы сейчас же пойдёте с нами.
Он улыбнулся, показав все зубы, но Касс не улыбнулась в ответ.
Посмотрев на Багуэна и преувеличенно закатив глаза, она высвободилась из его рук и спустилась по деревянным лестницам.
Багуэн пошёл следом. Тихое фырканье сорвалось с его губ — так он простейшим из всех возможных способов давал ей понять, что чувствует то же самое.