Страница 28 из 29
– Вы должны были предупредить нас, что собираетесь навестить… мы бы подготовились более тщательно, – раздался спокойный голос Аваха в обрушившейся тишине. Казалось, что он крайне оскорблён столь ужасными манерами, пускай лицо его и не менялось.
– В этом нет нужды, – прозвучал спокойный голос, показавшийся мне текучим мёдом по сравнению с резким и грубым тоном Аваха.
– Темнейший… – прошептала стоявшая рядом Мава, не спуская испуганный взгляд с него. – Смерть во плоти…
Моё сердце пропустило удар, и еле сглотнув, я вновь взглянула на незваного гостя. Позади него, сверкая желтизной глаз, скалились те самые жуткие существа, которые напали на нас у реки. С каждой секундой мне всё меньше и меньше хотелось оставаться в этом зале, слушать эту обрушившуюся тишину и вдыхать запах тумана. Зачем здесь Темнейший? Что он хочет?
– Могу ли я знать, что вам потребовалось от простых ниитов? – вновь произнёс Авах, смотря на Темнейшего. Вот только его взгляд был направлен выше, словно он боялся смотреть в глаза этому существу… но они были не так страшны, как могло показаться. Глаза с красивым разрезом были тёмно–синими, как дно океана, и смотрели прямо. В них таилась власть, и в то же время усталость.
– Я пришёл искать справедливости, – произнёс Темнейший, обведя долгим взглядом зал.
Казалось, его глаза скользили по лицам всех ниитов, собравшихся здесь, и даже охотники со стражей отводили взгляд, лишь бы не смотреть на него. Когда же очередь дошла до нас, Птолая позади тихо всхлипнула, и Инеж прижала её к себе, зажмурив глаза. Мава тут же опустила голову, закрыв лицо волосами, лишь я почему–то не отвела взгляд. И он это заметил, остановившись на моём лице.
Глаза Темнейшего вдруг потемнели, и тьма окутала их полностью, но я так и смотрела. Может, из–за ужаса просто не могла отвести взгляда, а может, была столь поражена самим присутствием этого существа здесь, в этом зале, что потеряла контроль над собой.
Темнейший был и вправду ужасен. Но не так ужасен, как описала его Мава. Нет–нет, что–то в его облике совершено не сходилось с моим пониманием ужасного. И кажется, не сходилось абсолютно всё. Да, для этого мира, для Малоречья, он и вправду был своим, но думаю, здесь были существа куда страшнее его самого.
Высокий, Темнейший был выше ниитов на полголовы, или это мы были такими маленькими? В его незаметных движениях, в его облике и словах, так и проскальзывала власть, отчего хотелось преклонить колено как можно скорее. Но мне хотелось слушать его голос – красивый, глубокий, похожий на чарующую игру какого–то инструмента. Неужели такое возможно?
Но больше меня поразил облик Темнейшего. Он не был уродом, не был чудовищем, от которого хотелось тут же бежать по словам Мавы. Может, всё из–за того, что внешне он был похож на человека? Волосы его были длинными, и настолько чёрными, что у семьи Ааров этот цвет казался блёклым и невзрачным. А ещё были рога: два крупных, прямо над ушами, смотрели вниз и чуть загибались вперёд, а несколько маленьких, словно корона, отливали белым молоком с серебряными разводами. Лицо у него было белым, без старых уродливых шрамов, вообще без ничего, чистое и красивое, с пронзительными глазами и тонкими губами, не знающими, что означает улыбка. А вот одежда была странной, состоящей из живых теней, облегающих статную фигуру, с длинным плащом позади, похожим на перья. Пожалуй, самое ужасающее в облике Темнейшего были его руки – длинные пальцы с чёрными матовыми когтями. Совсем как в моём сне…
– Твои охотники, проходя по моей территории, убивают моих подданных, – вновь переведя взгляд на Аваха, произнёс Темнейший. Позади него раздалось согласное клацанье клыков и жуткий вой, от которого прошлись мурашки. – Я закрывал на это глаза, но сегодня была последняя капля. Пора платить, Авах из дома Ааров.
Мёртвая тишина повисла в зале. Нииты удивлённо и обеспокоенно переглядывались между собой, с надеждой смотря на Аваха. Видимо, никто из них не ожидал, что придёт время платить по заслугам. И именно в этот день, когда охотников одаривали крыльями, а Птолая связала себя с Анором. Я бы закатила истерику по этому поводу, но сейчас могла лишь стоять и молчать, наблюдая за Темнейшим.
– Чего вы хотите? – наконец произнёс Авах, сцепив пальцы и взглянув в глаза Темнейшему. Но не прошло и пары секунд, как он вновь смотрел поверх его головы. – Вы знаете, что у нас нет и малой части того, что есть у вас. Так что мы можем предложить, что бы усмирить ваш гнев и сменить его на милость?
Губы Темнейшего тронула холодная усмешка, от которой даже Авах вздрогнул, но подавать виду не стал.
– Я останусь здесь до тех пор, пока луна не потемнеет. И только тогда скажу, что желаю получить от тебя, Авах. Это может быть что угодно, начиная от твоей жизни и заканчивая жизнью каждого ниита в этом зале. Таково моё решение. Надеюсь, оно тебя устраивает.
О нет, слова Темнейшего совершено не пришлись по вкусу Аваху. Это было заметно по его хмурому лицу, по налившимся алым глазам, по сцепившимся до побледнения пальцам. И всё же он заставил себя поклониться, прежде чем произнести: