Страница 97 из 101
Против воли Арне вспомнил, как когда-то давно, на встречах клуба, Клоди смотрела на него с явным презрением. Тогда она была для него недоступна, но невероятно желанна. Теперь же отношение девушки к Арне было совершено другим и парню безумно нравилось то, как Клоди откликалась на его прикосновения. В ней не было показательной пошлости. Лишь искренняя реакция, которая, несомненно, безумно возбуждала парня. Долгие, медленные и до безумия сладкие поцелуи. Пожалуй, воля парня была по-настоящему стальной, поскольку даже сейчас Арне не зашел дальше поцелуев и бережных объятий. Прекратив поцелуй, Арне, не разрывая их зрительного контакта, отстранился от девушки и мягко усадил ее на кресло, после чего опустился перед ней на колени.
- Арне… - осипшим голосом пробормотала девушка, смотря на парня затуманенным взглядом, в котором расплывчато виднелся вопрос. Взяв левую руку Клоди в свою, Арне несколько раз поцеловал ее, пытаясь своей лаской унять дрожь в теле любимой.
Подцепив своими пальцами край футболки девушки, Арне приподнял ее вверх, оголяя круглый животик, после чего, наклонившись, прикоснулся губами к нему. В этом поцелуе было невыносимо много нежности и любви, которую парень никогда не смог бы передать словами. Несколько поцелуев и кончики его пальцев прошлись от бока к животу, практически невесомо оглаживая его.
- Наверное, я очень сильно нетерпеливый, - прошептал Арне, подняв завороженный взгляд на лицо своей девушки. – Мне так безумно хочется, чтобы наш ребенок поскорее родился.
Арне всегда думал, что романтик из него весьма плохой и порой ему даже свои чувства было сложно выразить, но парень даже не подозревал, что в этот момент сердце девушки окончательно растаяло и страх развеялся.
Когда ты любишь по-настоящему - забываешь о себе. Так Клоди, упуская себя, видела лишь Арне и Арне, впадая в забвение, полностью отдавался Клоди.
***
Порой жизнь кардинально меняется и все вокруг становится совершенно другим, но человек мгновенно привыкнув к манящей новизне, больше не представляет без нее своей жизни. Так и Арне, после возобновления отношений с Клоди, не мог понять, как он раньше жил без нее. Казалось, что прежняя жизнь была нелепой и пустой, а дни, проведенные в одиночестве, бессмысленными. Пусть Клоди с Арне только начали свои отношения, парень уже чувствовал предстоящую семейную жизнь и он к ней стремился, с нетерпением ожидая того момента, когда Клоди станет его женой. Поэтому, естественно, Арне уже задумался о свадьбе, но пока что начал лишь с того, что предложил девушке начать жить вместе.
- Клоди, я хочу, чтобы ты переехала ко мне, - прямо сказал парень, когда они в очередной раз вместе завтракали в уже привычном итальянском ресторанчике. Сидя за полюбившемся столиком в светлой веранде, они изучали меню, попутно обсуждая дела друг друга на предстоящий день. Но, поскольку слова Арне были сказаны слишком внезапно, они значительно удивили Клоди, из-за чего девушка тут же оторвала взгляд от меню и посмотрела на парня.
- Переехать к тебе? – переспросила девушка, слегка нахмурив брови. – Арне, кажется, для этого пока что рано. В конце концов, я все еще не познакомила тебя со своими родителями. Да и я не знакома ни с кем из твоих родных.
Арне понимал, что Клоди мягко отказывала ему, судя по всему, просто боясь принимать такие важные решения второпях, но Арне не разделял ее неуверенности. Пусть их отношения были лишь на уровне совместных завтраков и поцелуев с объятиями, но он не видел ни одной причины, почему они не могут начать сейчас жить вместе, тем самым переступая на новую ступень их отношений. Парень хотел познакомиться с родителями Клоди, но девушка сама постоянно придумывала разнообразные отговорки. Знакомить же девушку со своей семьей Арне вообще не хотел, чему было множество причин. И, кажется, Клоди очень не нравилось то, что парень всячески избегал разговоров о своих родных и, тем более, о своем отце.
Арне очень сильно хотел, чтобы Клоди переехала к нему, поскольку парень желал проводить больше времени со своей беременной девушкой и всячески окружать ее заботой. Но, поскольку они пока что встречались только полторы недели, Арне старался не давить на Клоди и терпеливо ждал того момента, когда девшука все же познакомит его со своими родителями, после чего, Арне собирался неминуемо забрать девушку к себе. Сейчас он закрыл этот разговор, но, втайне от Клоди, готовил ей небольшой сюрприз в виде просторной мастерской, находящейся на первом этаже его дома.
Дни бежали в уже новом, но приятном ритме. Несмотря на свою занятость, Арне старался проводить с девушкой больше времени, выказывать ей разнообразные знаки внимания и дарить приятные подарки. В его планах было провести с девушкой совместный отдых и слетать в Италию или Испанию. Он уже готовил это небольшое путешествие, но ничего не говорил о нем девушке, поскольку хотел преподнести его, как подарок.
Уделяя все свое внимание Клоди, Арне совершенно забыл о том, что не все и всегда может идти так же хорошо и, к сожалению, неприятным событиям свойственно временами происходить. Внезапный приезд Гюго Габена в Париж стал черным пятном на светлом отрывке жизни Арне. Чувствуя к своему отцу исключительно омерзение, парню было тошно уже от того, насколько сильно они были внешне похожи. Но, вопреки кровному родству и одинаковым чертам лиц, характеры Гюго и Арне совершенно не были похожи.
Пусть Арне испытывал дичайшую ярость по отношению к Гюго и больше всего на свете хотел собственными руками убить своего отца, внешне он выказывал лишь холодную отчужденность. Вопреки своему молодому возрасту, парень мог сдерживать свои эмоции и агрессию, чтобы не допустить никакой оплошности и, в последствии, иметь над мужчиной преимущество. Гюго же, в своей несдержанности, казался слабым и никчемным. Неистово злясь и истошно крича, он выглядел, как человек, у которого все вышло из-под контроля и потерянную планку, вернуть уже не удавалось. Гюго ясно давал понять, что не намерен терпеть Клоди Дюбуа рядом со своим сыном и, тем более, он был против этого ребенка, которым была беременна девушка. Слушая все эти высказывания, Арне лишь в очередной раз убедился в том, что мнение его отца для парня вообще ничего не значило. Гюго думающий, что может управлять своим сыном, теперь казался Арне до невозможности нелепым.