Решетка

Взглянув на ту же картинку, Куртис заметил:

-А я подумал, что у него отрыжка или что-нибудь в этом роде.

- Ладно, не прикалывай.

- И почему ты назвал этот значок иконкой? Здесь что, святой изображен?

- Да потому что именно так их называют ребята, которые возятся с компьютерами. Иконки. Куртис только недовольно фыркнул:

- Ну, конечно, что могут эти придурки знать о настоящих святых?

Двери лифта беззвучно закрылись. Куртис уставился на люминесцентный экран, на котором значились номер этажа, куда они направлялись, направление движения и точное время. Казалось, что ему просто не терпится побыстрее приступить к работе, но, по правде говоря, в кабине лифта он всегда испытывал легкую клаустрофобию.

В отличие от холла в подвале было полно копов и судебно-медицинских экспертов. К ним направился громадный полицейский в штатском из отдела регистрации преступлений, весивший никак не меньше трехсот фунтов и державший в огромных, размером с конское седло, ладонях раскрытый блокнот. Полицейского звали Уоллес, но в центральном полицейском управлении он больше был известен под кличкой Гудок из-за ярко выраженного южного акцента и тягучей манеры речи, сильно напоминавшей одноименного героя одного из популярных мультфильмов.

Куртис недовольно прикрыл ладонью раскрытый блокнот и произнес:

- Убери-ка эту штуку. Гудок. В этом офисе бумажная переписка не в ходу. Послушай, эта дамочка наверху ввела нас в сильное искушение.

- О чем ты? Я сам придерживаюсь римско-католической веры, но вот что тебе скажу. Никогда не поймешь, я говорю, никогда не поймешь, как лучше поступить то ли попросить у нее прощения, то ли просто оттрахать ее как следует.

- Нату даже удалось раздобыть ее телефонный номерок. Не так ли. Нат?

- Ну да, - живо откликнулся тот. - У нее же огромный блат в "Эй-ти-энд-ти".

Пошевелив губами и попытавшись разобрать собственные каракули. Гудок взъерошил растопыренной ладонью шевелюру и покачал головой.

-Ладно, к черту эти записи. Сплошная мелочевка. - Он с треском захлопнул блокнот и подтянул брюки. - Мы тут нашли одного парня, я говорю, нашли мужика со следами удара чем-то тупым по башке. И сообщил об этом - как это тебе понравится, Фрэнк? - сообщил не кто-нибудь, а этот проклятый компьютер. Понимаешь, не какие-то там случайные свидетели или соседи, а машина? Звонок поступил в центральную диспетчерскую в час пятьдесят семь ночи.

- Что ж, просто один компьютер звонит другому, - прокомментировал Коулман. - Наверное, скоро это будет самая обычная вещь. Наше будущее, так сказать.

- Твое будущее - я говорю, твое будущее, сынок, но только не мое.

- Любезно с их стороны, что они вообще поставили нас в известность, добавил Куртис. - И во сколько вы прискакали сюда. Гудок?

- Около трех утра, - ответил он, не сумев сдержать зевоту.-Прошу прощения.

- Не за что. - Куртис взглянул на свои часы. Было всего полвосьмого.

- Итак, кто же этот несчастный?

Вместо ответа Гудок ткнул пальцем между двумя следователями.

Обернувшись, Куртис и Коулман увидели тело высокого чернокожего мужчины, лежавшее на полу рядом с одним из лифтов. Его синяя униформа была залита кровью.

- Сэм Глейг. Ночной охранник. Но не больно-то опытный, как можно заключить из случившегося. - И заметив в глазах Куртиса недоумение, добавил: - Я и говорю, ты ведь тоже, наверное, подумал - охранник, а позволил себя прикончить, не так ли?

Недалеко от них полицейский фотограф уже складывал треножник от фотокамеры. Узнав его, Куртис смутно припомнил, что зовут того, кажется. Фил.

- Привет, Фил. Закончил уже? - спросил Фрэнк, оглядывая кабину лифта.

- Да уж, все здесь облазил, - сказал фотограф, показывая ему перечень сделанных им кадров. Куртис приветливо улыбнулся:

- Похоже, здесь наберется на целый альбом.

- Собираюсь проявить и отпечатать пленку еще до сегодняшнего ленча.

Засунув руку в карман плаща, Куртис достал кассету с 35-миллиметровой пленкой.

- Слушай, сделай одолжение, - попросил он, - посмотри, что здесь, не возражаешь? Она ужас сколько провалялась в моем кармане, и я не помню, что на ней. Все собирался сдать ее проявить, но сам знаешь, как это часто бывает.

- Конечно. Что за вопрос.

- Большое спасибо. Буду очень признателен. Только не перепутай пленки.

Сэм Глейг лежал, сложив руки на животе и согнув ноги в коленях, а ступни его длинных ног еще покоились на полу кабины лифта. Если бы не кровь, он выглядел, словно пьяница, рухнувший у дверей родного дома. Куртис аккуратно перешагнул через лужу крови, которая обрамляла его голову наподобие нимба, и присел на корточки, чтобы рассмотреть получше.

- Кто-нибудь из патологоанатомов уже внешне обследовал его?

- Чарли Зайдлер, - ответил Гудок. - Он сейчас, полагаю, в сортире. Не желаешь осмотреть их чертовы туалеты, Фрэнк? В их сортирах одновременно можно почистить зубы и узнать по радио точное время. Я потратил целых десять минут только на то, чтобы разобраться, как там спускают воду.

- Благодарю, Гудок. Запомню на всякий случай, - кивнул Куртис. - Судя по всему, кто-то крепенько шарахнул этого парня.

- Да уж, - согласился Коулман.- Башка у него сейчас здорово смахивает на голову какого-нибудь монстра из "ужастика".

-А ведь здоровенный был парень, -сказал Гудок.- Шесть футов и два, а может, и целых три дюйма.

- Во всяком случае, выглядел вполне прилично, чтобы суметь постоять за себя, -заметил Куртис, многозначительно постучав пальцем по закрепленному на поясе у Сэма девятимиллиметровому автоматическому револьверу марки "Зиг".

- Взгляни-ка сюда. - Он отлепил липучку, удерживавшую револьвер в кобуре. -Все на месте. Похоже, он не ожидал нападения.

-А может, это был кто-то из знакомых, - предположил Коулман, - кому он доверял.

-Доверие тут ни при чем. При росте шесть футов и три дюйма, да еще если у тебя на поясе автоматический "зиг", неизбежно появляется беспечность, заметил, выпрямляясь. Куртис. - И вряд ли кто может сильно напугать, если только он не вооружен.

Выйдя из кабины, Куртис наклонился к уху напарника:

- Узнаешь его?

-Кого? Жертву?

- Это тот самый малый, что первым обнаружил мертвого японца. Мы еще допрашивали его, припоминаешь теперь?