Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 102 из 245

Плотный туман сгустился вокруг них, навис над бортами, словно живое существо. Столь густой, что от кормы нельзя было рассмотреть нос корабля.

Ни какое место в мире это не походило – оно просто не могло быть частью их мира.

Но оно вызывало воспоминания. О том, что было до ее новой жизни. О жутком существе и разговоре, который она предпочла забыть. О том, что походило на сон, но не было им.

Она вспомнила его так явственно, что могла бы провалиться в прошлое и утонуть в нем. И лишь звуки волн удержали ее в настоящем.

Море было единственным привычным элементом в этом месте, но даже оно изменилось – Риччи никогда за свою жизнь не слышала, чтобы оно звучало так. Но у нее хватало других вещей, о которых нужно было беспокоиться, и не хватало представления о том, что делать.

Однако, капитан не имеет права озвучивать настолько деморализующие и провоцирующие панику вещи.

– Берт, что показывает барометр? – спросила она деловито.

Фареска перестал бросать мрачные взгляды по сторонам и кинулся в рубку. Вернулся он буквально через пару секунд и объявил:

– Судя по нему, мы в центре бури.

– Это не похоже на глаз шторма, – возразил Мэл.

– Как мы могли оказаться посредине, если не были в шторме? – спросил Стеф. – Я дежурил весь прошлый день, и с неба не упало ни капли.

– Может, буря сформировалась вокруг нас? – предположил Берт. – Ни разу о таком не слышал, но после того, что показывала капитан, не удивлюсь.

Объяснение звучало достаточно правдоподобно, хоть и не было истинно. Но Риччи не спешила его опровергать в надежде на то, что оно успокоит команду. В любом случае у нее не было другой теории происходящего.

– Но почему тогда так холодно? – спросила Юлиана жалобно, дрожа и стуча зубами.

В воздухе образовывались облачка пара от их дыхания. Как будто они находились у берегов Исландии, а не приближались к Гавайским островам.

Риччи тоже начала мерзнуть после того, как обратила внимание на погоду, хоть она могла бы без необратимых последствий купаться даже в Северном Ледовитом океане. Ее тело словно забыло о том, что способно испытывать дискомфорт от низких температур, и в другое время ее бы это встревожило гораздо больше.

– Риччи, – позвала ее Юлиана, – ты можешь отвести от нас эту бурю?

– Конечно, – кивнула она уверенно, не имея ни грамма веры в свои силы. Она незаметно коснулась рукояти меча еще раз и отдернула руку, обожженную холодной сталью. – Я… постараюсь.

Они знали ее слишком хорошо, чтобы у нее получалось убедительно лгать.

– Что-то не так, капитан? – тут же спросил Берт.

– Вы не в форме? – проницательно заметил Стеф.

– Спускайтесь вниз, – отмахнулась Риччи. – Идите, пока совсем не окоченели. Я сделаю все, что смогу.

Это будет не так уж много. Ее меч был ее «волшебной палочкой», ее ключом к сосредоточению. Без него воспользоваться силами Вернувшейся будет невозможно.

Стеф явно хотел сказать что-то еще, но Юлиана отчаянно застучала зубами, и он повел ее вниз.

– Если вам понадобится помощь… – начал Берт.

– Я позову, – оборвала его Риччи.

На палубе остался лишь Мэл, решительно сопротивляющийся попыткам отправить его вниз.

– Что, если ты опять рухнешь без сознания? – спросил он.

В его словах был резон – попытки Риччи управлять погодой заканчивались обмороком даже чаще, чем через раз.

– Не сегодня, – покачала она головой. – Я не перетружусь… потому что я не могу даже начать! – закончила она паникующим шепотом, бросив попытки держать лицо.

Мэл обхватил ее за плечи, словно закрывая от этого жуткого места в хрупкий, но теплый кокон. Паника, вгрызающаяся в ее сознание с момента пробуждения, чуть отступила.

– Попробуешь снова? – спросил он тихо.

Риччи закрыла глаза и попыталась вызвать силу, постоянно спящую внутри нее. Силу, способную создать бурю или превратить город в пепел.

Но в ее попытках было не больше толка, чем в разжигании костра посреди ледяной пустыни.

– Это не просто буря, верно? – спросил Мэл, когда она снова открыла глаза и покачала головой, словно ее бесполезность не была очевидна.

– Это не буря, – вздохнула Риччи. Если с кем-то она и могла поделиться тревожащими мыслями, то с ним. – Мы где-то… где-то… не там, где должны!

– В самом деле, на Гавайские острова не похоже, – заметил рассудительно Мэл. – Где мы, как ты думаешь?

– Не знаю, – призналась она. – Но точно за пределами всего, нам знакомого.

Как будто они куда-то провалились, следуя курсом, указанным острием ее меча. Словно оказались героями одной из баек о Бермудском треугольнике.

Возможно, в них скрывалась доля истины – истины о прорехе во времени и пространстве, скрывающейся где-то в этом районе моря.

– Ты знаешь, что делать? – спросил Мэл.

– Будем следовать прежним курсом, пока на что-нибудь не наткнемся, – дернула плечом Риччи. – Идея скверная, но другой у меня нет.

«Будем надеяться, что это случится до того, как у нас кончится провизия», – мысленно добавила она.

***

Риччи дошла до двери своей каюты и поняла, что уснуть не сможет. Поэтому она развернулась и направилась в сторону камбуза.

На камбузе хранился ром. Не то, чтобы она одобряла употребление подобных напитков, но в покинутом ими времени не было аналога этому обезболивающему, дезинфицирующему, успокоительному и анестезирующему средству, так что приходилось поддерживать его запас.

Риччи открыла один ящик, другой, выругалась, не обнаружив искомого, и открыла третий.

– В сундуке под замком, – услышала она голос Юлианы за спиной. – Если ты ищешь то, о чем я думаю.

– С каких пор под замком? – удивилась Риччи.

– С тех пор, как стараниями Стефи и его бессонницы у нас осталось две бутылки. У тебя что-то болит?

– Заснуть не могу, – буркнула Риччи, размышляя о том, когда они смогут в следующий раз пополнить запасы.

Ей следовало отогнать эти мысли, если она собирается заснуть сегодня.

– Это проблема, – кивнула Юлиана. – Как и у меня. Будем лечиться вместе.

Она вытащила из кармана передника большой причудливый ключ и отомкнула замок, вытащила большую запыленную бутыль и озадаченно подняла брови.

– Уверена, что запирала две таких.

– Запирала? От Стефи? – хмыкнула Риччи.

– Ты права, – хмыкнула Юлиана. – Это было глупо.

Она разлила коричневую жидкость по кружкам.

– Мы опять влипли во что-то жуткое? – спросила она, отхлебнув большой глоток. – Насколько жуткое на этот раз?

– Смертельно, – буркнула Риччи.

– Постарайся разобраться с этим быстро. Через неделю у нас кончатся припасы, а рыба не ловится. Уже целую неделю снасти приносят одну траву.

– Неделю? – задумчиво протянула Риччи. Ей следовало бы заподозрить неладное уже дней пять назад. – Наверное, рыба не хочет приближаться к дыре в пространстве.

– К какой дыре? – не поняла Юлиана. – Мы в океане, тут не может быть ям.

– Не ямы, а прорехи в реальности. Щели, через которые мы покинули наш мир и оказались… ну, я еще не знаю, где. Ты меня понимаешь?

– Нет, – призналась та. – Но это неважно, если ты понимаешь, о чем говоришь. У тебя есть идеи?

– Я собираюсь просто идти дальше, – сказала Риччи. – Как бы безумно это не было.

– Звучит гораздо менее безумно, чем твои обычные планы, – заметила Юлиана.

– Идти вперед, несмотря на все ужасы и трудности, что нам встретятся, – поправилась Риччи.

– Вот теперь это звучит достаточно безумно для тебя.

***

В коридоре перед своей каютой она встретила Берта, и едва ли он занял этот пост случайно. Но ее нетвердая походка сказала ему, вероятно, достаточно, потому что Фареска отставил расспросы и сосредоточился на том, как довести ее до каюты.

– Мы влипли, – пожаловалась ему Риччи, рухнув на койку. Язык ее не путался, но развязался. – Ну почему я не подумала, что перейти из мира в мир – это не из комнаты в комнату шагнуть? Мы в межпространственном туннеле, и я не представляю, сколько мы здесь пробудем. Никто не предупредил меня об этом.