Банджо

- Да, - сказала женщина. - Год для фруктов удачный.

- Может быть, даже слишком удачный? - высказал предположение Гэс. Цена, наверное, упала?

Женщина кивком подтвердила слова Гэса.

- Собирать и продавать почти нет смысла. Но позволить им сгнить я тоже не могу.

- А почему вы так напугались, когда мы подъехали? - спросила Бесси тихо.

- Мы приняли вас за кой-кого другого. Тут есть один человек... он должен приехать с шерифом. Я каждый вечер молюсь, чтобы он не приехал, но я-то знаю, что он все равно приедет. Понимаете, когда умер мой муж, похороны оказались немного дороже, чем мы думали. Ну, мне подсунули какую-то бумагу, а я и поставила там крестик. Понимаете, мне хотелось похоронить мужа достойным образом. Я бы согласилась на что угодно, чтоб это сделать.

- А что вы подписали? Закладную на дом?

- Я толком не знаю, но думаю, что там было написано, что у меня могут забрать все, что нужно, чтоб оплатить счета за похороны. Ну, наверное, так и должно быть. Платить-то надо, правильно?

- Ну, конечно, правильно, - сказал Гэс. - Только вот как бы сделать так, чтобы с людьми поступали по-человечески?

В это время во двор дома заехала длинная черная машина. За рулем сидел грузный мужчина; рядом с ним - долговязый представитель закона с острыми чертами лица. Машина остановилась.

- Это они, - прошептала женщина, сильно побледнев.

Новоприбывшие вылезли из машины и подошли к женщине.

- Добрый день, Ада, - сказал толстый елейным голосом и небрежно кивнул в сторону Гэса и Бесси.

- Вы, наверное, и есть владелец местного похоронного бюро, а? спросил Гэс.

- Да, именно так.

- А это нанятая вами охрана. - Гэс кивнул в сторону человека со звездой шерифа на груди.

- А тебе-то какая разница, - сказал шериф равнодушно. - Да, я шериф, а если будешь тут много болтать, или еще чего-нибудь, то я тебя и твою черномазую красавицу тут же упрячу за решетку.

- Ладно, ладно, полегче, начальник. - Гэс улыбался. - Наверное, я бы тоже нервничал, если б мне пришлось делать такую грязную работу, как тебе.

- Ада, мы приехали сюда не для того, чтобы болтать с незнакомцами, сказал гробовщик, все еще вежливо и спокойно. - У тебя есть деньги, чтобы вернуть долг?

- Я собираю, я стараюсь изо всех сил, - пробормотала женщина.

- Мне все это очень неприятно, но закон есть закон, а мы не требуем ничего лишнего.

- Послушайте, мистер, так вот получилось, что я должен этой женщине кой-какие деньги. Насколько я понимаю, она хочет, чтобы я посмотрел все бумаги. А то, знаете, для семьи лишиться всего и отправиться бродяжничать по дорогам - занятие не из веселых, а?

- Это все тебя совершенно не касается, - сказал шериф.

- Ну, как бы там ни было, шериф, я все-таки должен посмотреть эти бумаги.

- Фред, покажи ему бумаги, - сказал гробовщик. - Пускай успокоится, и мы быстренько покончим с этим делом.

Шериф передал Гэсу ворох каких-то документов и откусил кусок жевательного табаку.

Гэсу понадобилось всего несколько минут, чтобы разобраться, в чем Дело: женщина поставила крестик на бумаге, которая давала право, в виде возмещения долга за бальзамирование, предоставление места на кладбище и прочие "услуги", составляющие семьсот долларов, отобрать у нее всю ее "недвижимость".

- А не дороговато вы тут берете за такие услуги, а? - пробормотал Гэс.

- Никто ее не принуждал выбирать все самое дорогое, - ответил гробовщик. - Она взяла самый лучший гроб из всех, что у меня были. Ну а самое лучшее, естественно, стоит дороже. Мне очень жаль, что для нее все так получилось, но мне же тоже нужно на что-то жить.

- Ну, судя по вашему виду, от недоедания вы не страдаете, - сказал Гэс спокойно. - Я вот думаю, если вы урежете ваш счет, ну, скажем до двух сотен - это будет как раз по-честному. А я должен этой женщине ровно столько же. И мы все уладим.

- Двести долларов? - возмутился гробовщик. - Фред, выполняй свои обязанности! Приступай к описи имущества!

Шериф быстро вытащил длинноствольный револьвер:

- Все устроим, мистер Феркин, как только я утихомирю этого любителя черномазых!

- Дорогая, - сказал Гэс, обращаясь к Бесси, стоявшей за спиной шерифа. - Ты же знаешь - мне не нравится, когда ты балуешь с автоматом. Эта штука случайно может выстрелить сама по себе.

Толстый гробовщик в изумлении посмотрел на Гэса, а потом медленно повернулся. Движения у него были как у механической игрушки. Его охватил ужас, когда он увидел то, что видел Гэс поверх его плеча: Бесси, стоящую у желтой машины и целящуюся в шерифа из автомата.

Ее лицо было искажено зверской ухмылкой, и Гэсу показалось, что ее терпение исчерпалось и Бесси готова отомстить за то, что се в очередной раз обозвали "черномазой".

- Дорогой, положи яблочко на темечко этому дураку шерифу, - сказала она, растягивая слова. - Я хочу посмотреть - получится у меня очередью сбить это яблочко у него с головы?..

- Фред, знаешь, она действительно собирается это сделать, - сказал гробовщик громким шепотом.

Плечи шерифа опустились, лицо передернулось; когда он поспешно вставлял свой старый револьвер в кобуру, его руки дрожали. Повернувшись в полоборота к черной красавице, величественной в гневе, он выдавил из себя:

- Я извиняюсь. Честное слово! Ей-Богу, извините. У меня просто так вырвалось, пожалуйста, извините!

- А должок мы теперь, думаю, можем снизить до двухсот долларов, а? спросил Гэс.

- Да, да, конечно, сэр, - уверил его гробовщик.

- Жаль, что вы так быстро согласились. Я думал, вы будете торговаться, и тогда бы я спросил, какой гроб вы хотите приобрести для себя самого. Мне бы не хотелось обижать вашу неутешную вдову.

- Мы определим долг в двести долларов. Так будет по справедливости.

- Я надеюсь, вы делаете это не потому, что вас заставляют так поступить, а? Ведь вы делаете это по доброте душевной, правда?

Поступаете так, потому что уважаете людей - черных, белых, индейцев, богатых, бедных? Я прав?

- Конечно, сэр, правы. Я всегда восхищался стариной Чарли Бридлавом. Поэтому мы и устроили такие отменные похороны.

- Вот и прекрасно. А теперь запишите это все на бумаге, - сказал Гэс, вынимая из конверта две стодолларовые купюры.