Страница 143 из 470
Теперь лицо ее было бледно, но спокойно. Видно было, что миссис Логан умеет владеть собой.
— Очень вам благодарна, мистер Картер, — начала она, — что вы согласились зайти ко мне. Я знаю, как покойный муж высоко ценил ваше искусство и счастлива, что именно вы займетесь расследованием этого загадочного происшествия.
Картер смутился. Что это значит? Он думал, что все убеждены в том, будто банкир погиб вследствие неудачного падения на нож, и вдруг…
Миссис Логан, казалось, читала мысли сыщика, потому что она слабо улыбнулась и твердо проговорила:
— Не вздумайте утешать меня, мистер Картер, потому что в несчастный случай вы и сами не верите! Прежде всего, мой муж никогда не чинил карандашей ножом, так как терпеть этого не мог и пользовался всегда машинкой. Наконец, он вообще крайне редко употреблял в дело карандаши, предпочитая автоматическое перо. Для меня вполне ясно, что над мужем совершено злодеяние, может быть, давно уже задуманное.
— Значит, вы не верите в несчастный случай? — осведомился Ник.
— Нет, нет и тысячу раз нет! — энергично покачала головой вдова. — Я убеждена в том, что здесь совершено убийство.
— У вас есть серьезные основания утверждать это?
— Основания еще не доказательство, — печально произнесла миссис Логан. — Видите ли, мистер Картер, когда проживешь с человеком душа в душу столько лет, то невольно сроднишься с ним, делаешься как бы его вторым «я». И вот у меня все время было предчувствие, что он умрет не своей смертью. Теперь он умер и я говорю — его убили! Я знаю это!
— Но, скажите, кому нужна была смерть вашего супруга? На кого вы можете хотя бы подумать, миссис Логан?
— Этого я вам сказать не могу, — развела руками Логан. — Если бы был жив Дан, я бы смело указала на него, но он 4 недели уже, как лежит в могиле и, конечно, не может быть убийцей.
— У Дана было много сторонников, — заметил Ник Картер, осторожно выбирая выражения и внимательно наблюдая за вдовой своего друга, чтобы уловить впечатление, произведенное его словами.
Миссис Логан помолчала немного, вопросительно взглянула на сыщика и, наконец, ответила:
— Эта мысль приходила в голову и мне, но я полагала, что подобное предположение слишком нелепо!
— В деле расследования преступления не может быть нелепостей, — многозначительно ответил сыщик.
— Стало быть, вы согласны со мной и полагаете тоже, что мой муж был убит? — спросила вдова.
— Именно! — решительно заявил Ник Картер. — Я, собственно говоря, не хотел высказывать вам моего подозрения, а полагал сначала уличить преступников. Но так как у вас имеется то же подозрение, что и у меня, то нет оснований скрывать от вас истину. Вы сумеете вынести этот страшный удар и, пожалуй, даже будете иметь возможность дать мне ценные указания!
— Значит, я не ошиблась! Как я довольна, что попросила вас пожаловать ко мне! Не скрывайте же от меня ничего, даже самого ужасного! Ведь я-то имею право знать все, что касается моего покойного мужа, который был для меня дороже всего на свете!
Ник Картер не замедлил посвятить несчастную вдову во все подробности дела и рассказал ей все, что произошло в минувшую ночь. Он передал ей почти дословно все, что ему сказал ее покойный муж по телефону, когда уже находился в агонии. Он ничего не скрыл и расскажет все подробности. При этом он изумлялся поразительному спокойствию, с которым несчастная женщина выслушала его повествование, порою даже задавая ему вопросы по существу дела, во избежание недоразумений.
— Еще раз благодарю вас за то, что вы открыли мне всю правду, — сердечно проговорила она, когда сыщик закончил, и опять пожала ему руку, — я вполне уверена, что вы поступили именно так, как надо!
— Позвольте задать вам еще один вопрос, — снова заговорил Ник Картер. — Не можете ли вы дать мне какие-нибудь указания, которые могли бы навести меня на след преступников?
— Нет, ничего не могу вам сказать, — ответила она.
— Эта весьма прискорбно, — разочарованно заметил Ник Картер. — Откровенно говоря, я надеялся на то, что ваш муж когда-нибудь, во время случайной беседы, обратил ваше внимание на какие-нибудь обстоятельства или лица, считавшиеся им опасными.
— Нет! Он был слишком тактичен для этого, зная что подобные поиски взволновали и озаботили бы меня. Ведь он всегда был так нежен и добр со мной и всегда: старался оградить меня от всякой, хотя бы даже незначительной, неприятности! Он часто говорил, что я должна всегда быть спокойна, так как вблизи меня он сам чувствовал себя спокойно. Я не знаю, как о нем судили в обществе и в деловом мире, но по отношению ко мне он всегда был одинаково добр. Мы вместе с ним были всегда молоды и, хотя старость заставила нас поседеть и начертала на наших лицах глубокие морщины, мы все же жили друг с другом, как бы не замечая старости! А теперь все это кончилось, благодаря гнусному негодяю, почему-то вздумавшему убить моего мужа!
Она теперь уж не могла сдержать рыданий и в отчаянии всплеснув руками, простонала:
— Чем я провинилась, что у меня отняли моего дорогого мужа, единственное мое счастье? Неужели же справедлив тот Бог, который мог допустить гнусное убийство моего мужа, человека, сделавшего столько добра, осушившего столько слез, утешившего столько несчастных?
— Над нами властвует неисповедимая воля Всевышнего, — пытался Ник Картер утешить вдову, — и мы должны преклониться перед волей Того, Кто ведет нас из мрака к свету!
Едва только он успел сказать это, несчастная женщина пронзительно вскрикнула, схватила друга ее покойного мужа за руку и проговорила:
— Нет! Тысяча раз нет! Тот Бог, которого отныне буду признавать я, не знает всепрощающей любви, а одну лишь месть! Я согласна отдать все мое состояние и сделаться нищей, если это даст мне только возможность предать убийц в руки правосудия. Говорят, что от вас, мистер Картер, не может скрыться ни один преступник! Я умоляю вас, отомстите за моего мужа, который был вашим другом! Не жалейте денег, возьмите все, что у меня есть, но только отомстите за этого лучшего из людей!
Ник Картер ничего не ответил. Эта страшная вспышка неописуемого горя поразила его, и он поклялся, что сделает все, что может, чтобы обнаружить и задержать гнусных убийц.
Несчастная вдова, успокоившись немного, отвернулась и подошла к окну. Она молча смотрела на улицу, стараясь всеми силами взять себя в руки и остановить рыдания.
Через несколько минут она снова обратилась к Нику Картеру так спокойно, что если бы сыщик не видел собственными глазами ее вспышки, он не поверил бы, что она способна так страстно выражать свое отчаяние.
— Быть может, я сумею вам кое-чем помочь, — произнесла она равнодушным, деловым тоном, — случайно и узнала, что на сегодня назначено заседание директоров, на котором должен был председательствовать мой муж. Он обыкновенно не беседовал со мной о делах и вообще никого не посвящал в свои личные дела. Но тут он рассказал мне, что с нетерпением ожидает этого заседания, так как рассчитывает подтвердить на нем результаты своей трудной победы.
— О каком заседании он говорил? Где и когда оно должно состояться? — спросил Ник Картер.
— В помещении Континентального общества железных дорог сегодня в пять часов, если не ошибаюсь.
— Ага, понимаю, — воскликнул сыщик, — я ведь тоже состою членом этого общества. Я совершенно забыл об этом заседании. Дело в том, что из-за контроля над действиями соединенных обществ Дан был во вражде с вашим мужем. Вражда эта сделала их непримиримыми противниками, а Дан, надо полагать, стал из-за нее же гнусным убийцей. Я вам весьма благодарен, сударыня, за это весьма ценное указание. Я припоминаю, что получил приглашение участвовать на этом заседании, но так как ваш супруг раз и навсегда заявил мне, что оповестит меня, если мое присутствие окажется почему-либо желательным, то я не придал этому приглашению значения. Теперь я, конечно, не премину явиться на заседание. Странно, что ваш муж был убит именно в ночь накануне столь важного дела!