Если настигнет проклятие

- Идёт... – ворчу себе под нос, чтобы, в случае чего, списать всё на то, что и вовсе ничего не произносила.

Пять минут наедине с Алеком, в маленьком закрытом пространстве, развивают во мне никогда не беспокоящую ранее клаустрофобию. Кожа зудит, мне тесно, неудобно, воздуха мало, жарко – и ещё огромнейший список вещей, вызывающих дискомфорт. Я не перестаю ёрзать на сидении. То вытягиваю ноги, то поджимаю, да и вообще борюсь с желанием притянуть их к груди. Откидываю голову назад, прислоняю её к стеклу и считаю деревья.

О, да, я успеваю считать деревья, так как скорость невероятно низкая.

Я понимаю, что Алек тянет время, откладывая разговор. Возможно, он рассчитывает, что я начну его первая – да ни за что в жизни.

Но спустя ещё пять минут, я меняю своё решение и не выдерживаю.

- Ты ведь можешь ехать быстрее?

Алек награждает меня лишь одним взглядом – косым и с зажёгшимся огоньком хитрости.

- И что мне за это будет? – интересуется он, словно может найти в этом что-то заманчивое.

Улыбка отсутствует на его лице, но скулы поддёргиваются, силясь её скрыть любым способом.

Я скептически щурюсь.

- Ты ведь никогда ничего не делаешь просто так, да?

- Смотря на то, как меня об этом попросить, – отвечает Алек и поворачивается ко мне. – Ты это делаешь – так себе.

Смеряю его сердитым взглядом с минуту, раздумывая стоит ли оно того.

- Забудь, – отворачиваясь к окну, бормочу я. – Это всё равно была плохая затея.

Один глубокий вдох, второй – явные признаки того, что Алек себя останавливает от попытки заговорить. Но на третий раз он всё же не сдерживается.

- Слушай, принцесса, это всё равно не может длиться бесконечно.

Хм, его слова заставляют невольно задуматься. Но всё сходится к тому, что сейчас я даже не способна рассматривать вариант поговорить «о нас», хотя ещё вчера была близка к тому, чтобы поцеловать его. И что же изменилось со вчерашнего дня?

- Может, – отвечаю я, вспомнив события, усугубившие ситуацию. – Если ты так и будешь меня постоянно обманывать.

Моя голова сама поворачивается налево, чтобы понаблюдать за его реакцией.

- Я никогда не обманывал тебя! – довольно вспыльчиво защищается он.

- А что тогда было вчера? – безупречно контролируя голос, спрашиваю я.

Алек кривится и смотрит на меня.

- Эйй, – выдаёт он протяжный звук, выражающий его крайнее возмущение. – Это ведь не я всё спланировал, а Марко.

Секунду я думаю и не нахожу доводов, опровергающих его правоту.

- Неважно, – зато вот, какой я нахожу довод. – Ты всё равно знал.

- И предупреждал тебя.

- Плохо предупреждал.

Алек рычит, на секунду отпуская руль, и уже через мгновение снова стискивает его руками, качая головой. Скорость порядком прибавляется, и цифры на спидометре неумолимо поднимаются: на десять, двадцать, тридцать, сорок километров.

- Знаешь, иногда ты... просто... невозможна...

Алек злится, и очевидно, что возрастание скорости напрямую зависит от уровня его злости. Но по крайней мере, я могу наглядно увидеть на спидометре, когда мне будет лучше всего остановиться. А сейчас я собираюсь оспорить последнее его замечание. Но стоит мне едва открыть рот, как Алек перебивает.

- Почему мы просто не можем обсудить то, что произошло? Это ведь не так сложно, – из интонации его голоса, я понимаю, что это не вопрос, а самое настоящее утверждение.

Однако он всё равно ожидает ответа, не переставая бросать в мою сторону взгляды. Но я до последнего собираюсь увиливать.

- Если это не так сложно, что же ты только сейчас решил поговорить, когда миновала уже неделя?

Отвечать вопросом на вопрос – любимый метод Алека, и я без раздумий у него заимствую его. И сразу же вижу, как это действует на Алека, точно также, как и каждый раз на меня – я злюсь ещё больше.

Плюс десять километров.

Желваки на его скулах ходят ходуном, когда он разминает шею, словно готовясь принять бой.

- Я пытался, – говорит Алек, удерживая взгляд перед собой. – Но тебя было вообще не застать без Марко, словно он стал твоей тенью.

Мой взгляд тоже обращается к дороге.

- Плохо пытался, – просто констатирую я факт.

Но мы оба знаем, о чём я говорю.

Краешком бокового зрения замечаю, что на этот раз Алек повернулся. Несколько секунд он сверлит в моём виске дырку.