Страница 87 из 149
- Куда это ты собралась? – будто резко очнувшись, спрашивает он.
- На учебу, – отвечаю я, прихватывая сумку и куртку.
Выхожу из комнаты первая, пока не нашлась причина остановиться, но Алек пулей вылетает за мной. Я едва успеваю накинуть куртку, как он хватает меня за локоть, разворачивая к себе.
- И думать забудь, чтобы вообще выходить из поместья, – жёстко отрезает он. – Даже на улицу.
Моя бровь сама поднимается в недовольстве, когда я смотрю на его руку, сдерживающую меня за локоть.
- С чего вдруг ты решил, что я буду слушаться тебя?
Алек склоняется к моему лицу, не разрывая наших взглядов, и это он делает не для того, чтобы прошептать что-то личное.
- С того, что вчерашний гибрид не был случайностью, – его голос на редкость жесток, но злится Алек не на меня, разве что, самую малую долю, которую я разожгла в нём несколькими минутами ранее. – Кто-то должен был сказать Ордену про инсценировку. И этот кто-то сейчас находится среди нас в поместье.
Он отпускает мою руку, но отстраняться не собирается. Глаза Алека испытующе сверлят мои небывалой интенсивностью, словно он желает силой взгляда усмирить меня. И у него на самом деле весомый аргумент, из-за которого я должна сейчас уступить. Но не тут-то было. Мой разум застилает яркая красная пелена гнева, превосходя собой любые ясные мысли.
Это мой последний день, и я ни за что на свете не упущу возможность. Настают отчаянные времена хитрить.
Прижимаюсь к Алеку всем телом, стараясь выглядеть настолько обольстительной, насколько могу, и, повесив сумку на плечо, кладу одну руку ему на грудь, а вторую опускаю на пояс джинс. Мышцы его пресса мгновенно напрягаются, когда мой палец скользит прямо по краюшку грубой ткани пояса. Поднимаю взгляд к его глазам, просовывая палец в петлю на поясе. В них застыло миллион эмоций, но вот выражение его лица грозит в любую секунду расколоться от переизбытка настороженности и подозрения.
- Я поеду, Алек, на учебу... – говорю, как можно, слаще и начинаю отступать спиной назад.
По мере шагов, уголки моих губ тянутся всё выше, когда глаза Алека в это же момент становятся всё Уже. Он догадывается, что что-то пошло не так, вот только никак не может понять, что же именно заставляет меня выглядеть такой довольной.
И тогда, когда оказываюсь на безопасном расстоянии, заканчиваю предложение, подняв руку вверх, на одном из пальцев которой висят ключи от Доджа:
- Хочешь ты этого или нет.
- Какого?.. – едва получается выдавить у него, и я действительно никогда не видела его настолько поверженным в шоковое состояние. Алек, будто не веря, качает головой. – Ты этого не могла сделать... – всё также сокрушённо объявляет он, начиная медленно идти.
- Ооо, ещё как могла! Поверь, вся жизнь стоила того, чтобы увидеть твоё выражение лица сейчас, – заявляю я с безгранично-счастливой улыбкой и, разворачиваясь, тороплюсь к лестнице.
- Лена! – окликает меня его до невозможности суровый голос.
При чём я могу догадываться, что в его голове уже стремительно пополняется количество идей о расплате со мной. Вот именно поэтому я и удираю. Хотя Алек явно не отстаёт, но его слышащиеся шаги нагоняют на меня лишь больше будоражащих ощущений.
- Лена, остановись! – взрывается он, когда я достигаю лестницы. – Это не шутки, и мне сейчас определенно не до веселья!
Я смеюсь, продолжая спускаться.
- Не верится, что я дожила до того дня, когда тебе не до веселья, а мне – да.
Его шаги по-прежнему раздаются эхом во мне, вызывая своей грозностью дурманящий кураж.
- Я не хочу этого делать, – предупреждает он, – но ты прекрасно знаешь, что мне и секунды не потребуется, чтобы забрать их у тебя.
Ого, вот теперь, я могу быть на сто процентов уверенной, что Алек достиг предела своей серьёзности. Я как раз миную последнюю ступень и разворачиваюсь к нему лицом. Мой разум буквально долбится в эту – выстроенную злостью – стену, призывая сейчас же остановиться. Но стена слишком толстая.
- Правда? Применишь силу? – интересуюсь, изогнув в любопытстве бровь, и когда он без раздумий кивает, делаю совершенно бесшабашную вещь, грозящую мне окончательной потерей рассудка. Подняв руку с ключами, демонстрирую их Алеку, а в следующее мгновение опускаю их в лифчик. – Даже у тебя есть слабости, Алек, и я наконец-то их обнаружила.
Его губы размыкаются, и я слышу, как шумно выходит воздух из его лёгких, и в эту же секунду открывается парадная дверь, привлекая наше внимание. На пороге оказывается Марко, на одну секунду он улыбается нам, но обращая взгляд к лестнице, он сразу же меняется в лице. Мой взгляд тоже возвращается к Алеку, и я готова поклясться, что температура воздуха поднимается градусов на сто от его ярости, когда он смотрит на Марко.