Страница 23 из 40
— Потому что... потому что... это должно было быть весело. Предполагалось, что это будет секс втроем на ночь или две, но все затянулось на неделю. А потом мы понравились друг другу и вскоре уже проводили все время вместе, сблизились по-настоящему...
— Но что пошло не так? — в замешательстве покачал головой Адам.
Лицо Саймона исказилось, и он нахмурился. Глянул сначала на меня, потом на Адама, а затем вперился взглядом в пол у своих ног и пожал плечами.
— Я начал в него влюбляться...
Мои легкие внезапно отказали. А мозг завис.
Зато сердце в груди забилось в два раза быстрее, пытаясь пробиться сквозь ребра наружу.
— Мне очень жаль, — поспешно добавил Саймон, посмотрев на Адама. — Я не хотел, чтобы это произошло. Это не значит, что я люблю тебя меньше, Адам. Я не могу объяснить... это как... я не знаю... это как…
— Как будто любишь двух людей совершенно одинаково… — закончил за него Адам.
Саймон кивнул.
— Прости, малыш. Я просто подумал, если буду держаться от него подальше, если подожду, пока Уил уедет домой, то все будет в порядке, я приду в норму, а ты никогда не узнаешь… — Саймон бросил на меня взгляд. — Но в результате все вышло ужасно, и я был таким мудаком, и мне очень жаль. Я не знал, что делать... не знал, как с этим справиться.
— Глупый, — улыбнулся Адам, — ты должен был рассказать мне. Ты должен был рассказать Уилу.
Кажется, я даже ни разу не моргнул за все это время.
— Ты не злишься? — Саймон с надеждой посмотрел на счастливого Адама.
— С чего бы мне злиться? — рассмеялся Адам. — Сай, само собой, у тебя есть чувства к Уилу. — Он глянул на меня и ухмыльнулся. — Красивый, умный, прикольный, и великолепен в постели…
— А? — я наконец-то смог произнести хоть что-то.
— Ну вот, он еще и немногословен! — усмехнулся Адам, подтрунивая надо мной.
— Я, эм... я... я не... эм… что-то я не догоняю... — заикаясь, пробормотал я и покачал головой. — Не совсем уверен, что правильно понял....
Адам подошел ко мне, ведя за собой Саймона.
— Уверен, Сай хочет, чтобы ты его поцеловал, — провел пальцами по моей челюсти Адам.
Глаза Саймона расширились и, готов поспорить, что и мои тоже, но рука бессознательно поднялась, чтобы коснуться его лица. Саймон прильнул к моей ладони и вздохнул.
И я поцеловал его.
Сначала мягко прикоснулся губами, захватив его нижнюю губу, потянул за нее, а затем слегка углубил поцелуй, и когда мой язык коснулся языка Саймона, он застонал и открылся мне, позволяя поглотить его.
Что я и сделал.
Мое тело моментально отреагировало на его вкус, на его прикосновения, и на ощущение его тела рядом. Все это казалось таким естественным, таким правильным.
А потом поцелуй изменился. Руки Саймона обхватили мое лицо, через миг запутались в волосах. Я чувствовал, как напряглись его пальцы, когда он начал целовать меня сильнее. Чувствовал его настойчивость. Смог ощутить все его эмоции. Он никогда прежде так меня не целовал.
— Вы такие горячие вместе, — простонал рядом с нами Адам.
Я не смог сдержать улыбку и отстранился, чтобы перевести дыхание, но рука Адама тут же обвилась вокруг моей шеи и притянула меня для поцелуя. Медленно и томно, его язык прижимался к моему, как будто он наслаждался моим вкусом. Этот поцелуй отличался от поцелуя Саймона. У него был другой вкус, Адам целовался иначе. Хотя и не менее безупречно. Казалось, все встало на свои места. То, что я испытывал с Саймоном, ощущалось таким правильным и таким естественным, но с Адамом все было точно так же.
Одной рукой я обнимал Саймона, другой Адама, а они оба обнимали меня. Мы втроем стояли друг напротив друга, целуясь и обнимаясь изо всех сил. Обмениваясь поцелуями, касались губами кожи на шее друг друга, обнимались еще крепче, и снова целовались. Еще жарче. Целовать их обоих, быть с ними… ощущалось невообразимо правильным. Это казалось таким естественным, таким настоящим. Идеальным.
А потом все замедлилось. Потребность и настойчивость превратились в чуткость и ласку, тепло и уют, наши лбы соприкоснулись, пока мы пытались перевести дыхание.
Глаза Саймона были закрыты, но он вдруг покачнулся, падая на нас, и мы с Адамом поддержали его.
— Я так устал... — пробормотал он, обессилено открыв глаза. — Я так много всего хочу сказать. И так много хочу сделать с вами обоими, — ухмыльнулся Саймон. — Но я так устал…
— Пойдем, детка, — улыбнулся Адам, подталкивая Саймона к кровати, чтобы раздеть его. — Ты вымотан. Ты вообще спал прошлой ночью?
— Ммм, нет… — Саймон покачал головой, сбросил рубашку, а через миг и брюки упали к ногам. Он сел на край кровати в одних трусах и посмотрел на Адама. — Я просто смотрел, как ты спишь. Раздумывал, как бы тебе сказать… и что ты мне ответишь. Бросишь ли меня…
— О, Сай… — прошептал Адам и опустился на колени у его ног. — Ни за что, детка.
Адам начал расстегивать ботинки Саймона, снимая их по очереди.
— Мы можем поговорить завтра? — Саймон перевел на меня взгляд, его речь становилась все более невнятной.
Мне хотелось поговорить с ним сегодня. Я все еще не ответил ему. Не то чтобы я знал, что сказать, но я до сих пор не произнес вообще ничего.
Я смотрел на Саймона, сидящего рядом с Адамом, пока тот помогал ему раздеться и лечь в постель. Он был потрясающе красив. И практически на ходу засыпал.
— Поговорим утром, — предложил я.
Саймон кивнул.
— Прости, совсем не спал. Так устал, — он моргал все медленнее, его голова казалась слишком тяжелой, и когда Адам откинул одеяло, Саймон просто улегся калачиком.
Адам улыбнулся и поспешил раздеться, а затем забрался на кровать. На свое привычное место. Посередине.
— Ну же, давай, Уил, — усмехнувшись, он похлопал по месту рядом с собой.
Я улыбнулся ему, разделся до трусов и лег рядом. Они оба лежали лицом ко мне. Адам прижался спиной к Саймону, который даже с закрытыми глазами уткнулся носом ему за ухо. Рука Саймона обняла Адама, но затем поднялась, слепо ища что-то. И я протянул ему руку.
Даже с закрытыми глазами, уже на грани сна, Саймон переплел свои пальцы с моими. Он был совершенно измучен за последние два дня. Из-за того, что не спал всю ночь, из-за стресса, вызванного встречей с владельцами отеля, и из-за дополнительного беспокойства о том, как Адам отреагирует на то, что у него есть ко мне чувства. Неудивительно, что он обессилел.
Стресс и чувство вины, должно быть, та еще многотонная тяжесть. Все это было так нереально. Саймон... испытывает ко мне чувства.
Адам вздохнул, и я перевел взгляд с Саймона на него.
Глаза его были закрыты, но он улыбался. Адам был таким милым со своими светлыми, растрепанными волосами и красивыми губами. Он все еще выглядел усталым, но лежа между Саймоном и мной, казался гораздо счастливее. Затем его глаза приоткрылись, и он пробормотал:
— Он влюбляется в тебя.
Я кивнул, не зная, что сказать.
Я так ничего и не ответил на это. Ни Саймону, когда он это сказал, ни Адаму. На самом деле, никто никогда не заявлял о своих чувствах ко мне. Видит бог, Род никогда этого не делал, а никого другого и не было.
Адам улыбнулся и закрыл глаза, но его рука скользнула вокруг моей талии, и он притянул меня ближе к себе. Уткнулся носом мне в шею, а наши с Саймоном соединенные руки оказались прижатыми к его груди. Он удовлетворенно вздохнул, щекоча дыханием мою кожу, а потом сонно прошептал:
— И знаешь, что, Уил?
— Что?
— Он не единственный.
У меня перехватило дыхание от слов Адама, но его рука прижала к себе еще крепче, и он придвинулся ближе. Вскоре его дыхание выровнялось, и я понял, что он уснул. Я слишком устал, чтобы пытаться разобраться в этом. Это были два эмоционально истощающих дня, и я не переставая прокручивал в голове слова Саймона, а теперь и Адама.
«Я начал влюбляться в него…»
«Он не единственный…»
Я не хотел размышлять о вероятности того, что они могли действительно влюбиться в меня, а я – влюбиться в них. Не в кого-то одного из них – только в Адама или только в Саймона – а в обоих... Они... Мне не хотелось задумываться о том, почему мое сердце начинало бешено колотиться каждый раз, когда я видел их, почему по телу бежали мурашки, когда они были рядом, или почему сама мысль о них заставляла расплываться в улыбке. Никогда прежде я не испытывал ничего подобного. Так быстро, так сильно. Так по-настоящему.