Страница 18 из 40
Адам приподнялся, и, клянусь, я слышал, как неистово колотится его сердце. Как будто он должен выбирать между мной и своим парнем.
— Сай…
— Все хорошо, — наконец заговорил я, не желая, чтобы Адам думал, что должен щадить мои чувства. — Адам, тебе лучше пойти с Саймоном. Ты ведь тоже больше недели не спал в своей постели. Вы, наверное, соскучились.
Вот же черт.
— В любом случае, — поспешно добавил я, пытаясь смягчить ситуацию, — вся кровать будет в моем распоряжении. Может, мне даже удастся выспаться.
Адам посмотрел на меня и нахмурился. Потом глянул на Саймона. После долгой паузы он скатился с кровати и, не говоря ни слова, оделся. Саймон уже ждал его у двери, Адам подобрал свои ботинки и подошел к кровати, на которой я сидел. Он поцеловал меня, потом опустил глаза и прошептал:
— Прости.
И они ушли. Саймон даже не взглянул на меня.
Я забрался на середину кровати, где обычно спал Адам, и просто лежал там. Постель пахла ими, нами, тем, чем мы только что занимались. Я лежал один в кровати, которая вдруг начала казаться слишком большой и одинокой. Я привык к телам, прикосновениям рук, объятиям и звуку дыхания. Теперь наступила тишина. А в груди поселилась ноющая боль.
Заснуть было нелегко.
Глава 8
Просыпаясь, я вздрогнул. Я понятия не имел, который час, но солнце уже взошло, а значит, я пропустил утреннюю пробежку с Саймоном.
Саймон...
Воспоминания тут же вернулись и в груди мгновенно образовался болезненный комок. Похоже, он никуда и не девался, но какая же это роскошь – ничего не чувствовать пока спишь. Тяжело вздохнув, я сполз с кровати, принял душ и отправился на поиски кофе.
Оказалось, что проснулся я даже позже, чем предполагал, и время завтрака уже прошло. Не то, чтобы меня это беспокоило, но я упустил возможность столкнуться с Саймоном и Адамом, хотя, честно говоря, я не был готов встретиться ни с одним из них. Поэтому прошел прямо к выходу, спустился по каменным ступеням и вышел на пляж. А потом просто шел, шел и продолжал идти до тех пор, пока не выветрил все гнетущие мысли из своей головы. Там остался только соленый воздух и солнце Флориды.
К полудню, когда я вернулся в отель, я уже даже начал было нормально себя чувствовать.
Пока вдруг не увидел Адама.
Он стоял за стойкой бара и нарезал фрукты для украшения коктейлей. Его глаза загорелись, когда он заметил меня, но затем Адам, видимо, вспомнил предыдущую ночь, и его лицо тут же осунулось. Хмуриться ему было так несвойственно. Я хотел пойти прямиком в свою комнату, но его голос заставил меня остановиться.
— Уил?
Я обернулся. Светлые волосы Адама были, как и всегда, растрепаны, но глаза казались такими грустными, что я не смог уйти от него, поэтому вернулся к бару и сел. Вокруг сновали другие постояльцы, гуляли, плавали в бассейне, но бар был пуст.
— Прости, — тихо сказал он. — Я до сих пор не понимаю, что произошло…
Покачав головой, Адам наморщил лоб.
— Мы отлично проводили время, было так горячо, так круто, а потом... — он пожал плечами, — потом Саймон просто... потом все вдруг закончилось.
Я кивнул, не зная, что сказать.
— Прости, — повторил он. — Я просто хочу... — он пытался тщательно подбирать слова. Разрываться на части было так непохоже на Адама. — Я просто хочу, чтобы он поговорил со мной.
— Саймон не хочет с тобой разговаривать?
— О том, что случилось, нет, — покачал головой Адам. — В смысле, я знаю, что что-то произошло во время секса. Должно быть, именно тогда. До этого ведь все было хорошо.
Я кивнул. Он был прав. Я видел это. Я видел это в глазах Саймона. В тот момент, когда он посмотрел на меня, между нами был Адам, однако Саймон не сводил с меня глаз. Но как сказать об этом Адаму? Как объяснить ему, что его парень – человек, которого он так любит – смотрел на меня точно так же, как смотрит на него?
Да никак... Правда в том, что я уезжаю. Я ничего для них не значу. Просто временное развлечение, всего лишь третий лишний в этой забаве на период моего пребывания здесь. Вот в чем вся правда.
Эх, не это мне шептало мое сердце, вовсе не этого оно хотело.
Но в действительности, я не был частью их пары.
Я поднял глаза на Адама как раз в тот момент, когда его взгляд метнулся через мое плечо. Машинально обернувшись, я заметил Саймона, что стоял в фойе, наблюдая за нами, но он быстро развернулся и направился в другую сторону. Я вновь посмотрел на Адама. Он хмурился и выглядел таким несчастным. Взяв нож, он молча вернулся к нарезанию фруктов, но, казалось, лишь за тем, чтобы чем-нибудь занять руки, поскольку мыслями был явно не здесь.
Тем не менее оставалось кое-что, что мне нужно было прояснить. Мне нужно было услышать это.
— Что насчет сегодняшнего вечера? — прочистив горло, поинтересовался я.
Адам отрезал кусочек апельсина, потом положил нож, и его плечи поникли. Это молчание и неспособность смотреть на меня были прекрасным ответом.
Я машинально встал и кивнул. Понятно.
Блядь.
Что бы между нами ни было, это закончилось.
Предполагать – это одно, а вот получить окончательное подтверждение, уже совсем другое.
Может, все дело в том, что я плохо спал прошлой ночью, а, может, в той тяжести, которая поселилась в груди и просочилась до самых костей, но несмотря на звуки воскресной ночи, музыки, смеха и бурлящей жизни за моей дверью, и несмотря на то, что кровать казалась слишком пустой, я заснул.
* * *
Проснулся я в дерьмовом настроении. Решив, что пробежка пойдет мне на пользу, оделся и направился к выходу, а потом специально свернул налево, а не направо, подальше от мыса и возможности столкнуться с Саймоном. Пробегав всего неделю, я почувствовал разницу. И понял, почему Саймон делает это. По той же причине, по которой Адам плавал. Если не ради фитнеса, то проветрить голову.
Вернувшись в отель, я принял душ и оделся, чувствуя зверский голод. Не в состоянии вспомнить, ел ли что-нибудь накануне, я достал книгу со дна чемодана, взял тарелку с фруктами и кофе, и сел за свой обычный столик с видом на океан. Я упаковывал несколько книг и iPod, думая, что останусь один и мне нужно будет чем-то заняться. Чтобы было понятно, что я ни с кем не хочу разговаривать, я намеренно сел спиной к отелю, вставил наушники, включил музыку и уткнулся носом в книгу.
Единственным человеком, который прервал меня, была Сидни. Она подошла, чтобы забрать пустую тарелку и чашку, но ничего не сказала. Просто поставила передо мной свежий кофе, похлопала по руке и убрала грязную посуду.
Если Адам и Саймон видели меня, наблюдали за мной или пытались заговорить, я этого не знал. Время от времени я поднимал глаза на людей, которые проходили мимо, направляясь к пляжу. В понедельник народу было меньше, чем в выходные. Многие гости разъехались, зато появились новые лица.
Сидни снова прервала меня, теперь уже с тарелкой салата, холодным мясом и бутылкой воды. Хотя в этот раз она не улыбалась, ее бровь была слегка приподнята, и когда я вытащил один наушник, лицо Сидни стало строгим.
— Ешь, — только и сказала она, прежде чем вернуться на кухню, чем напомнила мне Келли.
Я улыбнулся впервые за последнее время, которое ощущалось вечностью. Только взглянув на тарелку, я понял, что настало время обеда, и действительно ощутил голод. Покончив с едой и достаточно погревшись на солнце, я снял рубашку и нырнул в бассейн, чтобы немного освежиться. Потом, покрытый стекающими каплями воды, быстро собрал свои вещи со стола, провел рукой по волосам, пытаясь стряхнуть их, и оказался лицом к бару. Адам уставился на меня. Облизнув губы, он с трудом сглотнул, а парень за стойкой улыбнулся мне.
Я проигнорировал их обоих и направился в свою комнату.
* * *