Страница 61 из 73
Что отразилось у меня на лице, во время раздумий не знаю, но комиссар радостно хлопнул меня по плечу: — Молодец, готовь группу. Чем могу, все получишь.
— Гранат, бы… — тем не менее, начал я формировать заявочку. Получится взять диверсантов чисто — очень хорошо. Но если все пойдет по худшему варианту, то людей терять не хочется. А лучшее средство зачистки помещений это граната, что не раз доказано на практике. Да и не вставшую на боевой взвод, можно забросить и хоть на мгновение отвлечь противника.
— В разумных пределах, — тут же поправился он, — где же я тебе гранаты возьму, да и лишнее это.
И опять он прав лишнее это. Ну что же, вспоминаем приказ МВД РФ за номером 400, который только для служебного пользования, и адаптируем его под складывающиеся обстоятельства. К сожалению личного состава, у нас не много, но кроме группы захвата, необходимо предусмотреть оцепление, что бы посторонние в самый неподходящий момент в зоне обстрела не оказались. Группу блокирования, для отсечения путей возможного отхода. Не может такого быть, что бы за месяц они не предусмотрели экстренную эвакуацию, с подрывом или поджогом объекта. Хотелось бы и снайперскую группу для подстраховки, да много чего хотелось бы. А главной хотелкой было желание, что бы этим занимался кто-нибудь другой. Вот угораздило же так вляпаться. И уже не отвертишься, что-то приехавший военный прокурор не ровно ко мне дышит. Нужно дать ему немного времени "перегореть". С Татьяной успел только парой слов перекинуться, извиняясь за испорченный вечер.
Тяжело вздохнув, понимая, что придется обходиться тем, что есть, довел пожелания до полкового комиссара и сел, со слов задержанного, рисовать план-схему дома-объекта и прилегающую территорию. Оглядеться на местности, без привлечения внимания, вряд ли получится, поэтому примерную диспозицию каждый должен будет знать, хотя бы в соответствии с планом. Буквально полчаса назад сам говорил, что чем проще — тем лучше, но прикинув описание предстоящего места операции, понял, что без подстраховки не обойтись.
С десяток частных домов, затесавшихся рядом с промышленной зоной, пусть и не в центре столицы, но и не на окраине, располагались по одной стороне улицы, огородами выходя на овраг или скорее длиннющую траншею, используемую как ливневку. В двадцати метрах за ней начинался забор какого-то предприятия. Правда и огородами территорию приусадебных участков можно было назвать только с большой натяжкой. Раньше здесь, скорее всего, проживали ремесленники и мелкие купцы, поэтому вокруг домов стояли большие сараи, используемые как склады или мастерские. В интересующем нас доме, до недавнего времени, жил мастер краснодеревщик, основавший собственную артель, аналог ИП моего времени. Соответственно и двор и сараи использовались как производственные мощности и места хранения, как материала, так и готовой продукции. У соседей за редким исключением ситуация была аналогичной. Жестянщик и скорняк точно проживали рядом, об остальных бандит ни чего пояснить не мог.
От многоэтажек, расположенных всего в ста метрах, объект отделяла дорога, обсаженная с обеих сторон тополями, и несколько рядов хозяйственных ячеек, предназначенных для хранения всякого полезного, но не сильно нужного имущества владельцев благоустроенных квартир. Захламлять балконы они пока не научились. Повезло, что место достаточно уединенное и выставленное оцепление в глаза бросаться не будет.
Вернулся радостный комиссар, который где то мобилизовал десяток бойцов группы противопожарной безопасности, из тех, что призваны тушить немецкие зажигательные бомбы. Толку от них безоружных особого нет. Зато присутствует серьезность намерений, боевой задор и красные повязки на рукавах. Пойдут в оцепление, высвобождая мне бойцов, которых вместе со мной набрался всего десяток. С другой стороны, нам же не в атаку цепью идти, здесь рота и не нужна. Непосредственно в захвате я планировал использовать только хорошо зарекомендовавший себя патруль. Остальные, разбившись попарно, перекроют возможные пути отхода. На случай если все будет совсем уж плохо, решили задействовать счетверенную зенитную установку из пулеметов Максим, установленную в кузове полуторки. Как в песне — "Если враг не сдается, его уничтожают". Против такого аргумента немцам противопоставить будет нечего.
Время поджимало, поэтому проведя короткий, но подробный инструктаж мы выдвинулись к месту проведения операции. Снайпером вызвался быть полковой комиссар, выбрав позицию прямо в подъезде многоэтажки. Он же взял на себя организацию оцепления и взаимодействия групп, предоставив нам полчаса свободного времени, которое я потратил с максимальной пользой. В первую очередь, я реализовал задумку по обеспечению нас примитивным имитатором взрыва. От самого простого способа, где использовался бы порох из патронов, я отказался в пользу более, как мне показалось, эффективного, на который натолкнула обыкновенная пластиковая линейка. Многие в детстве баловались, используя данный предмет учебы для изготовления дымовушки, но мало кто знает, что процесс тления продолжается и в замкнутом пространстве, без притока воздуха. Например, помещенная в стеклянный пузырек, она выделяет дым, даже после закрытия крышки, до момента пока избыточное давление не разорвет его на мелкие кусочки. Естественно, что сопровождается это громким БА-БАХ и разлетающимся стеклом.
Пара аптечных бутыльков с закручивающимися пробками, нашлась в аптечке ресторана. В одном, объемом на сто миллилитров, был раствор йода, который я вылил в раковину, а во втором побольше, какое-то растолченное лекарство, его я решил оставить, рассчитывая, что при взрыве получится порошкообразная взвесь, затрудняющая обзор. Далее нарезал линейку тоненькими полосками, длиной по размерам стеклянной тары и обмотал бумагой, так, что бы они плотно проходили через горлышко. Снаружи оставался кусочек, который послужит запалом. Далее все просто, зажигаешь, и как только пластмасса разгорится, завинчиваешь пробку, после чего емкость стремительно заполняется дымом, а стекло начинает ощутимо нагреваться прямо в руке. Остается три — четыре секунды на бросок. Убить такой штукой невозможно, а вот напугать или отвлечь — запросто, что для нас будет лучшим вариантом. Скажи мне кто раньше, что на боевую операцию я возьму какие-то самоделки — рассмеялся бы в лицо. Но тут как говорится: — "Жить захочешь, еще и не так раскорячишься".
Потом провели тренировку, отрабатывая, как красноармейцы подсаживают нас с милиционером в окна, которые оказались на приличной высоте. Дома были старой постройки с высоким фундаментом, возможно, что раньше имелись цокольные этажи, поэтому без посторонней помощи, мы потратим, слишком много времени, что позволит противнику сориентироваться и встретить нас огнем. Из четырех фасадных окон выбрали два выходящих в зал, кухню и спальню посчитали второстепенной целью, так как из них внутренний двор не просматривается и наблюдатель всегда находится тут. Захватив центральную, самую большую комнату, получаем стратегическое преимущество, которое постараемся использовать с максимальной эффективностью.
Наконец все приготовления были закончены, и патруль неторопливо отправляется по дороге в сторону интересующего нас дома. Дав пройти им метров пятьдесят, выхожу навстречу, с другого конца улицы, рассчитывая оказаться в нужном месте одновременно с ними. Незаметно пробраться вдоль домов было практически невозможно из-за небольших палисадников, разросшихся перед ними. К тому же, если наблюдатель будет находиться на чердаке, то от него крадущийся не замеченным не останется. Последнее конечно маловероятно, сидеть по такой жаре в малоприспособленном для этого месте, по доброй воле вряд ли кто согласится. Да и предпосылок для этого нет, однако рисковать совсем не хочется и так все операция носит авантюрный характер.
Когда я дошел до остановившихся на углу дома красноармейцев, младший лейтенант уже поднялся на невысокое крыльцо и стучал в двери.
— Хозяева, водичкой не угостите? — крикнул он, не дождавшись реакции на стук.