Чертог Пустоты

— Не знающим милосердия не пристало молить о нём, — равнодушно заметил он и, развернувшись на каблуках, направился к выходу, его шаги эхом разносились по Тайной Комнате и тонули в болезненных стонах ведьмы, которые звучали всё громче и мучительнее. — Не скучайте, уважаемая мадам Генеральный Инспектор.

*

«Министерство официально подтвердило вероятность побега Долорес Амбридж!

Продолжающееся уже две недели расследование не дало никаких результатов. По данным следственной группы, привлеченной к поискам директрисы Хогвартса, никаких следов борьбы или Тёмной магии в её кабинете обнаружено не было. Более того, из кабинета пропали все личные вещи профессора Амбридж, что так же подтверждает версию о бегстве. Мотивом побега, как говорилось ранее, может служить обличительная статья в одном из малоизвестных изданий магической прессы (с отрывками статьи и комментариями министра Фаджа можно ознакомиться на странице 8).

Напоминаем, что речь в упомянутой статье шла об использовании Долорес Амбридж запрещенного артефакта на несовершеннолетних студентах Хогвартса. Никаких доказательств правдивости данного заявления, кроме опубликованных колдографий не приводилось, и сам артефакт так же не был обнаружен, и, тем не менее, скандальная новость вызвала огромную волну возмущения среди населения Магической Британии. Исчезновение директрисы, как ни прискорбно, только укрепило веру многих волшебников и ведьм в достоверность опубликованных обвинений.

На данный момент, как уже сообщалось, главой школы Хогвартс временно назначена Минерва МакГонагалл. Министр магии Корнелиус Фадж рассматривает несколько кандидатур на должность директора школы волшебства и магии, но ни один из претендентов пока не был утверждён официально. Совет попечителей вынес на рассмотрение предложение восстановить в должности Альбуса Дамблдора. Корнелиус Фадж пока отказывается комментировать своё мнение в отношении этого вопроса. Напоминаем, что бывший директор Хогвартса до сих пор находится в розыске за нападение на представителей Министерства и преднамеренный саботаж и может быть восстановлен в должности лишь в случае, если с него будут сняты все обвинения. Сейчас же никакой определенной информации о том, кто займет должность директора Хогвартса, нет. Надеемся, что данная ситуация разрешится в кратчайшие сроки, после трагических событий в Хогсмиде, в результате которых погиб один из учеников Хогвартса, всем нам хочется верить, что в эти неспокойные времена волшебный замок вновь обретет статус оплота спокойствия и безопасности».

— «Оплот спокойствия и безопасности», — Гарри насмешливо фыркнул, отложив в сторону «Ежедневный пророк». — Это они про ту самую школу, где у нас на первом курсе был Пожиратель, на втором василиск, на третьем дементоры и бешеная варна, на четвертом драконы и опять же, хм, Пожиратель, да? — он задумчиво почесал нос. — Вообще, мне одному кажется, что у нас каждый год кто-то из профессоров оказывается маньяком-психопатом? Это нормально для «оплота спокойствия и безопасности»?

Гермиона что-то неопределенно промычала, пропустив всё, что он сказал, мимо ушей. Подперев рукой голову, она вот уже минут пятнадцать смотрела на одну страницу, но так ни слова и не прочитала. Со дня их размолвки с Томом прошло уже немало времени, а он так и не попытался наладить отношения. Сначала она, конечно, переживала, но шли дни, обида и злость сменились разочарованием и сожалением, а теперь же к этим чувствам прибавились подозрения, что Арчер не просто слишком горд, чтобы извиниться. Что ему это просто больше не нужно.

Грейнджер выдохнула, прикрывая глаза.

«А возможно, я сама всё испортила», — подумала она, вспоминая, как он пытался объяснить ей причины своего поступка. В тот раз она не пожелала услышать его доводы и принять его точку зрения. Так может быть в этом всё дело? Может, он… разочаровался в ней? В их отношениях?

Но почему? Никто не говорил, что она идеальна! И уж Арчеру-то как никому другому было об этом известно. Так неужели её общество имело для него столь малое значение, что при первом же возникшем затруднении Том так легко отказался от него?

Это ранило. И ранило неожиданно сильно. Избавиться от сформировавшейся за годы общения привязанности, которая постепенно переросла во влюблённость, было не так-то просто. И день за днём задетая гордость и медленно увядающая надежда на хороший исход, всё больше изводили её. Каждый раз, когда Арчер попадал в поле её зрения, у Гермионы в груди что-то будто сжималось, отдавая тоской и едкой горечью, она теряла контроль, и теперь ни один разговор с ним не обходился без грубости с ее стороны. Но вопреки всем колким замечаниям и резким словам, он продолжал смотреть на неё, как на пустое место. Теперь единственное, что осталось между ними, это холодное, давящее равнодушие и обида. И Гермиона ещё не понимала, как с этим жить. Она тяжело вздохнула. Испытывать подобные ощущения ей не нравилось.

Кто-то щелкнул пальцами у её лица, Грейнджер моргнула, сфокусировав взгляд на Гарри.

— Ау! — позвал он, вглядываясь в ее глаза. — Есть кто дома?

— Прости, я задумалась… — она с усилием отогнала нахлынувшую меланхолию. — Что ты говорил?

— Ты в порядке? — обеспокоенно нахмурился Поттер.

— Да-да, — торопливо пробормотала она. — Почему ты спрашиваешь.

— Ты сама не своя, — заметил он.

— Вовсе нет…

— Очевидно же, что да, — Гермиона мрачно покосилась на Дафну, присоединившуюся к ней и Поттеру за столом в библиотеке. — Твоё маленькое, трепетное сердечко разбито вдребезги.

— Ч-Что?! — возмущенно ахнула Грейнджер и тут же замолчала, торопливо оглядевшись по сторонам. — Не болтай чепухи, Гринграсс!

— Да брось, — флегматично отмахнулась та, — даже слепой заметит, что в твоём персональном раю все пташки передохли.

— Вообще-то, это немного бестактно — лезть не в своё дело, — ощетинилась Гермиона.

— Мерлин и Моргана, какие мы нежные, — Дафна иронично глянула на неё и, пожав плечами, открыла учебник, теряя интерес к разговору.

За столом повисла неуютная тишина. Гарри не сводил пристального взгляда с Гермионы, а та упрямо делала вид, что не замечает этого. Мучительно медленно проползла целая минута. Грейнджер поняла, что пытаться сосредоточиться на книге бесполезно, и раздраженно взглянула на Поттера.

— Что?

— Это из-за Тома? — уточнил он.

— Нет, из-за Амбридж, — язвительно бросила та.

— Мне кажется, вам нужно поговорить, — игнорируя сарказм, сказал он.

— Не хочу я с ним разговаривать, — пробурчала Гермиона, снова уткнувшись взглядом в книгу.

— Но так долго не может продолжаться, — Гарри пожал плечами. — Слушай, я знаю, вы оба упрямые и скорее застрелитесь, чем попросите прощения, но кто-то ведь должен сделать первый шаг к примирению.

— И что это я должна делать? — возмутилась та.

— Ну…

— Лучше молчи, Гарри, — сумрачно перебила Грейнджер, скрестив руки на груди. — Я вообще не уверена, что хочу с ним мириться.

— Почему?

— Хотя бы потому что все эти «отношения» с самого начала были какие-то… — её голос затих, и Гермиона потерянно отвела взгляд, пытаясь ухватиться хотя бы за одну внятную мысль, мутном вакууме из сомнений, разочарования и неуверенности, что царил в ее сознании, — какие-то…

— Ненастоящие? — любезно подсказала Дафна, вклиниваясь в разговор.

Гермиона растерянно взглянула на неё.

— Что?

— О, ничего, совершенно ничего, — та сладко улыбнулась. — Просто вдруг подумала, с чего бы это между вами двумя расцвела такая любовь? С тобой-то всё ясно, но Арчер… — она красноречиво повела плечом.

— А что в этом такого? — не понял Поттер. — Тому Гермиона еще с четвертого курса нравилась.

— Как скажете, — пропела Гринграсс, возвращаясь к домашнему заданию.

Гарри и Гермиона обменялись недоуменными взглядами, вновь погружаясь в сконфуженное молчание.

— На самом деле это и правда немного странно, — тихо призналась Грейнджер.