Страница 84 из 141
Иисус вскочил. Он смотрел на Лазаря, и губы его дрожали. Новое знамение посылает ему Бог. Предтеча ушел из мира, потому как перестал быть нужным ему. Он подготовил путь, исполнил свой долг и ушел...
"Пришел мой час... Пришел мой час..." -- подумал Иисус, содрогаясь от ужаса, но не проронил ни звука, вперив взгляд в бледно-зеленые губы Лазаря.
-- Он убил его? -- прорычал почтенный Мельхиседек, гневно ударив посохом о землю. -- До чего мы докатились! Кровосмеситель убивает святого, развратник -- подвижника! Пришел конец света!
Ужас охватил женщин, и они принялись протяжно голосить. Слепому стало жаль их.
-- Это уж слишком, почтенный Мельхиседек, -- сказал он. -- Мир еще прочно стоит, не бойтесь, женщины!
-- Рассечена гортань человечества, умолк глас пустыни,
-- кто теперь обратится к Богу за нас, грешных? -- прерывающимся от рыданий голосом сказал Лазарь, и из глаз у него потекли слезы. -- Люди осиротели!
-- Нечего было бунтовать против власти, -- прошипел второй старец. --Что бы ни делали сильные мира сего, закрой глаза и не смотри! Бог то видит, а ты не вмешивайся. Так ему и надо!
-- Стало быть, жить рабами? -- вскипел Мельхиседек.
-- А голову на что Бог дал человеку? Чтобы поднимать ее против тиранов! Это я тебе говорю!
-- Помолчите, старцы, давайте послушаем, как свершилось несчастье! --раздраженно сказал слепой. -- Говори, сынок Лазарь!
-- Я отправился принять крещение. Думал, может, это возвратит мне здоровье, -- начал Лазарь. -- В последнее время я чувствовал себя неладно, хворал, голова кружилась, глаза распухли, поясница...
-- Хорошо, хорошо, это мы знаем, -- прервал его слепой. -- Дальше!
-- Пришел я на Иордан, к мосту, под которым собрался принимавший крещение народ, услыхал крики и плач, но не подумал, будто что случилось, --люди попросту исповедуются в грехах и потому плачут... Не останавливаясь, подхожу ближе, и что же я вижу? Мужчины и женщины лежат лицом в речном иле и рыдают... Я спрашиваю: "Что случилось, братья? Почему вы плачете?" -- "Убили Пророка!" -- "Кто?! -- "Ирод, злодей окаянный!" -"Как? Когда?" -- "Напился допьяна, его бесстыжая невестка Саломея плясала нагой у него перед глазами, а развратник обезумел от ее красоты. "Проси чего желаешь! -- сказал Ирод, усадив Саломею к себе на колени. -- Хочешь половину моего царства?" "Нет", -- ответила та. -- "Чего же ты хочешь?" -- "Голову Иоанна Крестителя" --"Возьми ее!" -- ответил Ирод и поднес ей голову на серебряном подносе".
Лазарь вдруг умолк и снова рухнул, наземь. Все молчали. Светильник затрещал, свет задрожал, собираясь погаснуть; Марфа встала, наполнила светильник маслом, и он снова загорелся ровным пламенем.
-- Это конец света... -- после долгого молчания снова сказал почтенный Мельхиседек, собрав бороду в кулак. Все .это время он рассуждал о судьбах мира, думал о беззаконии и бесчестии, о вестях, которые время от времени приходили из Иерусалима. Идолопоклонники оскверняют святой Храм, священники каждое утро закалывают в жертву быка и двух баранов, но не Богу Израиля,а проклятому безбожнику -- римскому императору. Открывая утром двери своих домов, богачи видят на пороге людей, умерших ночью от голода, и, приподняв край своих шелковых одежд, переступают через трупы и направляются на прогулку в портики у Храма... Все это взвесил в уме почтенный Мельхиседек и сделал вывод: пришел конец света. Он повернулся к Иисусу и спросил:
-- А ты что об этом думаешь?
-- Я пришел из пустыни, -- ответил тот голосом, который стал вдруг необычайно проникновенным, и взоры всех устремились к нему. -- Я пришел из пустыни, где видел, как три ангела уже покинули небо, чтобы пасть на землю. Я видел их собственными глазами. Они покинули край неба и движутся сюда! Первый -- Проказа, второй - Безумие, третий, самый милосердный, -- Огонь! И услышал я голос: "Сыне Плотника, мастери Ковчег, дабы взять в него всех, кто безгрешен. Торопись! Пришел День Господень, мой День -- я иду!"
Крик вырвался из уст у трех старцев. Сидевшие на полу со скрещенными ногами мужчины поднялись, стуча зубами от страха. Женщины всем скопом бросились с воплями к двери. Марфа и Мария стали подле Иисуса, словно ища у него защиты. Разве он не поклялся взять их ковчег? Пришел час.
Почтенный. Мельхиседек вытер пот, струившийся по обрамленному сединами челу, и воскликнул:
-- Истина то, что говорит гость, истина! Послушайте, братья, о чуде, которое случилось сегодня утром. Проснувшись, я, как обычно, развернул Священное Писание и наткнулся на слова Пророка Иоиля: "Трубите трубою Сионскою, да откликнется святая гора. Да трепещут все жители земли, ибо наступает День Господень с тьмою и мраком: перед ним огонь и за ним огонь. Вид его как вид коней скачущих, скачут они по камням, как бы со стуком боевых колесниц, как бы с треском пламени по вершинам гор, устремляющегося пожрать тростники... Таков День Господень! Несколько раз перечитал я грозную весть и как был босым запел псалом посреди двора, а затем пал ниц на землю и воскликнул: "Господи, если Ты должен прийти вскоре, пошли мне знамение, чтобы я успел приготовиться, пожалеть бедных, открыть свои закрома, заплатить за грехи свои... Пошли мне молнию, глас или человека, который известит меня, чтобы только успеть!" Он повернулся к Иисусу и сказал:
-- Ты и есть знамение. Бог послал тебя. Есть ли у меня еще время? Или уже нет? Когда разверзнутся небеса, сынок?
-- Каждое мгновение небеса готовы разверзнуться, старче, -- ответил Иисус. -- Каждое мгновение Проказа, Безумие и Огонь делают еще один шаг, подходят все ближе и ближе. Крылья их уже касаются волос моих.
Лазарь смотрел на Иисуса, вытаращив свои выцветшие зеленые глаза, а затем шагнул к нему.
-- Не ты ли -- Иисус из Назарета? -- спросил он. -- Говорят, будто в час, когда палач уже занес топор, чтобы отрубить голову Иоанну Крестителю, пророк простер руку в направлении пустыни и воскликнул: "Иисусе Назаретянин, покинь пустыню, верниськ людям! Вернись, не оставляй людей одних!" Если ты и есть Иисус из Назарета, то благословенна да будет земля, по которой ты ступаешь! Дом мой осветился, я принял крещение и исцелился. Припадаю молитвенно к стопам твоим!