Страница 16 из 30
Альбом «Сделай громче!» презентовали в клубе «Икра». Это был первый сольник группы за полтора года существования. Уверенности в успехе мероприятия придавало то, что материал получился действительно крутым и уже отовсюду шли положительные отзывы. Плюс ко всему за пару месяцев до релиза LOUNA выступила на передаче «Парный прогон» телеканала A-One, и там они собрали полный клуб «Б2». Да, вход был бесплатный, но, как показывала практика, если группа была аудитории неинтересна, то народ не приходил даже забесплатно. «Икру» забили полностью – около шестисот человек. Это был первый аншлаг в карьере молодой группы.
– Перед тем концертом мы дали какое-то рекордное количество интервью. Буквально несколько часов подряд общались с прессой, – Леня только что отжался двадцать раз, начав приводить тело в тонус перед концертом. Даже мне предложил отжаться вместе с ним, но я вежливо слился.
Там же в «Икре» отсняли материал для видеоклипа на песню «Мой рок-н-ролл». Петрову пришла идея сделать клип сразу в двух форматах: в обычном и в псевдо-3D. Правильнее назвать это стереоизображением, когда на картинке искусственно смещают цветовые слои. Потом на презентации клипа в клубе «Б2» посетителям раздавали стереоочки. Один глаз зеленый, а другой красный.
– Дима Петров делал клип бесплатно, – рассказывал Вит. – Но в обмен он попросил поставить во время презентации клипа в «Б2» на разогрев молодую команду «Пионерлагерь Пыльная Радуга» из Твери, которой он начал заниматься. Нам эта идея не понравилась, мы не любили в столицах играть с разогревом, но выбора у нас не было. Заплатить за клип мы не могли. Дима еще спрашивал мое мнение насчет названия, оно ему казалось странным. Я там включил гуру, сказал, что оно длинное и ребятам будет с ним сложно. Не знаю, передавал он им это или нет. Хорошо, конечно, если не передавал. Кстати, тогда я уже был вскользь знаком с их творчеством, у меня даже в «ВКонтакте» была добавлена пара их демок. А на самом концерте вышло как-то странно. Они зашли такие хмурые, расположились в уголке гримерки и даже не пытались с нами общаться. Если они не хотят, то нам тоже не надо. Не знаю, может у них сложилось мнение, что мы какие-то пафосные уроды, но вообще мы всегда открыты к общению. Все, кто с нами играл, могут это подтвердить. Позже они разогревали нас в Твери, и ситуация повторилась один в один. А потом, когда я их всей душой полюбил, мне даже стало не по себе от того, что мы с ними столько пересекались, но никогда не общались.
– С самого начала я вообще не делала никаких ставок на «Луну», – сказала Лу. Мы уже перешли в нашу вип-гримерку. – Меня просто перло то, что мы делали. Я ждала концертов только потому, что потом мы пойдем в бар и будем круто тусить. Помню, Вит на меня орал, когда на презентацию альбома я не выучила тексты. Вышла на сцену и поняла, что не помню слова «Бойцовского клуба». Ну, я там заскримила как обычно, все равно никто ничего не понял.
При том, что Лу считает себя довольно циничным человеком, в тот момент она думала не о молодой перспективной команде с потенциально сильным материалом, а о группе TRACKTOR BOWLING. Коллективе, которому она отдала несколько лет жизни. В «Тракторе» в 2010 году тоже вышел отличный альбом. И если у ТБ никогда не было студийных фитов с другими артистами, то LOUNA на первом же альбоме зарядила сразу три, включая совместную работу с Эрвином Хачикяном, который прописал партию клавиш для песни «Во мне». Это музыкант из команды Сержа Танкяна.
– Я с Эрвином познакомилась еще в 2007 году, когда случайно в «Точке» облила пивом его менеджера Рэя, – продолжала Луся. – Я сразу такая: «Ой, чувак, сорян». А потом смотрю, рожа у него явно не наша. Америкос, стопудово. Ну, мы разговорились, и оказалось, что Танкян завтра играет в клубе «Б1». А мы до этого с «Трактором» как раз пытались вписаться к нему на разогрев, но не вышло. Там же в «Точке» я затусила с музыкантами Сержа и в том числе с Эрвином.
Коллаборация с американским пианистом была неплохой галочкой для пресс-релиза. Эрвин без проблем согласился прописать партию клавиш, но, когда он прислал файл, чуваки немного приуныли. Они-то думали, что армяно-американец сочинит какую-нибудь интересную мелодию, которая скрасит аранжировку, а Эрвин сыграл простенькую партию, которую еще надо было подумать, куда приткнуть. В принципе от нее можно было бы и отказаться, но понты дороже денег. Терять подпись на диске «feat Erwin Khachikjan (Serj Tankian)» никому не хотелось.
– В какой-то момент мы поняли, что наши новые песни были скорее панк-роком, нежели металлом, и решили, что нам надо быть ближе к панковской аудитории. – Вит тоже зашел в гримерку, до этого он пересчитывал мерч по другую сторону от бархатных штор. – Нам казалось, что материал «Луны» будет им интересен, потому что в отечественном, да и в западном, панк-роке групп с женским вокалом не много. Мы к этому времени были уже знакомы со Спириным и предложили ему спеть в треке «Свободное падение».
– С Димой Спириным вообще удивительно знакомство у всех происходит, – добавила Луся. – Его вроде как не было в твоей жизни, а потом он возникает, и такое ощущение, что он у тебя на диване жил последние десять лет.
Дмитрий Спирин (группа «Тараканы!»)
Я всегда с вниманием отношусь к предложениям фитануть. Песню обязательно слушаю, примериваю ее, пропускаю через себя и смотрю, как я буду в этом треке смотреться, насколько органично это будет слушаться и звучать. В случае с этим треком группы LOUNA мне показалось, что все окей. Песня крепко сочинена, текст на тему, которая меня беспокоила и беспокоит до сих пор. Запись вокала проходила на их базе в Очаково. Было весело. Помню, сразу возникла фраза «и это дело их плечистых рук». В целом так с шутками-прибаутками и записались.
Нам пришлось прервать общение. Дело в том, что вчера в Нижнем Новгороде Вит все же повредил голеностоп. Вроде ничего не порвал, но потянул знатно. Басист хромал, и сохранялась опасность того, что оставшуюся часть гастрольного тура он будет доигрывать сидя. Лу попросила меня сходить в аптеку и купить согревающую мазь.
Я вышел из клуба и зашагал в ту сторону, где, как мне казалось, могла быть аптека. Благоустроенные улицы мордовского города были покрыты обычной желтой листвой и типичной русской грязью. Увидев светящийся зеленый крест, я свернул туда. Отсчитав за мазь 217 рублей 32 копейки, вернулся в клуб. Да, в Саранске очень точные цены, и у продавцов всегда есть мелочь для сдачи.
Январским утром, в первый рабочий день 2011 года, Ксения Зацепина мучительно спала в своей кровати. С вечера она накрутила бигуди, а ночь на бигудях – то еще удовольствие. Тревожный сон пиарщицы прервал звонок на мобильный. Московский городской номер. Незнакомый. Обычно она не отвечала на телефон пока не проснется, но в этот раз сделала исключение.
– Але, – Ксюша старалась говорить максимально собранным голосом.
– Ксения, добрый день. Вас беспокоит программный директор «Нашего радио» Филипп Галкин. Мне надо с вами поговорить по группе LOUNA. Мы в редакции подумали и решили взять вашу песню в эфир, в ближайшую «Чартову дюжину».
– А какую песню?
– Ну, как какую… Сейчас, минуточку, посмотрю… «Бойцовский клуб».
Выбор Галкина шокировал всех. Они никак не могли представить, что песня с таким жестким текстом может попасть на радио. Какая угодно – «Сделай громче!», «Карма мира», «Во мне», но не «Бойцовский клуб». Да что там говорить, вообще сам факт того, что эфирная радиостанция заинтересовалась их материалом было уже разрушением всех шаблонов.